На борту «Боинга» «Морис Метерлинк»

«Синяя птица» в «Электротеатре Станиславский»

В обновленном Театре Станиславского — первая премьера худрука, Бориса Юхананова. «Синяя птица» идет три вечера, в целом — одиннадцать часов

В обновленном Театре Станиславского — первая премьера худрука, Бориса Юхананова. «Синяя птица» идет три вечера, в целом — одиннадцать часов.

В 1917 году, на парижской премьере балета «Парад» Сати–Пикассо–Кокто и труппы Дягилева (страшно радикальный был спектакль для своего времени!) публика негодовала, а усатый буржуа в партере кричал: «Если бы я знал, что это так глупо, я бы привел детей!» Все 11 часов в «Электротеатре» вспоминаешь эту историю, хотя на «Синей птице»-2015 все ровно наоборот. Это не глупо. Партер ликует. А вот детей приводить не надобно.

Этот Метерлинк — недетский. В проекте Юхананова смешаны: собственно феерия (она же мистерия), воспоминания Тильтиля и Митиль о военном детстве, Михаиле Яншине, Евгении Урбанском, Театре Станиславского 1950–1990-х, ритуалы театра Но, диалоги Наполеона и Могильщиков на фоне мавзолея (изъясняются могильщики цитатами из «Государства» Платона), горловое исполнение песни «Опустела без тебя земля…», проекция ядерного Апокалипсиса на холодильник «ЗИЛ», мюзик-холльные номера на песни советских композиторов (продвинутую премьерную публику они очень оживляют), фрагменты «Каменного гостя», фильма «Человек-амфибия», «Онегина» на китайском и экскурсии по современной Москве на пяти языках.

Композитор спектакля — Дмитрий Курляндский, ведущий авангардист в современной российской музыке. Его инструментальные интермедии в партитуре смешаны с фольклорным масленичным действом, песней Шпаликова «Пароход белый-беленький…» и ариями из «Фауста».

Художник-постановщик — Юрий Хариков, соавтор режиссера Юхананова с 1980-х. Сценическая конструкция — салон «Боинга 777» в разрезе (что явно продолжает естественную для «Синей птицы» тему полета). Куда, кстати, можно улететь за 11 часов без посадки? В Японию? В очень глубокую Африку? На острова Микронезии? Неважно. В поэтике спектакля все гипотезы верны.

В то же время в определенном смысле «Синяя птица» Бориса Юхананова вписана в мейнстрим недавней, но быстро укоренившейся (и по человеческой сути верной) театральной традиции: новый художественный руководитель столичного театра воздает дань уважения прошлому этой сцены. Вахтанговская «Пристань» Римаса Туминаса, заявленное при открытии «Гоголь-центра» взаимодействие прежней труппы Театра Гоголя с молодой «Седьмой студией» Серебренникова, новый блеск Светланы Немоляевой, Игоря Костолевского, Михаила Филиппова в спектаклях Миндаугаса Карбаускиса, «Алиса» — первая работа Андрея Могучего в петербургском БДТ… все из этого ряда. И, как говорила Ахматова, «это в добрых нравах литературы». То бишь театра.

Тильтиля играет Владимир Коренев, столп труппы прежнего Театра Станиславского, а также — Ихтиандр в незабвенном фильме «Человек-амфибия». Митиль играет его жена, актриса Алевтина Константинова. Их личные воспоминания (начиная с 1940-х) стали частью проекта «Синяя птица». Любого человека, прожившего две трети ХХ века в СССР, слушать интересно (в этом, кстати, сдается мне, один из месседжей спектакля). Двух седых, красивых, любезных на старинный манер актеров — слушать интересно тем паче. Память шестилетней Алевтины о войне, о бегстве на подводах от Мценска до Белой Церкви под обстрелом невыразимо страшна. Но и Владимир Коренев, сын блестящего флотского офицера, помнит, как голодали в послевоенном Крыму: «Мы жили в Ялте… Чтобы чем-то питаться, там отстреливали дельфинов. Говорят, когда в них стреляли, они кричали, дельфины… Когда готовили—запах был просто чудовищный!»

И далее — через спектакль пунктиром идет судьба Коренева и Константиновой (женаты они, к слову, более полувека). Юность великого поколения шестидесятников. Веселая бедность и буйный расцвет «оттепельной» Москвы. Десятки игрушечных «Чаек» с фигурками женихов и невест, советскими Барби и Кенами бэби-бума, едут по сцене к мавзолею. Гремит август 1991-го — и два «Танкиста-Анубиса» в древнеегипетских юбках из камуфляжа наводят орудие на зал. Неистребимый советский гешефтмахер, успешный промоутер медвежьего цирка, администратор филармонии Яша (Олег Бажанов) возит юного Ихтиандра-Коренева по «встречам с публикой» в Ивановской области (до десяти выступлений в день!)… Сцена гомерического чеса, включенная в эпизод встречи Тильтиля с Блаженствами, поставлена со смехом, размахом и не без блеска.

…Что будет, если вычленить из этого громокипения собственно сцены из «Синей птицы»?

Лучше не пробовать. Да и для постановщиков такое вычленение явно в условия игры не входило.

На сцену кусками, как в лихорадочном сне, валится сразу все: ненаписанная, непоставленная, не осмысленная история Страны Советов; «Золотая библиотека» ее интеллигенции, мечты о мирах и культурах, известных тогда понаслышке; куски спектаклей, которые уже никогда не увидят рампы; слепленный из останков прежнего луна-парка новый колоссальный аттракцион (даже странно, что обошлись без знаменитого фельетона 1983 года «Рагу из «Синей птицы»).

Зритель премьерный, профессиональный смотрит с интересом. Что будет в следующем сезоне, когда проект войдет в репертуар? Вот в следующем сезоне и выяснится.