Евгений Ицкович: Эльза

Ходили на закрытие недели кино. Походило это на самодеятельность в каком-нибудь дворце пионеров, но совершенно без официоза. Вела вечер женщина, получившая на это дело грант… Веселая и улыбчивая.

Показали три фильма, которые сняли за две недели «мастерской». К одному приложил руку Женя, и фильм в кулуарах так и называли – Жениным. Первые два – ужасное дилетантство, по большей части операторское, да и сценарных идей никаких. Дрожащие суперкрупные планы, все размыто, и чернуха – тюрьма, помойка. Но зал встречал это плохо пахнущее месиво на ура.

Фильм с участием сына существенно отличался и выглядел почти профессионально, некоторые моменты даже захватывали. Главный герой - уличный танцор, отожествленный с Сан Луисом. Разнообразная съемка, много идей, отсутствие вдыхания паров ассенизаторской деятельности. Был даже большой кусок русского текста, который испортился и при монтаже его заменили на немецкий. Очень смешно!
Реноме фестиваля спасено….

Говорят, все было организовано из рук вон плохо, но отдельных специалистов-энтузиастов все-таки пригласили!

В заключение показали идущий в прокате фильм «Эльза». О, ужас, видимо к нему приложили руку организаторы фестиваля. Тошнотворнейшее зрелище! Те же нерезкие суперкрупные планы, когда на всем экране умещается пол- или четверть лица, непрерывно колыхающееся и размытое, как пятно помоев в луже около общественного туалета. Такое впечатление, что кино специально снято для испытания противорвотных средств.

И о чем же фильм? О певице самба! Она много интервьюируется, много поет. О ней рассказывают окружающие, но наверно не люди, а хари, так это выглядит на экране.

Самба - постоянный спутник карнавала, потому что карнавал в Бразилии - это парад школ самба. Жанр вырождающийся. Поют часто пьяными сорванными голосами, редко попадая в такт, тексты непристойные или вовсе матерные. Этакий музыкальный бактериальный мат, на котором в Мараньяу господствует форро, похожее на русский блатной шансон.

Вначале ничего не понятно, поскольку на экране только рот и глаза, не способные удержаться в собственном соку. Ощущение неприятное –негритянка-пьянчуга из фавел попрошайничает на весь белый свет. Но через несколько минут удивляешься, отчего у этого мерзкого персонажа такая невероятная дикция, и такой проникновенный голос. А когда начинает петь тихо, как для себя, не переходя в эстрадный вокал, охватывает небесное изумление, ничего подобного в Бразилии еще не слышано! Сразу понимаешь грандиозный масштаб дарования, на ум приходят Эдит Пиаф и Эллочка Фитцджеральд.

Увы, из фильма не извлечь ни времени, ни места! Жива ли она сейчас? Выступает ли? Если бы можно было не смотреть! Но все время приоткрываешь глаза в надежде увидеть автора этого изумления, и за это глаза пытают!

Ищу бразильскую поэзию – нахожу графоманство за редким исключением! Каждого встречного португалоязычного прошу – хотя бы одно стихотворение – наизусть! Но даже среди образованных, любящих литературу, не нашел ни единого, помнящего таковое. А здесь что ни песня - так поэзия, и несколько строчек проникают в сознание именно поэтической образностью и звукописью!

Люди, говорившие о певице, пожилые, но среди них один более моложавый. Когда он запел с ней дуэтом, я узнал его, видел по ТВ. Это единственный певец, поющий специфически португальские звуки, в основном гласные, как по-русски это выходило у Высоцкого, только без безудержной экспрессии последнего. Поэзия уровня Юнны Мориц, которую люблю, хоть это и для детей.

Они пели, но Эльза по большей части плакала, и это была правда!

Дома посмотрел на Youtube записи выступлений. Менее впечатляюще. Поет под оркестр и невероятная выразительность смазывается банальностью аранжировок.

Когда-то написал изысканно пронзительную песню «Сентиментальная самба», но по жизни своей в Сан-Луисе никак не мог взять в толк, какая у нее связь с разнузданно-карнавальной музыкой. Теперь понимаю, самба родственница джаза, регтайма! По-видимому, поэтому бразильцы убеждены, что самый известный регтайм сочинил бразилец!

Недавно по ТВ выступал известнейший певец Роберто Карлос, которого по аналогии с Пеле, королем футбола, называют королем бразильской эстрады, или просто… королем. В этом сказывается тоска бразильского народа по недолгому и яркому периоду монархии. Поскольку оба бразильских монарха - личности не только яркие и легендарные, но прямо-таки обожествленные.

Нет слов, Роберто Карлос - очень хороший эстрадный певец, но всеобщее подобострастное отношение к нему ТВ-элиты явно указывает на то, что чего-то не понимаю. После большого сольного концерта, транслировавшегося с такой же помпой, как и матчи футбольной сборной, Карлос появился в передаче-интервью, ему специально посвященной. Желая сделать приятное гостю, ведущий подготовил и показал кусочек совместного выступления Карлоса и Паваротти. Но как раз в этом фрагменте, где певцы по очереди пели куплеты итальянской песни, после мощного пассажа оперного певца эстрадный не сдюжил и сфальшивил, чего за ним не водится.

Что ж, не всем удается пройти путь Фредди Меркьюри и Монтсеррат Кабалье…. Ведущий повернулся от экрана: «Ну, как завывает Лучано, совсем не дал тебе петь!». И Карлос, который совсем не выглядит монстром, вынужден был оправдываться: «Ну, что ты, он один из величайших теноров, как и Карузо!»
Мне лично Лемешев нравится гораздо больше обеих итальянских звезд, но чтобы такой подхалимаж!..

В заключении почитал Интернет. Опять открыл Америку! Эльза - популярнейшая и известнейшая певица, которую тоже кличут… Королевой самба! Была женой легендарного футболиста Гарринча! Уже давно живет в Нью-Йорке…

**************
Я трепетал ночной любви,
Тень бабочки боролась с тенью
И задыхалась: «Явь – яви!»,
Противоборствуя растенью!

От шестикрылой в нашу явь
Бежала дрожь по средостенью,
Но сердце, словно ветви вплавь,
Противоборствует растенью!

В двух узких рамах свет стыдлив,
И отсвет в раменах пророчит….
И занавески стылый лиф,
Надломленный волною ночи.

Вздувает жабры: «Ты – иль Ты?».
Лист бабочкою, что есть мочи,
И ямки белые пусты
И обмирают в средоточье.

Не я ли до корней волос?
Мучительное многоточье…
В сетях у промысла вопрос?!
Весь обратился в волоочье?

Так много глаз: «ОнО! ОнО!»
Без помочей забьюсь падучей!
Пусть Аргус не растенье, но –
Он минерал звезды горючей.

Меня расплавило оно!
Стекло течёт в бескрылой длани,
И шестикрылое окно
Уже распахнуто в гортани!

Я задыхаюсь: «Явь – яви!»
Живой и мёртвый, и в растенье,
И сосны встанут на крови,
И утвердятся в средостенье!

Ах, сердце, это твой вопрос
Бежать тенёт из плена чрева…
Луна, как медный купорос,
Плоть неба пробует взасос!
А корни, на ветвях Вседрева!
Июнь – 8.11.1992 г.
*****************
Снег горит, весна в зажженье,
В круговерти роковой,
В нераспознанном движенье
Вкруг десницы вековой!

Меркнет заревом Пилата –
Ни жива, не прощена…
Так зима, во сне распята
Или развоплощена!

Жарко, холодно, игристо…
Жертва пламенна, и нож
Будто к свету лик Пречистой,
Будто солнце повернёшь.

Было мёртвым – станет смертным!
Излюбовно дрожжевым,
И к страданьям беспредметным
Сгинет лезвием живым.

И пройдёт распятым чревом,
Воскрешая мать постом,
Станет кровь плодом и древом,
И Голгофой, и крестом.

Круг за кругом – крест покатый,
Колесо в цепи времён,
Внятно силится Проклятый
Прошептать: «Приговорен».

И расправив губ раструбы,
Смертью Истину венчать!..
И Архангеловы трубы,
И последняя печать!
1987 г. – 28.12.1992 г.
*******************
Скажи мне – праведного света
Взыскует ли неправый свет?
По кромке Леты – тень из лета
И жизнь зимы… у гроба лет.

Скажи – печаль неутолима?
Печаль и боль – глаза пусты.
Юдоль трепещет Серафима,
И меркнут пламенем кусты!

Неопалимой купиною
Побудь со мною, смерть со мною,
Я отрываюсь от небес!
Я гасну… в пепле мирозданья
Летят бескрылые созданья
И бьются в стекла – соль чудес!

И тьма за тьмой волной без тени,
Я погружаюсь в мир растений –
Неопалима купина! –
Последний крик из мысли – в сердце,
Горю, сгораю – не согреться!
И за стеной – спины стена.

И вот… во мраке одиночеств,
На глубине последней мглы –
Ни искры, ни слезы пророчеств…,
И комнаты – углы, углы!

Скажи мне, праведного света
Взыскует ли последний свет?
Или, рассеянный ответ,
Рассвет рассеет смерть поэта.

Я жду, я полон мглы и мрака
У смертного стекла конца,
Я жду тебя – свечи и знака,
И за безличьем лиц – лица!
19.11.1992 г.
****************
Полёт в минувшем лихолетье
Над бездной совмещенных крыл –
Где нет жилищ, где только ветер,
Где смерть – Архангел Азраил!

Мы светимся в бездонном мраке
И постигаем смысл Творца,
Мы – путеводные, мы – знаки
Преображенья и Конца.

И лица, образуя купол,
Горят в беспламенной тиши,
Но рок несёт подобья кукол,
А не игралища души!

Стоит страна монастырями,
Юродивою от мольбы,
Покрылась белыми снегами
От пахоты до молотьбы.

Цареподобные лишенья!…
Богатство – в пустоте молвы…,
И лишь стигматы украшенья
Для плотских храмов головы.

О Боже! Как хотел отвесно
Взлететь, шептать: «Господний пух!»
Но, вот – парю, и узы тесно
Сжимают воспалённый дух.

Перед лицом Твоей свободы –
Так страшно низок мой полёт!
Я бьюсь о мраморные своды,
Стучусь о богомольный лёд.

Прости полёт незримой тени,
Возьми меня в моей тоске! –
Крылатый ужасом растений
И смертный в каждом волоске!
30.11.1992 г.