Chuvashia dream

Уже прощаясь с корреспондентом Newsweek, президент Чувашии рассказал политический анекдот. О том, как докладывал он, Николай Федоров, Дмитрию Медведеву, сколько выпускников чувашских школ учатся в московских вузах. Раз в десять стало больше, начал прикидывать президент России. Ой, нет, в сто раз, поправился Медведев. «Обалдеть», - сказал глава государства. «А ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов мне на заседании правительства России как-то говорит: Николай Васильевич, теперь мою “Вышку” стали “Чувышкой” называть», - гордится успехами Федоров. Анекдот уже с бородой. Министр образования Чувашии Галина Чернова тоже его рассказывала.

Среди губернаторов есть отличники. Уже давно в Кремле указывают на Чувашию, небольшую небогатую национальную республику на Средней Волге. Чувашскому президенту Николаю Федорову даже забыли его фрондерское прошлое, хотя еще не так давно, в 2005 г., он подписывал просьбу не отменять губернаторские выборы. Дотационная, но амбициозная Чувашия сама ставит себя в пример: мол, ходит в передовиках, несмотря на свои ограниченные ресурсы. Жители тоже довольны: да, зарплаты у них невысокие и нет нефти, зато качество жизни как в Калифорнии. А всё потому, что чуваши вписываются во все пилотные проекты и зарабатывают на этом одновременно деньги и уважение.

А у чувашского руководителя - никаких конфликтов, никакой по большому счету оппозиции и почти никаких скандалов. Он один тут всё контролирует и не стесняется признаваться в этом, хотя в Чувашии все-таки не такой жесткий режим, как в Башкирии и Татарии. Как выразился один из редких чувашских оппозиционеров, там бы ему давно оторвали башку, а тут нравы все же мягче. Такая просвещенная автократия, соглашаются московские эксперты, а Федоров на такую оценку и не обижается:

• Может быть, можно обвинять меня в том, что много беру на себя. Но это не просто мой метод управления, а мой образ жизни. У нас в России управление без персонификации ответственности - ну мало что получается, - объяснял он Newsweek. - И если у кого-то есть основания упрекнуть меня в просвещенном… В чем вы сказали?

• В просвещенной автократии.

• У нас - нет, у нас достаточно либеральный, демократический режим.

ЕГО МАТЬ

Чебоксары - пожалуй, самый чистый город страны. Никаких ларьков, кроме киосков «Чувашпечати». Много троллейбусов, мало рекламы. Примерно так столица республики выглядела в советские годы. Только на улице Ленина открыли мексиканский ресторан, а на Маркса появился боулинг. Все вывески - на двух языках. Но если в башкирской столице остановки объявляют сначала на башкирском, а потом на русском, то на здешних троллейбусных маршрутах - наоборот. Зато местное радио вещает преимущественно по-чувашски. По-русски - прогноз погоды.

Но национальный вопрос в Чувашии не стоит. Ни одного e-mail о межнациональных трениях в электронной почте, рассказывал президент Чувашии Newsweek, хотя чуваши составляют примерно две трети населения, а русские - четверть. В области электронной переписки Чувашия тоже передовик, пилотный регион по обкатке федеральной целевой программы «Электронное правительство». «Можете зайти на рейтинг mail.ru. Увидите, что самые посещаемые сайты органов госвласти РФ - московское правительство и чувашское», - хвастался президент.

Тут нет президента на билбордах, как в той же Уфе, но есть монументальные сооружения, символизирующие правление Федорова, как у соседей в богатой Казани. В свое время под окнами правительства выкопали искусственный залив Волги, чтобы для ГЭС поднять уровень Чебоксарского водохранилища. Уровень так и не подняли, и в центре города в буквальном смысле было болото. Сначала президент надавил на энергетиков, чтобы те все-таки наполнили залив водой и помогли построить красивую набережную, вспоминает ведущий телепередачи «Обзор местности» Александр Белов. А потом местный бизнес скидывался на грандиозный монумент Матери, который Федоров решил возвести после своего избрания на третий срок в декабре 2003 г.

Мать стоит на холме над заливом, раскинув непропорционально большие руки. Федоров рассказал, что лично ко всем обратился с так называемым ниме - это в Чувашии такой способ строительства, когда все сельчане собираются и помогают построить дом. «Пытался достучаться до сердец», - говорит президент. У него это получилось. Даже те немногие, кто сейчас ругает Федорова, хвалят его за эту красоту. И все уверены, что у памятника лицо матери президента. Тот эту гипотезу отвергает: «Если моя мама имела типичное чувашское лицо, то тогда памятник снят со всех матерей Чувашии. Вот и все». «Людское мнение переубедить невозможно», - улыбается телеведущий Белов.

ДОТАЦИОННАЯ, НО ГОРДАЯ

Больше всего Федоров гордится своей системой образования. Они и в ЕГЭ первые вошли, и сельские школы стали закрывать. Теперь дети ездят на школьных автобусах в укрупненные школы, как в Америке. Фельдшерские пункты в деревнях превратились в офисы семейного врача, а школы назвали ресурсными центрами. «[Президенту есть чем] гордиться, потому что Чувашия издавна была самой низкой по количеству людей с высшим образованием», - поясняет министр образования Чернова, а этим летом в московские университеты поступили 52 человека. «Куда теперь только наши не поступают. Даже в “Нефти и газа”, а туда гораздо сложнее поступить, чем в ВШЭ», - вспомнила анекдот министр.

У Федорова в кабинете - «всегда под рукой» - лежат графики, доказывающие, что низкий уровень зарплаты не самый главный критерий качества жизни в регионе. Это данные ООН, демонстрирующие, что в основе - индекс развития образования. «Почему мы догоняем Татарстан по средней зарплате? Потому что еще в 2005-м догнали по индексу развития образования», - объясняет президент. Догнать Татарстан по зарплатам - это 22 000 руб. - Федоров планирует в 2011 г., Нижегородскую область - годом раньше, а Пензенская область, Марий Эл и Мордовия, говорит, уже позади.

При этом Чувашия по-прежнему дотационный регион, но это не беда. «Мы участвуем во всех целевых программах, которые сегодня работают. Это точно», - говорит вице-премьер Нина Суслонова. Республика становилась пилотным регионом по образованию и здоровью. Учителей и врачей переводили на новую систему оплаты труда, на которую вся Россия перейдет с 1 декабря. «На зарплаты грантовые деньги тратить было нельзя, но мы ими здорово подправили учебную базу», - довольна министр образования Чернова. Еще больше перепало медицине.

Чувашия стала оптимальным полигоном. «Есть даже мнение, что если не пошло в Чувашии, не пойдет нигде», - знает московский политолог Александр Кынев. Такое мнение многих обижает. Все наоборот, говорит советник президента Владимир Кузнецов; то, что здесь начинали, - то и стало потом нацпроектами. Федоров перечисляет. Во-первых, газификация села, еще до программы «Газпрома». Во-вторых, все дороги заасфальтировали до последней деревни. Лидеры по строительству жилья. Новая система оплаты труда. Почему это стало возможно? «Мы этим занимались с 1996-го», - сам себе отвечает Федоров. По всем важным сегодня темам были у них наработки.

БУКЕТ ЧУВАШИИ

И даже евроремонт в сельских библиотеках сделали. С похорон Солженицына Медведев сразу поехал на них смотреть. Путин был в Чувашии трижды. «Частота визитов говорит о многом», - уверен бизнесмен, занимающийся в Чебоксарах ритейлом. Бизнес тоже сделал выводы, что Федоров в Кремле на хорошем счету. А Федоров вспоминает, как поил Путина чувашским пивом: «Он мне рассказывал, как занимался дегустацией пива в годы юности и службы. Когда сюда приезжает, обязательно просит продегустировать все, что мы предлагаем из “Букета Чувашии”».

«Только пыль в глаза пускает», - ругает президента крупный чебоксарский бизнесмен Александр Дельман. Свои глаза 64-летний бывший военный инструктор потерял в 1980 г. от взрыва гранаты в лагере подготовки воинов для отправки в Афганистан. После перестройки стал торговать бензином. Сначала приобрел заправки, потом нефтебазу, потом железную дорогу. Ее двухкилометровый участок, идущий к нефтебазе, а оттуда к ТЭЦ и другим предприятиям, стал первой в России частной железной дорогой. Дельман со всеми судится и гордится, что в борьбе с налоговой службой создал прецедент в Высшем арбитражном суде, который даже попал в учебники.

Вместе с сыном Дельман купил музей пива, в котором Федоров поил пивом Путина, и сын надстроил над ним башенку в лужковском стиле. Чтобы гости любовались с нее на залив и монумент Матери. Власти считают, что она портит вид на национальный музей. Чебоксарской мэрии не нравится, что Дельманы построили бензоколонку поперек строящегося проспекта, а тот уверяет: наоборот, это проспект строят ему назло. «По другим объектам я его не давлю, он существует», - оправдывается мэр Емельянов, а Дельман дает послушать запись с заседания правительства, которое Федоров посвятил его заправке. В чувашских судах Дельман проигрывает, но берет верх в следующих инстанциях. «Обе руки - мои», - настаивает Дельман. Он имеет в виду, что обе руки для монумента Матери отлили на заработанные им деньги. Федоров же, продолжает он, деньги не зарабатывает, а они к нему с неба прилетают.

На самом деле тех, кто недоволен президентом Федоровым, найти непросто. Ни одной критикующей его газеты в республике не осталось. Раньше старик Дельман издавал вкладку в «Аргументы и факты», но Москва разорвала с ним контракт. Когда-то были сильны чувашские коммунисты. Они контролировали республиканский парламент и мешали Федорову делать то, что он хочет. Глава рескома КПРФ Валентин Шурчанов проиграл ему всего 3% на последних выборах в 2001 г. «А сейчас оппозиции структурной вообще не существует», - утверждает доцент Чувашского госуниверситета Дмитрий Шабунин. Шурчанов переехал в Москву, он теперь депутат и главный редактор газеты «Правда».

ФИЛОСОФСКИЙ ПОЕЗД

В чувашской столице есть аэропорт, туда летает Ан-24 и ждут, что скоро будет летать «Боинг», но все ездят в Москву на единственном поезде «Чувашия». На поезде ездит и советник президента Кузнецов, которого разозлило сравнение Чувашии с полигоном. Кузнецов еще до Евгения Наздратенко был губернатором Приморья, потом генконсулом в Штатах. «Федеральной власти сегодня объективно очень выгодно то, что происходит здесь: спокойно, тихо, растет промышленность, строительство, то-сё, приоритетные проекты», - объясняет он. В Чебоксарах Кузнецов наездами, а так живет в Сан-Франциско, читает лондонский Economist и американский Newsweek. В одном купе с ним - инженер тракторного завода и менеджер с керамического, дама лет за сорок. Дама с воодушевлением рассказывала, как испанский менеджмент их завода снижает издержки: сокращают персонал и даже столовую хотели закрыть. Инженер-тракторщик мрачно ругался на капитализм и на Федорова, но был в явном меньшинстве.

Претензии к Федорову, когда они есть, обычные: жилье дорогое и зарплаты низкие. Еще он хмелеводство не смог поднять с колен. Качество «Букета Чувашии» еще лет десять назад испортилось (так что Путину можно посочувствовать), а сын Дельмана по поводу поставок в музей пива ведет переговоры с бельгийцами. Еще многие переживают, когда на месте заводов открываются супермаркеты. Был цех электроаппаратного завода, теперь там боулинг, морщатся они. Ну что ж, деревня, темные люди, снисходительно замечает калифорниец Кузнецов. Молва рассказывает о трениях одного ритейлера с президентом. «В розыск даже объявляли. Но потом нашли консенсус», - иронизирует один горожанин и показывает яхту того бизнесмена, пришвартованную в заливе.

Кузнецов говорит, что для него качество жизни в Чебоксарах не хуже калифорнийского - удобный транспорт, свежие продукты на рынке, хорошая городская среда, чистый воздух. В целом город комфортный, нахваливает Чебоксары директор Центра маркетинговых и социологических исследований Павел Иванов.

ДВИГАЙ ПОПОЙ!

По хорошей дороге от Чебоксар мимо села Басурманы и райцентра до деревни Шатьмапоси на такси ехать не больше часа. «Чтобы в газифицированное село, где есть автомобильная дорога, приехали инвесторы», - объяснял свои цели Федоров. Инвестор приехал сюда два года назад, распустил обанкротившийся колхоз и всех уволил. «Частник, он же много людей не держит. Нерентабельно», - все понимает местная жительница Эльвира Петрова. Ей повезло стать частью передового пилотного проекта. Раньше она получала 4000 руб. В этом году ее переучили в Чебоксарах с педиатра на врача общей практики, добавили медведевских 10 000 руб., и теперь она возглавляет в своей деревне офис семейного врача. На этом направлении Чувашия обогнала всю Россию. «Пример слабого региона, который по некоторым социальным показателям выше сильных», - комментирует доцент Шабунин.

Врач Петрова умеет накладывать простые швы, она и окулист, и невропатолог, и много еще кто. «В стоматологическом кабинете - установка “Суперультралайт”», - докладывает семейный доктор. Если сомневается, как шить или резать, в режиме видеоконференции свяжется с республиканской больницей. Была летом сложная роженица - уже связывались. И за каждую такую профильную услугу республика ей выплатит гонорар. А теперь в Шатьмапоси ждут новую машину скорой помощи со спутниковой связью. «Скорая находится в телекоммуникационном пространстве», - хвалится вице-премьер Суслонова.

«Хорошо сделали. Вот только работать негде. Разве что в клубе, на почте и продавцом», - пожаловалась еще одна местная жительница Светлана. Мужики возле клуба к разговорам расположены не были. «Это в Турции красиво живут. А мы нормально живем», - отрезал один из них. «Вот к вам в Москву едем и там зарабатываем», - сказал другой. Можно и не в столицу, вмешалась в разговор врач Петрова, люди теперь и в Чебоксары ездят, они в часе езды на маршрутке. «У вас в Москве на дорогу на работу уходит полтора часа или два даже?» - защищала свое качество жизни Петрова. В офисе семейного врача в Шатьмапоси забыли повесить портрет Федорова. «Спасибо, что идею подсказали. Обязательно повесим», - сказали медсестры. Все-таки Чувашия не Татарстан и не Башкортостан, вот и не повесили, объясняет доцент Шабунин: «Шаймиев - батя, Федоров - это тип европейского политика. Он себя считает интеллектуалом. Он доказывает, что он умнее, и не всем это нравится».

В начале октября у подножья Матери собрали студентов и пенсионеров, чтобы они вместе с президентом сажали яблони. Мероприятие проходило под флагами «Единой России», но к собравшимся обращались не партфункционеры, а диджей. «Друзья мои, очень скоро к нам приедет президент. Проверим, насколько он любим: “Наш лю-би-мый пре-зи-дент”, - заводил публику диджей. - Все чуваши, поднимите ваши». «Не материмся, на сцену ничего не бросаем», - шутил диджей, хотя бросаться на чистенькой набережной было нечем, кроме как флагами. Чувашская музыка чередовалась с московской. Под песню Глюкозы «Танцуй, Россия» со строчкой в припеве про «самую, самую, самую красивую попу» на сцену вышли девушки в купальниках. На автократию это было совсем непохоже: виляют попами под знаменами «Единой России», а рядом без тени удивления отплясывают бабушки в деревенских платках.

Интервью

«Я ЗДЕСЬ ПОЛУЧАЮ МАКСИМАЛЬНОЕ УДОВЛЕТВОРЕНИЕ»

В интервью корреспонденту* Newsweek Артему Вернидубу президент Чувашии Николай Федоров провел своего рода мастер-класс для губернаторов: как нужно себя вести, чтобы стать примером для подражания***

Как получилось, что Чувашия – она и бедная, и передовая?

Изначально наши планы были направлены на то, чтобы соревноваться с сильными регионами, а не с депрессивными и отсталыми. Еще в 2005 году мы осуществили программу полной газификации республики. С Сергеем Степашиным подали природный газ в последнюю деревню Яльчиковского района, и только через два года в масштабе страны стали говорить, что нужно проводить программу газификации. Другой проект завершаем в этом году - уникальный для России. У нас не останется населенных пунктов без дорог с твердым покрытием. Не знаю, какой второй регион появится за нами.

Путин к вам приезжал дважды – знакомиться с достижениями?

Он вообще-то три раза сюда приезжал. Кстати, [как случился] первый приезд сюда Путина? Я помню, был у него в кабинете, когда его только назначили премьер-министром, первый или второй день, он говорит: у вас так много жилья строят, я хотел бы посмотреть. Ипотекой мы начали заниматься задолго до появления этого термина в широких федеральных кругах. Года три назад, наверное, программа «Молодая семья» появилась? А мы давали им безвозмездную субсидию 15% стоимости жилья изначально, чего нет до сих пор на федеральном уровне. Я говорил об этом и Путину, и Медведеву. Они соглашались, но пока не осуществили.

Вы участвуете в федеральных программах и получаете под них финансирование. У вас здесь полигон?

Не нужно угадывать, на какие проекты рано или поздно выйдет центр, если у вас самих есть мозги. Пытайтесь в рамках своих полномочий начать осуществление тех приоритетов, в которых вы убеждены. Поэтому всё, что мы делали, всегда попадало через год или через десять лет в сферу приоритетов на федеральном уровне. Есть регионы, которые не сильно напрягаются. Они ждут, пока появятся национальные проекты, и только тогда пытаются попадать в эти программы. А мы почему попадаем-то? Потому что мы этим занимались сами, у нас всегда есть наработки. Я помню слова Путина, когда он здесь был с Медведевым в прошлом году: конечно, Чувашия и Белгородская область - лидеры по работе в области национальных проектов. Вот ответ на ваш вопрос, который дал Путин.

В Татарии – «Татнефть», в Нижегородской области – ГАЗ. А у вас что?

Мы опережаем их за счет того, что у нас диверсифицированная экономика. У нас одну треть бюджетных поступлений дают 20 предприятий. [Чувашская экономика] не замкнута на нефтепереработке, как в Татарстане, или на особом статусе, что тоже им давало деньги. Мы не замкнуты на офшорных зонах, как Мордовия пыталась мощно развиваться за счет зоны Ходорковского. Интеллектуально Нижегородская область нас исторически опережала, но в силу их кадровой чехарды и борьбы за власть мы их в интеллектуальном плане опередили. Я всегда говорил, что работать в регионе с ограниченными ресурсами интереснее, чем в богатом, где очень велики соблазны, против которых тяжело бороться лидерам.

Вам, бывшему министру, обратно в Москву не хочется?

Я здесь получаю максимальное удовлетворение. Я на эту тему общался с руководителями федеральных органов власти. Мы работали с Борисом Николаевичем Ельциным, с Путиным, с Медведевым. Они понимают, что я здесь работаю с удовольствием, увлеченно и максимально результативно. И даже на словах признают, что, по сути, выполняю федеральные функции с точки зрения апробирования федеральных пилотных проектов. То есть решаю задачи, полезные для федеральных органов власти. Хотя отвечать на такой вопрос невозможно. Ну, в смысле never say never.