Горбачеву — 75

Михал Сергеичу — 75! В его годы иные генсеки только начинали править. А он давно уже на пенсии. И это одно из удивительнейших его достижений — то, что кремлевский небожитель, могущественнейший человек мира, практически господь бог, оставил свой трон не ногами вперед, а просто ушел в отставку. И продолжил жить дальше, как обычный гражданин и вроде бы не знаменитый даже. А он ведь уже история. Живая история, тьфу-тьфу, дай бог ему здоровья.

Но история уже давняя. Очередные опросы к очередному юбилею то ли самого Горбачева, то ли распада Союза, то ли Перестройки всякий раз показывают одно и тоже: почитателей Горбачева, во-первых, очень мало, а во-вторых, всё меньше и меньше. Но и недоброжелателей хоть и больше, чем поклонников, но тоже все меньше с каждой очередной датой. Большинство же не относится к нему никак. Это значит, что он уже действительно хоть и живая, но история.

А с ним ушла в историю и наша молодость (или юность) и те всего-то несколько лет, ну, наверное, пять, а может, даже чуть меньше, когда всё казалось еще возможным, всё впереди, всё по плечу, всё интересно и каждый день что-то новое. Когда, грубо говоря, колбаса еще была, а свобода уже была. Потом колбаса пропала. А потом появилась вновь, но не всё уже кажется интересным и возможным, не всё нам по плечу, и все больше разного нам, увы, не по силам. И впереди мерещится многое из того, что, казалось, останется в прошлом навсегда.

Список всего хорошего, чем мы обязаны Горбачеву, огромен. Но и список того, что у нас «не так», в том числе и по его вине, также не маленький. И как же так вышло, что содержимое второго списка для многих перевесило содержимое первого? Что любопытно: когда социологи начинают спрашивать у людей о том хорошем, что было при Михаиле Сергеевиче, народ это хорошее одобряет, а когда суммируют все им сделанное — попрекает. У нас все давным-давно перепуталось. Что хорошо, а что плохо. Кто виноват? Что делать? И кто виноват в том, что мы ничего не делаем?

Сколько я думаю о Горбачеве, столько не нахожу ответа на главный вопрос: понимал ли он, что делает? В жизни ведь часто так бывает, что «процесс пошел», а результат прямо противоположен искомому. Действительно ли Горбачев собирался разрушить коммунизм и Берлинскую стену или он просто пытался всеми силами спасти больной строй, сделав ему «человеческое лицо»? Чем чаще я об этом думаю, тем больше прихожу к мысли, что, наверное, всё-таки «лицо».

Именно поэтому зачинатель реформ и их рулевой так медленно всякий раз шел на реальные перемены. А может, потому он так долго решался, стоя на развилке, что не знал точно, в какую сторону идти и всё взвешивал и взвешивал. Да, у Горбачева не было плана, и он не знал, что делать — а кто тогда знал? Отцы Перестройки пытались создать то, о чем не имели ни малейшего представления! Строй, при котором не жили ни они, ни их отцы и деды — никто и никогда не жил на Руси! Они были обречены сделать те ошибки, которые делали. Потому что избежать их можно, только имея свой собственный опыт и опыт многих поколений предшественников. А Горбачев начинал практически с нуля. Мы и сейчас-то не знаем, куда и зачем двигаться. И еще не скоро осознаем это.

Но хороший начальник отличается от плохого тем, что не берет всё на себя, не лезет в каждое решение и не следит за каждым шагом. Хороший начальник подбирает людей, реальных единомышленников, каждый из которых специалист в определенной, конкретной области. А начальник остается идейным вдохновителем, координатором, как тамада. А кем окружил себя Горбачев? Все эти люди его предали. Все до одного!

А дальше началась совсем другая жизнь и другая история, другие герои и юбиляры, также сошедшие со сцены и также превратившиеся в обычных пенсионеров. И если это станет не простым совпадением, а привычной системой, значит, Горбачев не зря эту кашу заварил. Конечно, не было бы его, был бы кто-то другой. Всё было предрешено. Но Горбачев сэкономил для нас годы, а возможно, даже десятилетия, и за то, что я успел все это увидеть молодым, большущее ему спасибо!