Мошенник, которому поверили все: подозрительные обстоятельства дела о кокаине в российском посольстве

Почти 400 кг кокаина, которые были обнаружены в 2018 году в российском посольстве, были только частью постоянного наркотрафика, который был встроен прямо в транспортную систему российского МИДа, утверждает центр «Досье» Михаила Ходорковского, ссылаясь на попавшие в его распоряжение 402 часа записей прослушек и свидетельских показаний по делу.

Фигуранты дела

Публично об обнаружении в российском посольстве в Буэнос-Айресе 400 кг кокаина было объявлено в феврале 2018 года, но на самом деле их обнаружили еще в конце 2016-го — завхоз диппредставительства Игорь Рогов рассказал помощнику посла по безопасности Олегу Воробьеву о 12 подозрительных чемоданах, спрятанных в гараже посольской школы. Помощник чемоданы вскрыл и обнаружил там белый порошок. О находке было сообщено послу Виктору Коронелли, а тот, в свою очередь, сразу же оповестил ФСБ. После пары недель раздумий российская сторона обратилась к аргентинским коллегам — так началось совместное расследование о контрабанде кокаина.

Силовики год прослушивали телефоны фигурантов дела и в 2017 году арестовали нескольких россиян — Али Абянова, Владимира Калмыкова, Иштимира Худжамова (они находятся в СИЗО), а аргентинские власти посадили Ивана Близнюка, Александра Чикало. Находится в СИЗО и главный фигурант и владелец тех самых кокаиновых чемоданов — Андрей Ковальчук.

Чемоданы с вином и печеньем

На основании показаний из дела центр «Досье» восстановил историю знакомства Ковальчука с сотрудниками посольства. Оказалось, он почти 10 лет беспрепятственно проходил на территорию различных дипломатических учреждений, военных баз и учреждений, подведомственных Министерству иностранных дел. Каждый раз он представлялся то силовиком, то дипломатом, то предпринимателем, а должностные российские лица никаких подтверждений его словам и документов не требовали.

Так, в 2011 году Ковальчук, представившись сотрудником службы безопасности посольства России в Германии, познакомился с тогдашним завхозом аргентинского посольства Али Абяновым и начал периодически просить его отправлять в Россию свои чемоданы весом 25–30 кг. Ковальчук говорил, что в чемоданах вино, кофе и печенье, а за перевозку каждого чемодана платил по $1000. Последнее наводило Абянова на мысли о том, что в чемоданах находятся запрещенные вещества, но их содержимое он не проверял и о ситуации никому не сообщал.

Как пишет «Досье», Ковальчук неоднократно действовал по похожей схеме, привлекая и других сотрудников посольства — он просил отправить чемоданы из Аргентины в Россию по дипломатическим каналам, дарил сотрудникам посольства бутылки коньяка, сигары и дорогой шоколад, а за отправку чемоданов давал деньги. Что было в чемоданах, никто не разбирался.

Полезные знакомства

В 2013 году, после первых пересылок чемоданов из Буэнос-Айреса в Москву, Ковальчук вернулся в Аргентину, но уже представлялся работником «Газпрома». Таким образом он завязал отношения с тогдашним помощником посла по безопасности Николай Шелеповым. Как рассказывал на допросе Иван Близнюк — аргентинский полицейский, который занимался охраной российского посольства, — Шелепов говорил, что по поводу Ковальчука ему даже звонили из департамента безопасности министерства международных отношений.

В 2015 году Шелепова на посту советника по безопасности сменил Олег Воробьев, но это на положении Ковальчука никак не сказалось — завхоз Абянов познакомил его с новым безопасником на закрытом посольском приеме, Ковальчук представился сотрудником берлинского представительства Россотрудничества и передал Воробьеву привет от предшественника. Тот продолжил с ним общение после знакомства, а слова Ковальчука никак не проверял.

Впрочем, как отмечает центр «Досье», кто такой Ковальчук, не пытался проверить ни один из сотрудников российского посольства. В 2016 году, когда в школе при посольстве уже хранились те самые 12 чемоданов, Али Абянова на посту завхоза сменил новый человек — Игорь Рогов. Абянов передал ему, что чемоданы необходимо отправить специальным военным бортом. Когда Ковальчук попросил Рогова отправить чемоданы, новый завхоз, посоветовавшись с Абяновым, обращался по очереди ко всем сотрудникам посольства, вплоть до посла Коронелли, с просьбой отправить вещи. Никто из них помочь не смог, а посол, согласно допросу Рогова, сказал, что не знает, кто такой Ковальчук, и не слышал ничего о его вещах, — и тем не менее никакого расследования, что за вещи хранит на территории посольства неизвестный человек, никто проводить не стал.

Только когда Ковальчук, не дождавшись отправки спецбортом, заявил, что приедет за своими вещами сам, завхоз Рогов решил сообщить о подозрительных чемоданах безопаснику Воробьеву. Вместе они вскрыли упаковку, обнаружили в чемоданах белый порошок, сообщили об этом послу, а тот — ФСБ.

Наркоконвейер

400 килограммов кокаина — огромная партия наркотика, даже в Латинской Америке такой объем стоит не меньше нескольких миллионов долларов. Кроме того, для покупки такой партии должны быть выстроены отношения с поставщиками, а значит, Ковальчук либо давно торговал наркотиками, либо был частью более крупной группировки контрабандистов, сказал «Досье» эксперт из силовых структур.

После обнаружения чемоданов в посольстве в конце 2016 года за Ковальчуком и его знакомыми установили слежку, но он об этом не знал и предпринял еще несколько попыток вывезти груз из Буэнос-Айреса. К последней из них в сентябре 2017 года он привлек в качестве партнеров и спонсоров берлинского бизнесмена Владимира Калмыкова и его знакомого Иштимира Худжамова. Для транспортировки планировалось использовать посольскую машину — под предлогом передачи в посольство подарков от главы российско-немецкого Клуба русских православных меценатов Константина Лоскутникова (известного также как барон фон Босснер). Машина, которая поехала бы в аэропорт «за подарками», отвезла бы туда и чемоданы Ковальчука.

Согласно материалам прослушек, груз в 400 кг кокаина был не единственным. Ковальчук и Худжамов также обсуждали «200 килограммов» в Уругвае — груз, содержание которого не называлось, планировали отправить самолетом вместе с 12 чемоданами аргентинского кокаина. Ковальчук возлагал большие надежды на пересылку груза в Уругвай. «Я бы тогда, честное слово, я бы тогда мазурку станцевал в офисе. И выпил бы бутылку виски сам», — говорил он партнерам. Ковальчук при этом упоминал о неких «силовиках», которые «помогут».

Перевезти наркотики по «подарочной схеме» не удалось. Сотрудники посольства к тому времени уже почти год знали о кокаине и участвовали в оперативной работе ФСБ, которая не хотела, чтобы кокаин попал в точку назначения, Евросоюз, — тогда к расследованию пришлось бы привлекать не только аргентинцев, но и европейскую полицию.

Через месяц завхоз Рогов с ведома ФСБ сказал Ковальчуку, что чемоданы удастся отправить прилетающим в Буэнос-Айрес служебным самолетом главы Совета безопасности Николая Патрушева. Чемоданы, в которых наркотики заменили на муку с песком, действительно улетели в Москву этим бортом и были помещены в хранилище ФСБ, которая тут же завела уголовное дело о контрабанде. Ковальчук, Калмыков и Худжамов были задержаны при «получении» груза.

Сколько всего кокаина успел перевезти Ковальчук через российское посольство, остается только догадываться — он просил перевезти загадочные коробки и чемоданы то под видом «подарков детям», то объясняя, что там находятся «шкуры морских котиков».

Мошенник, которому подозрительно доверяли

Главный фигурант дела Андрей Ковальчук в его материалах предстает умелым мошенником, который десятилетиями обводил вокруг пальца российских дипломатов — при этом все без исключения верили ему на слово и соглашались помогать, но в результате расследования никто из них не лишился должностей.

Ковальчук родился в 1968 году в Черновицкой области Украинской ССР, служил в армии в Калининградской области, Кирове и Барнауле в конце 1980-х, а затем его след теряется и появляется снова только в 1997 году в Берлине, где Ковальчук заочно учится в «Русском доме» при посольстве России в Берлине на психолога, работающего с русскими иммигрантами в Германии. Обучение он не закончил, но в начале 2000-х представлялся психологом посольства России в Германии. Российский паспорт Ковальчук получил только в 2002 году, но и он, как показала проверка, оказался фальшивым.

Из допроса свидетелей следует, что в начале 2000-х Ковальчук жил в Амстердаме, а в 2006-м переехал в Берлин, где снимал квартиру в здании, принадлежавшем Россотрудничеству. Немецкая компания, записанная на его жену, уже тогда занималась перевозками дипломатических грузов.

К началу 2010-х Ковальчук завязал знакомства с многочисленными московскими дипломатами, силовиками и военными, которым представлялся «то полковником, то бизнесменом, то служащим МИДа», пишет «Досье». Все эти связи он использовал для контрабанды через транспортную систему МИДа.

В число знакомых Ковальчука входил главный советник консульского департамента МИД Александр Дудка, который считал его работником Россотрудничества. В декабре 2017 года, когда, по расчетам Ковальчука, кокаин должен был прибыть в Москву спецбортом Николая Патрушева, Ковальчук попросил Дудку найти ему автомобиль для перевозки груза из Москвы в Бельгию (там, по версии следствия, находились конечные покупатели). Дудка даже нашел подходящий автомобиль, затем давал показания по делу, но до сих пор работает в МИДе.

Благодаря Дудке Ковальчук познакомился с двумя заместителями директора консульской службы МИДа — Львом Паузиным и Александром Незимовым. Второй, давая показания по делу, говорил, что Ковальчук показался ему мошенником, но сообщать о нем безопасникам министерства не стал. Представляясь сотрудникам посольства в Аргентине, Ковальчук передавал им привет именно от Незимова.

Сам Ковальчук после задержания написал открытое письмо журналистам, в котором заявил, что он был агентом российских и немецких спецслужб, участвовал в операции по возвращению Крыма и получил за нее медаль, а его кураторами были тот же Незимов и главный советник латиноамериканского департамента МИДа Петр Польщиков, который был найден мертвым в Москве в декабре 2016 года, сразу после обнаружения кокаина в посольстве.

Сознательное нерасследование

То, что знакомые с Ковальчуком и помогавшие ему дипломаты не стали фигурантами должностных проверок, — один из признаков, которые могут свидетельствовать о том, что российские спецслужбы не хотят расследовать дело дальше, пишет «Досье». Но это не единственный признак. По словам источников издания в аргентинских спецслужбах, местные силовики считают, что все российское посольство (и даже посол Коронелли) знали об активности, связанной с наркотиками, и были связаны с наркомафией, а расследование было решено начать после утечки, в результате которой аргентинские власти узнали о наркотиках.

В материалах дела нет свидетельств о том, что российские силовики пытались раскручивать дело дальше — например, расследовать происхождение наркотиков (на упаковках были эмблемы мексиканского картеля Синалоа) и получателей, хотя им была известна конечная точка маршрута транспортировки наркотиков (Бельгия), а в разговорах упоминался его конечный бенефициар (некий «голландец»).

В деле есть много нестыковок: например, на изъятых чемоданах не было обнаружено никаких отпечатков пальцев, хотя сотрудники посольства Олег Воробьев и Игорь Рогов открывали чемоданы до прибытия правоохранительных органов. Более того, чемоданы упаковывал сотрудник посольства Александр Дронов и перевозил завхоз Али Абянов, но их отпечатков тоже не нашли. Неизвестен даже точный вес обнаруженной партии кокаина. В уголовных делах он варьируется в диапазоне от 357 до 389 килограммов.

Странно и то, что все пять лет, что Ковальчук посещал посольство в Аргентине, прикомандированные к посольству спецслужбисты (в том числе советники по безопасности Шелепов и Воробьев) ни разу не попытались проверить легенду человека, который активно интересовался работой диппредставительства.