«Тори и Локита» братьев Дарденн: подростки-беженцы из Африки изображают брата и сестру, чтобы выжить в Европе

Один из самых поразительных фильмов этого года

В российский прокат выходит драма Жан-Пьера и Люка Дарденнов «Тори и Локита» — фильм о двух детях, приехавших в Бельгию из Африки и не знавших друг друга до этого. Они клянутся друг другу в вечной верности и называют себя братом и сестрой. Чтобы выжить в Европе, им приходится распространять наркотики. В 2022 году картина получила специальную награду — юбилейный приз в честь 75-летия Каннского фестиваля. Кинокритик «Медузы» Антон Долин рассказывает, почему это один из самых поразительных фильмов года.

Кажется, «Тори и Локита» в самом деле один из самых поразительных фильмов года и лучших в фильмографии братьев Дарденн. Возможно, дело в том, что он идеально совпал с трагическим временем, когда опыт беженца или по меньшей мере боязнь его получить объединяет очень многих.

Тори и Локита — имена главных героев, двух африканских детей, оказавшихся в родной для Дарденнов Бельгии (все свои фильмы они снимают в индустриальном Серене рядом с Льежем, где родились и выросли). Их знаменитая «Розетта», получившая в 1999-м «Золотую пальмовую ветвь», тоже называлась по имени главной героини. Так режиссеры дают маленьким людям, о которых снимают кино, возможность быть замеченными и сохранять, подчас в невыносимых условиях, чувство собственного достоинства. Напротив, одну из своих предыдущих картин, «Незнакомку», они сняли о трагической анонимности тех самых «других» — мигрантов, приезжих, людей иной культуры и языка, — чью жизнь и даже смерть большинству столь легко не замечать. Относится это и к героям нового фильма.

Тори и Локита — брат и сестра. На самом деле нет. Они познакомились по пути в Европу и решили держаться рядом, поклявшись друг другу в верности. Проблема в том, что никаких доказательств родства у них нет, они даже не из одной страны. Хуже того: Тори может доказать факт преследований — его на родине содержали в приюте для «детей-колдунов», у него есть право на убежище, а Локита старше и не спасалась от смерти, а приехала в надежде заработать и послать хоть что-то семье. В документах отказали, будущее — ее собственное и зависящего от нее мальчика — не определено. Выбора не остается: Локита, а вместе с ней Тори становятся заложниками местных преступников, ловких наркоторговцев, которым нужны подростки-распространители.

Критики любят шутить, что Дарденны задались спортивной целью собрать — кажется, впервые в истории — все награды Каннского фестиваля, где их картины показывают с прорывного «Обещания», снятого в 1996-м. У них на счету в самом деле две «Золотые пальмовые ветви» («Розетта» и «Дитя»), Гран-при («Мальчик с велосипедом»), призы за сценарий («Молчание Лорны»), режиссуру («Молодой Ахмед»), мужскую («Сын») и женскую (опять «Розетта») роли. Для «Тори и Локиты» жюри было вынуждено выдумать «Специальный приз 75-го фестиваля».

Почему, собственно, это шутка и что мешает обвинить Дарденнов в расчетливой стратегии, цель которой — сбор наград? Кроме субъективного и недоказуемого ощущения абсолютной честности как фундамента их кинематографа, аргументом может служить многолетний отказ Дарденнов от раздувания бюджетов и приглашения звезд (желающие сняться у них голливудские знаменитости давно выстроились в очередь, но повезло лишь француженке Марион Котийяр, и то почти случайно). А еще — показательная и последовательная скромность самых титулованных европейских режиссеров, которые продолжают исследовать устройство человеческой совести, механизмы самопожертвования и эгоизма, бескорыстия и предательства, соотношения добра и зла в природе. Для поклонников Дарденны — одновременно философы и святые от кинематографа. Хотя невнимательный взгляд усмотрит в их аскетичных притчах лишь «социалку».

«Тори и Локита» длятся меньше полутора часов и сражают зрителя концентрированной энергией действия и неослабевающей эмоциональностью. Кроме впечатляюще органичной актерской игры — прежде всего это касается исполнителей двух заглавных ролей, дебютантов Пабло Шилса и Жоэли Мбунду, — картину отличает темп монтажа (за него отвечает многолетняя соратница режиссеров Мари-Элен Дозо), поддерживающего саспенс. Дарденны утверждают, что намеренно использовали элементы авантюрного жанра, в этом смысле «Тори и Локита» следуют «Отверженным» или «Парижским тайнам» — в них есть секреты, погони, тайные ходы, неожиданные встречи и маленькие чудеса. Но по духу фильм ближе страшной сказке: в нем даже есть подобие заколдованного леса — плантация марихуаны. В героях узнаются заблудившиеся, но бесстрашные дети, гриммовские Гензель и Гретель. Недаром же с самого начала в истории — как всегда у Дарденнов, бескомпромиссно реалистической — всплывает тема черной магии.

Для Дарденнов «другой» тоже не социологическое, а философское понятие, ключевое для их кино. Собственно, уже «Обещание» было историей о том, как несовершеннолетний наследник циничного прораба пытался спасти — ценой разрушенных отношений с отцом — семью африканского рабочего-нелегала, погибшего на стройке. «Сын» рассказывал об отце убитого мальчика, который пытался не только простить, но фактически усыновить убийцу — такого же неприкаянного подростка. «Мальчик с велосипедом» — о парикмахере, отказавшейся от отношений ради усыновления подростка со сложным характером. В «Незнакомке» молодая врач, не открывшая дверь кабинета незнакомой девушке и позже узнавшая о ее смерти, пыталась искупить чувство вины, расследуя убийство.

Что заставляет нас отдавать свои время и силы чужаку — случайному человеку, отторгнутому тем обществом, частью которого себя считаем мы? Можем ли мы противопоставить хоть что-то переполняющей мир несправедливости? Вечные и, в сущности, романтические вопросы могут показаться наивными. Но совесть для братьев Дарденн не абстракция и не мираж (в их «Молчании Лорны» она превращалась в фантомную беременность). В последний год умозрительные вопросы и проблемы вдруг обрели плоть и стали насущными. В Европе впервые за годы началась кровопролитная война, сонный обыватель оказался перед выбором, итогом которого могут стать спасенные жизни. Этот контекст и сделал «Тори и Локиту» не просто прекрасным, но исключительно важным фильмом.

Антон Долин