40 лет и одна книга

Публикуем небольшой комментарий Леонида Пономарева о его книге «Под знаком кванта».

— Как возникла книга, какие цели Вы при этом ставили перед собой?

— Я писал ее 40 лет. Вначале это была маленькая книжка «По ту сторону кванта» (серия «Эврика», тираж 100 тыс. — по тем временам обычный), и возникла она как спонтанная реакция неофита на красоту открывшегося ему квантового мира. Но через много лет я возвратился к ней уже с осознанным намерением написать современную естественнонаучную картину мира, основа которой — учение о квантах. Насколько это удалось — судить читателям (и рецензенту), но я старался сделать это добротно.

(«Пусть не всё удалось, но намерение похвально», — говорили древние римляне.) В свое время я читал книги Фламмариона, Поля де Крюи, Гексли, Воронцова-Вельяминова и многие другие, не столь знаменитые, которые, я думаю, сильно повлияли на формирование моей картины мира. Я могу только надеяться, что моя книга не нарушает эту традицию серьезного, доверительного и нескучного разговора автора с читателем.

— Прошлый номер мы посвятили роли самообразования в жизни ученого. Что Вам пришлось осваивать, узнавать самому?

— В 12 лет отец отвел меня в заводскую библиотеку, где я помогал выдавать книги, клеить формуляры, и я до сих пор помню запах типографского клея, приходящего вместе с партией новых книг (это переживание, увы, недоступно поколению интернета). Жил я в рабочем поселке (теперь г. Дружковка Донецкой области), но и туда раз в месяц поступали тома выходившей тогда БСЭ (в городскую библиотеку парткабинета). Почти каждый день я заходил туда после школы (мне уже было 14-15 лет) и часами просиживал, аккуратно листая страницы, проложенные папиросной бумагой. А потом было увлечение астрономией под черным украинским небом, поэтическое описание которого я нашел потом у Чехова в «Степи». И еще: нас хорошо и неравнодушно учили — помню, как уже в 8-ом(!) классе мне поручили сделать доклад об электронном строении лантанидов. А сочинения, а исторический кружок — до сих пор вижу, как учитель истории с восторгом рассказывает о битве Александра Македонского при Гавгамелах. Конечно, это было время всеобщего порыва к знанию как таковому, без мыслей о благах, с ним связанных. Поэтому по окончании школы у меня не было сомнений в выборе пути, а сословных препятствий этот выбор реализовать в то время не было — даже для паренька из рабочего поселка.