В Иране все спокойно

Что-то не видно белых флагов на башнях Тегерана после принятия резолюции ООН по Ирану. Не слышно и покаянных звонков в Совбез от президента Махмуда Ахмадинежада. Не получали в Нью-Йорке от него ни заказных телеграмм, ни писем, извещающих о согласии прекратить обогащение урана. Странно как-то. Ведь 15 членов СБ ООН единогласно, после многих месяцев ожесточенных дискуссий, вымучили документ, который должен был заставить Иран сдаться.

Не тут-то было. Принятую резолюцию спокойно можно назвать если не родной сестрой, то кузиной постановления Совбеза в отношении Северной Кореи. Самая существенная разница заключается в том, что власти Тегерана не будут мучаться от запрета на поставку им предметов роскоши. Во-первых, потому что СБ ООН этого не запрещал. Во-вторых, поскольку, в отличие от Ким Чен Ира, господин Ахмадинежад и стоящие за ним муллы, как настоящие революционеры, в быту предпочитают минимализм.

Самое существенное сходство нынешней резолюции с северо-корейской состоит в том, что Россия и Китай настояли на исключении из документа части седьмой главы устава Совбеза, упоминающей о военном решении конфликта. В Москве и Пекине боятся даже обставленных многочисленными условиями предложений об использовании силы против Тегерана и Пхеньяна.

Тем не менее, Кондолиза Райс, как и в случае с решением СБ по Северной Корее, опять вспомнила именно об этом кастрированном пункте устава, доказывая эффективность резолюции по Ирану.

У госпожи Райс других вариантов не было. Помните старую рекламу одной из почивших в бозе российских компаний: «При всем богатстве выбора другой альтернативы нет». Так вот госсекретарь США попала в ситуацию, когда реальных вариантов привести Ахмадинежада в чувство довольно много, но на них никто не соглашается.

Европейские страны и Китай никак не хотели запрещать импорт нефти из Ирана или поставку в Тегеран нефтяного оборудования. Москва с Пекином выступили против упоминаний о военной силе и запрета на мирное ядерное сотрудничество с Ахмадинежадом.

США же, как и в истории с резолюцией СБ по Северной Корее, зачем-то было необходимо добиться хоть какого-то консенсуса, пусть даже воплощенного в малоэффективный документ. Даже первый заместитель госсекретаря США Николас Бернс, со свойственной ему осторожностью, назвал принятую в Нью-Йорке резолюцию «недостаточной».

Но госпоже Райс было важно сохранить лицо Вашингтона, а потому она заявила о важности единогласного принятия резолюции, которая «приведет к еще большей изоляции Ирана». Нечто похожее госсекретарь США уже произносила после голосования Совбеза по Северной Корее. На Ким Чен Ира слова о единстве мировых лидеров сильного впечатления не произвели. Он знает, что это не так.

По той же причине не боится последствий и Махмуд Ахмадинежад. Войной ему не грозят, нефть продавать не запрещают. Так что угрозы бюджету Ирана пока не видно. Соответственно, если возникнет нехватка ядерных или военных материалов и технологий – в желающих помочь недостатка не будет. Скандал с программой ООН «Нефть в обмен на продовольствие» в Ираке послужит для президента Ирана хорошим примером.

Поэтому для Тегерана эффект от предрождественских и предновогодних мучений в Совбезе будет не сильнее разрыва хлопушки в новогоднюю ночь. Благодаря раздорам в СБ ООН, Иран и Северная Корея с разницой в несколько месяцев получили по очередному 101-му предупреждению.

Оно лишь временно затруднит, но не отобьет желание заниматься военными ядерными программами. Именно поэтому в Тегеране, как и ранее в Пхеньяне, не спешат вывешивать белые флаги. Ахмадинежад и Ким Чен Ир будут спокойно спать в новогоднюю ночь, с удовольствием думая о тревожном сне своих врагов в Вашингтоне.