Оригинал материала
Новейшие тенденции на рынке труда.
Прямая зависимость состояния рынка труда и перспектив его развития от обще- го положения дел в экономике каждой страны очевидна. В России потеря наци- онального богатства за 1991–1997 годы составила 1,75 триллиона долларов, что в четыре раза превышает ущерб, поне- сенный СССР в годы Великой Отечест- венной войны[1]. По официальным дан- ным, валовой внутренний продукт (ВВП) сократился в 2000 году почти вдвое по сравнению с 1990 годом. Резкий спад производства наблюдался практически во всех ключевых отраслях промышлен- ности, даже в топливной, в которой он составил 32 процента в 1999 году (против 1990 года). Самые ощутимые по- тери — более 50 процентов — пришлись на долю обрабатывающей промышлен- ности, в том числе и на такие ее отрас- ли, как химическая, нефтехимическая, машиностроение и металлообработка, во многом определяющие технический прогресс страны. В критическом состоя- нии продолжает пребывать оборонный комплекс — средоточие наукоемких и высокотехнологичных производств. Пик кризиса «оборонки» пришелся на 1994 год, когда в результате закрытия или приостановки большинства пред- приятий ВПК (их насчитывалось око- ло 3 000) были уволены или же отправле- ны в длительные вынужденные отпуска около 15 миллионов человек[2].
Кризис превратил в «лишних людей» прежде всего высококвалифицирован- ных специалистов, либо оставив их без работы в «состоянии ожидания», либо вынудив искать приложение своим си- лам в непрофильных областях, растворя- ясь в них безвозвратно и теряя квалифи- кацию, поскольку нынешний рынок труда предъявляет пониженные квали- фикационные требования к работникам негосударственных форм хозяйства по причине их слабой технической осна- щенности, отсутствия средств для модер- низации производства, сиюминутности производственной политики. В любом случае качество трудового потенциала авангардных отраслей неизбежно резко снижается.
Данное обстоятельство усугубляется потерями ядра научно-технических кад- ров в материальном производстве и ряде непроизводственных отраслей. Как сви- детельствуют данные Федеральной службы занятости населения (ФСЗН), в 1997 году насчитывалось 650 тысяч че- ловек безработных среди инженерно- технических кадров проектных и науч- ных организаций (более 10 процентов от их численности).
В целом же, если полагаться на офи- циальные данные, численность экономи- чески активного населения уменьшилась за 1992–2000 годы на 3 миллиона 175 ты- сяч человек, а занятого в экономике — на 6 миллионов 813 тысяч человек. В 2000 году из задействованных в эконо- мике 64 миллионов 255 тысяч человек ко- личество безработных составило 7,5 мил- лиона человек, или 10,5 процента[3]. Необходимо принимать во внимание сложную демографическую ситуацию в России. Исходя из международных критериев, население страны считается старым, если доля людей в возрас- те 65 лет и более превышает семь процен- тов. В России этот порог был перейден уже в конце 1960-х годов. Однако в 1999 году, впервые за всю российскую историю, количество людей пенсионно- го возраста превысило численность детей и подростков до 16 лет (на 110 ты- сяч человек). Прогнозы дальнейшего де- мографического развития выглядят не- утешительно. Доля населения старше трудоспособного возраста будет постоян- но расти и может достигнуть к 2016 го- ду 25,1 процента (против 20,7 процента в 2001 году), а численность детей сокра- тится к 2015 году на 8,4 миллиона чело- век, или на 4,8 процента[4].
В этой связи тревожным симптомом должно стать выявленное резкое наруше- ние возрастных пропорций работников в крупной промышленности и других важ- ных отраслях экономики, отсутствие необ- ходимой преемственности трудовых поко- лений. Не в последнюю очередь это вызвано падением престижности ряда про- фессий в сфере материального производст- ва у молодежи, зачастую склоняющейся, нередко вынужденно, к занятиям, которые обещают быстрый доход и не предъявляют сколько-нибудь значительных образова- тельных требований, например к рознич- ной торговле, челночному бизнесу и т. п. К тому же современный рынок труда, и прежде всего частный сектор, оказался в целом более емким для работников отно- сительно невысокой квалификации, по- глощая их в значительно бoльших количе- ствах, чем дореформенный. Кроме того, негосударственные структуры фактически устранились от решения проблемы подго- товки и переподготовки кадров, пользуясь в основном старыми запасами трудового потенциала, за исключением некоторых наиболее развитых и состоятельных от- ветвлений (банки, корпорации топливно- энергетического комплекса (ТЭК)). Судь- ба же профессионального и среднего специального образования, понесшего огромный урон в 1991–1996 годы, до сих пор не имеет ясных перспектив.
Мировой опыт демонстрирует про- тивоположные тенденции: в западноевро- пейских странах с развитой рыночной экономикой и в США продолжает увели- чиваться спрос на более образованных ра- ботников; степень занятости персонала повышается с ростом образованности; принцип прямой пропорциональной зави- симости отдачи (например, в виде надбав- ки к зарплате) от уровня образованности действует в любых, даже самых неблаго- приятных (пик безработицы) условиях.
Россия пока не следует в фарватере отмеченных общемировых тенденций. В частности, основной акцент программ профессионального обучения и перепод- готовки безработных перенесен на рабо- чие профессии среднего уровня.
Наряду с повышенным спросом россий- ского рынка на неквалифицированный труд, включая ручной, являющийся следствием общего технологического отставания эконо- мики страны от индустриально развитых го- сударств, в 1995–1998 годы проявилась и другая, вполне устойчивая, тенденция за- висимости безработицы от образовательного уровня. Ее иллюстрируют следующие дан- ные об уровне безработицы по группам эко- номически активного населения, с различ- ным образованием (в процентах от общей численности безработных) (см. табл. 1).
| Образование | Всего | В том числе | |
| мужчины | женщины | ||
| Высшее Среднее профессиональное Среднее (полное) общее Основное общее Не имеют основного общего | 10,3 28,1 41,9 14,6 2,7 | 9,5 24,0 48,3 17,6 3,2 | 11,2 32,9 40,1 11,2 2,1 |
По всей видимости, эти данные, при внешнем сходстве с аналогичной тенден- цией, действующей в индустриально раз- витых странах, свидетельствуют лишь о способности, присущей более образо- ванным слоям населения лучше и быстрее адаптироваться к рыночным условиям.
О действительном положении рос- сийского интеллектуального потенциа- ла говорят такие цифры. Персонал науч- но-исследовательских, конструкторских и проектно-изыскательских организаций к 1999 году сократился на 45 процентов по сравнению с 1992 годом. Сокращение в на- ибольшей степени коснулось категории «исследователей»
. Из ВПК ушло око- ло 30 процентов научных работников и спе- циалистов. В станкостроении производство станков с числовым программным управле- нием уменьшилось в 35 раз, а экспорт высо- коточной продукции машиностроения сни- зился с 20 до 6,5 процентов. В несколько раз упал объем национального патентования. В 1998 году было подано около 20 тысяч па- тентных заявок против 100 тысяч в нача- ле 1980-х годов, из которых регистрирова- лось 50–60 тысяч авторских свидетельств; по этому показателю СССР превосходил США и Японию (многократно проигрывая по внедрению изобретений и рационализа- торских предложений).
Бедственное положение российской науки определялось неуклонным сокра- щением расходов на научные и опытно- конструкторские разработки (НИОКР) как в абсолютных величинах, так и в долях от ВВП. Сопоставимые с некоторыми дру- гими странами данные (в миллиардах дол- ларов) о величине расходов на НИОКР выглядят следующим образом (см. табл. 2).
На фоне интенсивного развития ин- дустриально развитыми государствами передовых технологий, в частности ин- формационных, предъявляющих повы- шенные требования к интеллектуальной составляющей трудового потенциала, российские потери на этом поприще вы- глядят особенно удручающе.
Чтобы не оказаться на обочине науч- но-технического прогресса или даже за ее пределами, страна, по мнению спе- циалистов, должна располагать трех- звенной технологической системой. Ее образуют, во-первых, технологии «ки- бернетического» порядка, порождающие принципиально новые направления раз- вития производства; во-вторых, крити- ческие технологии, обеспечивающие требуемый технологический уровень «кибернетических» разработок и отвеча- ющие, например, за создание материа- лов с принципиально иными свой- ствами; в-третьих, макротехнологии, воплощающие в себе всю совокупность технологических процессов (НИР, ОКР, подготовка производства, производство, сбыт и сервисная поддержка проек- та) по созданию определенного вида продукции с заданными свойствами.
| Страны | 1991 | 1992 | 1993 | 1994 |
| Россия США Япония Германия Франция Великобритания | нет данных 154,3 71,8 35,6 25,0 18,7 | 9,6 161,0 67,0 36,1 25,0 20,2 | 6,4 154,3 71,8 35,6 25,0 18,7 | 6,0 173,0 74,9 37,3 26.0 21,6 |
Из 150 стран с экономикой рыночного типа лишь семь из них, самые высокораз- витые, сосредоточили у себя производство 80–90 процентов всей наукоемкой продук- ции. На долю России приходится 0,3 про- цента. Безусловное лидерство семерки обеспечивается владением 46 из 50 макро- технологий. США располагают 20–22 из них, Германия — 8–10, Япония — 7, Анг- лия и Франция — 3–5, Швеция, Норвегия, Италия, Швейцария—по 1–2[6].
Развитие и усовершенствование пере- довых технологий не только содействует научно-техническому прогрессу, но и ра- дикальным образом способствует улучше- нию состояния рынка труда, решению проблемы занятости за счет создания це- лых производственных направлений.
Одно из необходимых условий техно- логического роста — благоприятный ин- вестиционный климат. Президент США в январском ежегодном послании за 1999 год огласил официальные данные, согласно которым в стране было создано около 20 миллионов новых рабочих мест во многом благодаря привлеченным сред- ствам рядовых граждан-акционеров. Ин- вестиционная активность населения под- держивается государством, создающим надежные законодательные инструменты защиты вкладчиков.
Государственная власть в странах со стабильными рыночными экономиками целенаправленно действует и в направле- нии создания благоприятных условий для инвестиций в собственную экономи- ку, прежде всего со стороны националь- ного капитала.
Для стран, вставших на путь рефор- мирования и структурных преобразова- ний в экономике, особенно актуальной становится задача привлечения крупных иностранных инвесторов. Политическая нестабильность в России наряду с непо- следовательностью в экономической по- литике стали препятствием на пути ее ре- шения, тогда как приток иностранных инвестиций в экономику коммунистичес- кого Китая возрос с 3,5 миллиарда долла- ров в 1990 году до 38 миллиардов в 1995 году. В Венгрии аналогичный рост составил 4,2 миллиарда долларов, в Поль- ше — 1,7 миллиарда.
По расчетам экспертов, суммарная потребность в инвестициях основных фондов, задействованных в российской экономике, благодаря которым можно обеспечить создание необходимых рабочих мест, составляет на период 1995–2005 годов свыше 500 миллиардов рублей в це- нах 1990 года. Для понижения доли ручно- го труда до уровня 1990 года (около 20 про- центов производственного персонала) понадобится еще 201 миллиард рублей.
По оценке В. Леонтьева, для дости- жения темпов ежегодного экономичес- кого роста в четыре — шесть процентов на удельный вес инвестиций должно приходиться около 20 процентов ВВП, а в семь — восемь процентов — око- ло 30 процентов ВВП.
В странах Европейского союза выявле- на достаточно высокая степень корреляции между темпами роста ВВП и занятостью (см. табл. 3).
| Годы | Среднегодовые темпы роста | |
| ВВП | занятости | |
| 1987–1990 1991–1994 1995–1997 | +3,5 +1,0 +2,0 | +1,25 –1,0 +1,0 |
Источник: Кузьмин С. А. Указ. соч. С. 103.
Она послужила основанием для за- ключения о медленном росте европей- ских экономик как едва ли не главной причине безработицы в Европе, сделан- ного Гюнтером Тичи, одним из автори- тетных западных аналитиков.
Несмотря на усилия большинства со- циально ориентированных государств, направленные на создание условий макси- мальной занятости населения, безработи- ца остается повседневной реальностью. Заметно снизившись на исходе 1980-х го- дов, она вновь значительно возросла в 1993 году, составив в целом по странам, входящим в Организацию экономическо- го сотрудничества и развития (ОЭСР), около 7,8 процента, охватив не ме- нее 35 миллионов человек трудоспособно- го населения развитых стран. В странах ЕС (Бельгии, Дании, Франции, Германии, Греции, Ирландии, Италии, Люксембурге, Португалии, Нидерландах, Испании, Англии) удельный вес безработных дости- гал 10–11 процентов.
[1] Лопуха А. Д., Зельцер И. М. Трудовые отношения: история, теория и современная российская практика. Новосибирск, 2002. С. 128.
[2] Кузьмин С. А. Занятость: стратегия России. М., 2001. С. 40–45.
[3] Труд и занятость в России: Статистический сборник. М., 2001. С. 38.
[4] Бычкова С. Г. Статистика населения и трудовых ресурсов. М., 2001. С. 24.
[5] Труд и занятость в России: Статистический сборник. М., 1999. С. 107; Россия в цифрах, 2000. М., 2000. С. 264.
[6] Кузьмин С. А. Указ. соч. С. 114.