В Кремле

Ходорковский и «Невский экспресс»

4 ДЕКАБРЯ 2009 г. АНТОН ОРЕХЪ

Когда взорвали «Невский экспресс», Путин по обыкновению промолчал. Возможно, он ничего толком об этом и не сказал бы. Но, к несчастью, уже на 3 декабря было назначено его общение с народом. Вопрос о взорванном поезде прозвучал первым.

«Мы многое сделали, чтобы переломить хребет терроризму, но угроза еще не устранена. Мы можем быть эффективными. Но для этого нужно, чтобы каждый из нас осознавал угрозу, был бдительным, чтобы проводилась широкая профилактическая работа. Предотвращать преступления такого рода, особенно на объектах инфраструктуры, очень тяжело. Действовать нужно на упреждение… И, конечно, нужно действовать очень жестко по отношению к преступникам, которые совершают теракты, покушаются на жизни и здоровье людей… Этой твердости и решительности у нас достаточно».

Так сказал национальный лидер. Вы удовлетворены? Я не удовлетворен. А что ты хотел услышать, спросите вы. Не знаю, отвечу я вам честно. Но ведь лидер не я, а он. Он должен найти в такой ситуации те единственные слова, которые дойдут до каждого и будут убедительными. То, что сказал Путин, мог сказать любой чиновник, виртуозно навешивающий лапшу на уши. Говорить долго и ни о чем — их призвание. Путин говорил рекордно долго — 4 часа и 1 минуту. Кроме курьезов с «ламбарнджини» и золотыми зубами, и вспомнить не о чем. Никаких судьбоносных откровений не прозвучало. Но один вопрос — и это было прекрасно видно — задел Владимира Владимировича за живое! Ох, как задел! Это был вопрос про ЮКОС. С учетом того, что на встречах с народом не бывает случайных вопросов, а тема чрезвычайно щекотливая, можно себе представить, как Путину хотелось об этом сказать!

От казенной тягомотины вмиг не осталось и следа! Путин начал говорить с таким жаром и таким деталями, словно хотел пересказать нам целиком всю свою версию разгрома компании. Он не забыл ни про магазин «Чай», ни про мэра Нефтеюганска, ни про супругов Гориных. Сейчас, говорит, уже никто не вспоминает Пичугина, а между тем...! Никто не вспоминает, а он, Путин, не забыл! И выдал нам целую речь про кровавого злодея Пичугина. Путин рассказал народу, кто на самом деле обанкротил ЮКОС, и даже спустя годы открыл тайну — куда пошли деньги МБХ! И тут же завалил нас миллиардами рублей, на которые миллионы неимущих улучшили свои жилищные условия, а 150 тысяч скоро переселятся из трущоб!

Точное число и миллиардов, и миллионов назвал — всё прозвучало! Не удивительно, что Ходорковский теперь хотел бы увидеть Путина в суде. Да Путин знает об этом деле такое, чего, видимо, не знает даже прокуратура. Он, кажется, вообще знает об этом деле всё!

Я сейчас вообще не хочу обсуждать, что в словах Путина правда, а что трэш. Я о другом. Вот скажите, про что сейчас народу было важнее услышать — про ЮКОС или про «Невский экспресс»? Я не сравниваю заключенного Ходорковского и 27 погибших — я об остроте общественного интереса в данный момент. Конечно, экспресс! Про который Путин сказал коротко и сухо. Зато про Ходорковского мог бы говорить все 4 часа и 1 минуту. Ох, видно здорово Михал Борисыч насолил Владимиру Владимировичу! Затронул какие-то такие потаенные струны в его душе, наступил на какие-то такие мозоли! «Такую личную неприязнь испытываю, что даже кушать не могу!».

Фотография РИА Новости