Четверть от половины

Поддержка единороссов стремится к нулю

Мне кажется, что почти уже бывший губернатор Владимирской области Светлана Орлова, например, увидев эти результаты, быстро поняла, как ей предстоит жить дальше. Смотрите: ночью с самых защищенных опытными наблюдателями участков приходили сообщения о том, что Орлова в среднем набирает 25% голосов.

Это, видимо, и есть ее результат после многолетнего применения админресурса, фактической зачистки выборов и всего политического поля в стране, тотальной агитации всеми местными СМИ, недопуска независимых журналистов на участки.

И без приписок. 25%! Четверть от явки, которая не составила и 40%. То есть, есть вероятность, что на самом деле за Орлову отдали голоса 10% избирателей. Или примерно 6% всего населения области, включая детей, иммигрантов и москвичей, которые массово живут в регионе без прописки. За хабаровского экс-губернатора Вячеслава Шпорта проголосовало чуть больше 13% избирателей. Или примерно 8% всего населения региона.

Вы только вдумайтесь — шесть и восемь процентов! С пропагандой, с тотальной зачисткой, с обязаловкой. С голосами подневольных бюджетников и военных, свидетельства сгона которых на участке мы в последние дни получали немало.

Что значит фальсифицировать такие выборы? Ты идешь выступать с инаугурационной речью и понимаешь, что в твоем окружении никто за тебя не голосовал. Официантка приносит тебе стакан воды. Стилист поправляет прическу. Начальник твоей охраны следит за зрительным залом. И они все знают, что люди вокруг за тебя не голосовали и что ты сама себя выбрала. Тебя зовут на лизоблюдский местный телеканал рассказывать о будущих достижениях. Прикормленные журналисты услужливо кивают твоим заученным словам, а ты понимаешь, что из десяти человек в лучшем случае один хотел твоей победы. Едешь в своем кортеже по городу и вспоминаешь, что в других машинах сидят люди, которые знают, что ты нарисовала себе проценты. Это очень неприятно. И в мире должно быть мало благ, ради которых человек станет терпеть такую жизнь.

Есть некий замкнутый малый круг кровообращения власти. Он далеко, в Москве, и никак не соприкасается с населением. А есть круг большой: это избираемые и якобы избираемые губернаторы, мэры, депутаты, обеспечивающие кровоснабжение на местах.

И вот они-то поставлены сегодня перед фактом жить и работать в условиях уже даже не массового недовольства, а тотальной ненависти к ним.

Недостаточно подделать результаты выборов. Важнее заставить людей в них поверить. Всех людей. И тех, кто избирается, тоже. Ни один диктатор не считает, что он никому не нужен - он думает, что согнанные на участке 99% избирателей его искренне любят. И ни один губернатор в России не верит, будто на самом деле его никто не хочет видеть. Ему приносят данные опросов от карманных социологических служб. Его заместители гонят бюджетников на участки чуть ли не батогами и говорят, что те идут сами. Губернатор рад потонуть в блаженном неведении.

Но этой осенью впервые за много лет что-то пошло не так и нам всем дали подсмотреть, как на самом деле голосовали в некоторых регионах. Ничего, в общем-то, невероятного не случилось, кроме утечки данных с нескольких разрозненных участков. Информация прорвалась и разошлась широко. И все поняли, что это и есть настоящие данные. И что именно они отражают настоящий рейтинг.

Когда рейтинг власти 10%, фальсификации могут быть либо тотальными, либо не должны применяться вообще. С поддержкой в 10% кандидат может победить только в полностью тоталитарном обществе. Когда у тебя 45% поддержки, можно немного смухлевать - все равно у каждого человека найдутся знакомые или родственники, голосовавшие за тебя, они заставят остальных поверить. С 10-ю процентами поддержки ничего не выйдет, потому что имитировать лояльность не получится. Или тотальные репрессии, или свободные выборы. И я думаю, что прямо сейчас в Кремле решают, какой им выбрать путь.