Как укрепление власти председателя Си расстроило крупнейшие российско-китайские сделки

Задержание председателя Е — главы корпорации CEFC (Хуасинь) — стало самым неожиданным событием нового китайского года. История с громким арестом — показатель сдвигов в экономической политике Китая, вызванных укреплением власти председателя Си Цзиньпина, получившего конституционное право на фактически пожизненное правление. И эти подвижки не сулят ничего хорошего российским компаниям, поскольку ставят под большой вопрос возможность легко заполучить китайские «частные» инвестиции. Сделки CEFC с «Роснефтью» Сечина и En+ Дерипаски теперь вполне могут быть пересмотрены или станут предметом криминального расследования.

Споткнулся на «Шелковом пути»

Молодого, амбициозного и чудаковатого главу CEFC (Хуасинь) Е Цзяньмина считают ставленником националистических кругов китайской армейской верхушки, ко всему прочему, он же — проповедник коммунистического порядка, конфуцианской морали и дзен-буддизма.

И вот 1 марта — популярный экономический ресурс Цайсинь, ссылаясь на анонимного информатора, сообщил об аресте руководителя CEFC. Мировые информагентства тут же перепечатали это известие, что привело к молниеносному падению акций как самой CEFC, так и ассоциированных с товарищем Е компаний. А уже 2 марта «для защиты интересов акционеров Шанхайской биржи» государственное инвестиционное агентство берет под контроль текущее управление CEFC China Energy. Той, что имела тесные отношения с «Роснефтью» и En+.

Как это связано с внутриполитической борьбой в руководстве КНР? Международную экспансию CEFC вела на заемные средства госбанков, которые абы кому не дают.

Пик роста компании пришелся на 2013–2017 гг., когда органы партийного контроля начали зачистку китайского энергетического сектора, в рамках борьбы за централизацию в том числе и экономической власти в КНР. Именно в это время Е Цзяньмин превратил CEFC в мощного игрока, скупавшего активы в Африке, Персидском заливе, Восточной Европе, Казахстане и России. И теперь аналитики связывают его арест с окончательной фазой наступления на частный сектор, начавшегося в конце 2017 года в рамках борьбы за все ту же централизацию власти.

В любом случае арест Е открывает в истории отношений китайского бизнеса и власти совершенно особую страницу. Компартия Китая весь прошлый год особое внимание уделяла повышению эффективности госпредприятий и усилению контроля за «нерациональными инвестициями» за рубеж. Цель — остановить бегство капитала. Зарубежные инвестиции снизились до 120 млрд долларов против 174 в 2016 году.

Но при этом государство до последнего времени всячески поощряло CEFC. Там, где не проползет тяжелый танк китайской госкорпорации, компания товарища Е, подкрепленная многомиллиардными кредитами Банка развития Китая, выполняет задачи особой важности. На Ближнем Востоке Е выступает гарантом поставок нефти в КНР; в Чехии становится советником президента Земана, параллельно пытаясь создать экономические предпосылки для укрепления дружбы Китая со странами Евросоюза; в Казахстане — вкладывается в пограничный переход «Экономического коридора Шелкового пути».

Не обошли вниманием структуры CEFC и Россию. В сентябре 2017-го было заявлено о намерении купить у швейцарской «Гленкор» и катарского суверенного фонда QIA 14% акций «Роснефти» за 9 млрд долларов, частично выделенных российским ВТБ, и желании заключить договор о поставках нефти. Тогда же товарищ Е проявил интерес к IPO En+ Group Дерипаски.

Но все равно — арест Е и переход управления корпорацией CEFC под государственный контроль никак не укладываются в политику контроля за «нерациональными инвестициями». Ведь CEFC — самая рациональная и лояльная частная компания, к тому же активно участвующая в создании «Шелкового пути», а это главный проект по экспорту глобального влияния Китая прямо сейчас.

Что же произошло? Очевидная гипотеза: крепнущая вертикаль власти председателя Си Цзиньпина нелояльна к крупным частным компаниям и предпочитает держать их в страхе. Но возможны и иные причины. Например, коррупция, повлекшая к существенным имиджевым потерям КНР.

Провал резидента в ООН

Еще до своего взлета CEFC была известна прежде всего как спонсор некоммерческой организации CEFC (China Energy Fund Committee). Этот фонд оказывал ведомствам КНР бесценные услуги, организуя, например, неформальные встречи между китайскими и зарубежными политиками. Фонд имеет официальную лоббистскую регистрацию и представительство при ООН, а сам Е Цзяньмин позиционировал себя как «Почетный советник Генассамблеи ООН».

В ноябре прошлого года американскими властями был арестован генеральный секретарь Фонда CEFC Патрик Хо, бывший министр правительства Гонконга, за попытку подкупить президента Чада и министра иностранных дел Уганды — с целью обеспечения привилегий для CEFC China Energy Company. Хо начал разрабатывать схему подкупа в 2014 году и успел использовать около 2,9 млн долларов. В частности, президент Чада электронным переводом получил 400 тыс. долларов, а угандийский министр — 500 тысяч.

Ныне все замерли в ожидании того, что Патрик Хо, томящийся в нью-йоркских застенках до суда в январе 2019 года, может многое рассказать про художества обеих CEFC. Так что бизнес-структуры товарища Е капитально подставили Китай на внешнеполитической арене, выставив взяткодателями.

И в этой связи любопытно, что в китайской прессе обсуждают в первую очередь не африканские, а российские связи CEFC.

Якорный инвестор тянет на дно

Заголовок в South China Morning Post, первой сообщившей об аресте Е, был прямолинеен: «Расследование бросает тень на китайского инвестора «Роснефти». Можно добавить — и на акционера En+. Но так как о возможном срыве сделки по выкупу акций «Роснефти» писали уже подробно и многие, сосредоточусь на компании Дерипаски и истории ее связей с Е.

Задолго до IPO Дерипаски в Лондоне (июль и сентябрь 2017-го) пресса сообщила, что китайская СEFC станет «якорным инвестором на этих торгах и купит акции Эн+ на 500 миллионов». Случайно это или нет, но сумма в точности совпадает с той, которую должен был выручить на 1,5-миллиардном IPO главный акционер En+ Group.

Но в результате CEFC в лондонском IPO так и не приняла участие.

Из официальных сообщений представителей Лондонской биржи мы знаем, что в акции En+ вложилась некая «Анан Групп Сингапур», контролирующая 63% «Анан Интернейшнл Лимитед» на Сингапурской бирже (SGXY35).

До 2017-го «Анан Интернейшнл Лимитед» назывался «CEFC Интернейшнл Лимитед». В 2015 году компания четыре раза получала на Сингапурской бирже строгое предупреждение в связи с крайне подозрительным скачком цен на акции — в 1200%. С 2015 года цена их акций упала почти вчетверо.

Капитализация «Анан Интернейшнл» на 1 января 2018 года составляла 466 млн долларов, а наличности на счетах было 37 миллионов. Оборот 2017-го — 2,2 млрд, прибыль — 13 млн. К чему цифры? К тому, что даже всех капиталов компании не хватило бы на покупку 500-миллионного пакета депозитарных расписок En+.

На арест Е гендиректор компании «Анан» и формальный член совета директоров En+ Чжао Гуанмин отреагировали официальным разъяснением: 1) Е Цзяньмин не владеет никакими долями в Хуасинь CEFC (Китай), но является исполнительным директором и председателем совета директоров. 2) Е Цзяньмин владеет примерно 50,1% капитала Группы «Анан» (Сингапур), которая контролирует 64% акций «Анан Интернейшнл». 3) В разъяснении подробно описано, по каким договорам разные группы CEFC должны «Анан Интернейшнл» 142 млн долларов и как компания надеется это взыскать.

Таким образом, фирма, выкупившая на лондонском IPO 5% корпорации En+, — это никакая не CEFC, а маломощный сингапурский трейдер, которым владеет лично арестованный Е. Кроме того, какой-либо официальной информации о сделке с En+ и последовавших за ней трансакциях на официальных сайтах «Анан Интернейшнл» нет. То есть не факт, что сделка закрыта. Арест Е Цзяньмина делает обязательства с его стороны и вовсе призрачными.

Факт в том, что ВТБ выдал кредит «Анан Групп» на покупку 500-миллионного пакета En+, а значит, если кредит перестанет обслуживаться, то акции могут перейти в собственность кредитора-госбанка. Такая будет приватизация по-русски: одна госкомпания купила другую госкомпанию с помощью китайского посредника.

А ведь ВТБ готов финансировать и сделку по перепродаже 14% акций «Роснефти». Неясно только, осталась ли в числе претендентов на него CEFC или на роль иностранного инвестора в этой спецоперации придется искать кого-то еще?