Белорусские выборы. Проиграли все

Оба эти результата были известны заранее, оттого сам предвыборный процесс тянулся невероятно скучно. Интрига была связана лишь с тем, что вместо титульных оппозиционеров демократической части электората была представлена милая и вполне прогрессивная кандидатка Татьяна Короткевич, появившаяся на общенациональной сцене буквально накануне выборов. Но поскольку избирательная система в стране не дает возможности верифицировать процесс подсчета голосов, то было ясно: в проигрыше останется и Татьяна Николаевна. То есть ее электоральная привлекательность оказалась достаточно высока, чтобы привести определенную часть избирателей к урнам для голосования, но недостаточна для прозрачного, с точки зрения ее штаба и наблюдателей, подсчета голосов.

Проигравшими вместе с ней оказались и лидеры основных оппозиционных партий, двое из которых, Анатолий Лебедько и Сергей Калякин, также намеревались выдвигаться кандидатами, но не сумели даже набрать необходимые голоса. Посему оба они присоединились к лагерю сторонников политического бойкота избирательной кампании. Но и бойкот трудно назвать состоявшимся: небывалая досрочная явка белорусских избирателей (ко дню основного голосования на участки пришло 36% электората!) свела на нет все усилия, а сам бойкот свелся к кампании морального давления на голосующих и участвующих и к параллельной кампании личного неучастия ряда VIP-персон из числа оппозиционеров. Четче всего эту позицию выразила нобелевский лауреат Светлана Алексиевич, заявив: я бойкот не принимаю, сама голосовать не пойду, но если бы пошла, то проголосовала бы за Короткевич.

Проигрыш Лукашенко очевиден. Вместо полной отмены санкций против него и его окружения Европейский союз принял предварительное решение о четырехмесячном моратории на них. То есть если предпоследний диктатор Европы будет вести себя хорошо в течение четырех месяцев, санкции будут сняты окончательно. Опыт, однако, показывает, что такого рода «короткий поводок» для Лукашенко просто неприемлем, а стало быть, скорее всего, он просто сорвется и натворит «глупостей».

Первой такой «глупостью» имеет шанс стать его согласие на размещение на территории Беларуси российской авиабазы. Поскольку Владимир Путин и так (с его точки зрения) проявил небывалое великодушие, не настаивая на базе до переизбрания своего дорогого и недешево обходящегося союзника, можно предположить, что после выборов, да еще и в самом начале отопительного сезона, давление на Лукашенко с целью добиться согласия будет резко усилено. Это сделает невозможным получение западной финансовой помощи, и экономический кризис в Беларуси перейдет на следующий виток. А так как у России особо денег на содержание лишних десяти миллионов чужих граждан тоже нет, то можно предположить резкое снижение уровня жизни в стране уже в следующем году.

И это как раз и есть главный проигрыш Лукашенко. До сих пор, говоря словами корреспондента польской «Газеты выборчей» в Москве Вацлава Радзивиновича, за Лукашенко молились черти: то судьба ему теракт в Нью-Йорке подбросит, то Беслан, то Майдан. То есть переизбраться можно на фоне чужих бедствий. Но уходить-то нужно на экономическом подъеме – если хочешь добиться гарантий. А уход на спаде для авторитарных правителей как раз и является главным поводом для последующих репрессий против них. И чем дольше сидит правитель в своем кабинете, тем больше шансов, что репрессии могут последовать. Так что засидевшийся Лукашенко просто усложняет свой выход из власти все больше и больше.

В общем-то, и белорусские избиратели не выиграли. То есть понятно, что они настояли на своем, однако ни уровень их жизни, ни уровень безопасности нашего небольшого, но очень суверенного (все еще) государства от этого на самом деле не вырастет.

Так что непонятно, зачем все это было.

И было ли.

И будет ли впредь.

Как-то так… Или – «ТаК» – как зашифровывал в хештэги Татьяну Короткевич ее предвыборный штаб.

Но от этого тоже не легче.