Возвращение языковой политики в Украину

Недавние события возродили дебаты об официальном статусе русского языка в Украине, что в целом не ново для политической жизни страны. Местные политические партии, подогреваемые внешними акторами, уже много лет используют фактор языка в качестве основного козыря своих предвыборных кампаний. После коллапса режима Януковича Верховная рада Украины приняла решение об отмене принятого в 2012 году скандально известного закона о языках, который предоставлял русскому и некоторым другим языкам национальных меньшинств статус официальных в тех регионах, где они применяются большинством населения. Решение Рады по закону 2012 года было заблокировано и.о. президента Украины Александром Турчиновым и, соответственно, так и не вступило в силу, однако оно стало одним из факторов массового недовольства на юго-востоке страны. К тому же это решение позволило Российской Федерации обвинить Киев в угнетении политических прав русскоговорящего населения Украины, что стало одним из предлогов для российского военного вторжения в Крым и его последующей аннексии.

Две языковые группы

Население Украины представлено двумя большими языковыми группами, которые нередко и преднамеренно пытаются ассоциировать с политическим разделением страны. Первая группа географически размещена на большей части территории страны, ее юге и востоке, которая столетиями находилась под властью Российской Империи, а потом Советского Союза. Таким образом, исторически данная группа тяготеет к русскому языку и культуре. На сегодняшний день ряд украинских политических сил, таких как пророссийские партии «Родина», «Русский блок», «Русский мир», пытаются привязать русское культурно-языковое наследие этих регионов к политическому влиянию России в Украине. Зачастую позиция данных политических партий и движенийотличается агрессивностью и бескомпромиссностью. Они считают русский единственным «цивилизованным» языком больших городов, в то время как украинскому отводится роль провинциального диалекта, испорченного вмешательством польского культурно-исторического наследия. При этом любая экспансия украинского языка и культуры рассматривается как попытка подорвать славянское единство, «отрезать Россию от южных морей, выдавить на Север и запустить процесс окончательного демонтажа Российского государства». По мнению пророссийских политических сил, это приведет к культурной деградации украинского населения и окончательной изоляции русскоязычной его части в гетто. Политики подобного толка идентифицируют слово «украинский» с понятием «вражеский», «предательский», «бандеровский», нередко можно слышать от них и о «пятой колонне», которая служит Западу с единственной целью — ослабить Россию. Они настаивают на том, что русские подвергаются в Украине сегрегации. Закон 2012 года оценивается ими как весьма слабый шаг к защите прав русскоязычного населения, поскольку остальным языкам он предоставляет права, аналогичные правам языка, имеющего «неоспоримое превосходство перед остальными европейскими языками» (эти слова, которые приписывают поэту Александру Пушкину, можно часто видеть на билбордах в Одессе). Подобный экстремистский подход никак не поддерживает идею диалога и компромисса, пытаясь разжечь серьезный конфликт в рамках Украины.

Впрочем, нельзя не признать, что один из аргументов данной группы сложно игнорировать: статистически русскоязычное «меньшинство» в Украине насчитывает от 30 до 40 процентов населения. Этого вполне достаточно для того, чтобы выдвигать требование придать русскому языку статус государственного, подобно тому, как это было сделано когда-то с английским в британских колониях Индии, Ирландии или Мальте. Опросы общественного мнения, проведенные в 2013 году, говорят о том, что нередко русскому языку сопутствует украинская самоидентификация. При этом 35% назвали русский своим родным языком, для почти половины опрошенных украинцев легче общаться на русском, а для 13% русский и украинский одинаково удобны для общения.

Частично именно в силу данных обстоятельств влияние России на политическую жизнь в Украине представляется столь значительным — печально известная политика Москвы по защите русского населения за пределами российских границ обращается не только к этническим русским, но и ко всему русскоязычному населению. Как мы видим на примере Крыма, этот подход может быть использован Москвой как удобный предлог для военной агрессии против другого суверенного государства.

Русская православная церковь Московского патриархата также пытается влиять на языковую и идеологическую ситуацию в Украине. Она делает это через настойчивую пропаганду концепции так называемого Русского мира, согласно которой русские, украинцы и белорусы вместе составляют особую цивилизацию, объединенную русским языком и культурой. Попытка возродить в рамках этой концепции единство трех наций, в известной степени возвращая нас к временам Российской империи и Советского Союза, в перспективе имеет целью противопоставить «Русский мир» западной цивилизации. Пытаясь оправдать российскую интервенцию в Украине, официальный представитель РПЦ так выразился о последних событиях: «Русский народ — разделенная нация на своей исторической территории, которая имеет право на воссоединение в едином государственном теле».

Период выборов, как правило, становится временем расцвета пророссийской риторики. Обещание сделать русский вторым государственным языком было одним из ключевых еще у президента Кучмы в 1994 году. В дальнейшем этот козырь использовал Янукович и его Партия регионов, что, фактически, и вылилось в принятие закона о языках 2012 года.

На противоположной стороне политического спектра Украины находится вторая группа — те, для кого неограниченная циркуляция русского языка означает постепенное вытеснение украинского. Чаще всего эта группа ассоциируется с Западной Украиной, где национальные традиции очень сильны, а также с Киевом, где формируется нынешняя национальная идеология. Представители этой группы не принимают русский язык как второй официальный, поскольку убеждены в том, что он замедляет консолидацию нации на почве единого (украинского) языка: язык — это основа строительства нации. По их мнению, именно украинский язык лишен положенного ему статуса и возможностей в государстве. Повсеместное официальное применение русского, считают они, ведет к маргинализации украинского, выталкивая его на уровень языка бытового общения в отдельных регионах. Украинскому необходимо «расчищать» дорогу для развития за счет некоторого ограничения русского как языка культуры, шоу-бизнеса и информации в крупных городах. В данном случае «мягкая сила» России, через ее информационные и развлекательные телеканалы, играет активную роль в укреплении позиций русского языка.

Попытка отменить закон о языках лишь подтвердила непримиримость позиций обеих групп. Именно в тот момент, когда возникла острая необходимость сплотить нацию, парламент предпринял опасный и ошибочный шаг. Его подкрепляли комментарии лидера радикального движения «Правый сектор», который публично заявил о необходимости дерусификации Украины, в то время как лидеры «Русского блока» публично призвали к защите интересов русскоговорящего населения в борьбе с «бандеровцами».

Необходимо, тем не менее, отметить, что это сражение идеологий выглядит абсолютно несостоятельным перед лицом реальности. Прежде всего отмена закона не вступила в силу, будучи заблокированной и.о. президента Турчиновым. Кроме того, ратификация Украиной Европейской хартии о региональных языках в 1996 году и так предоставляет русскому статус регионального языка на юго-востоке Украины. Единственным результатом закона о языках 2012 года было смещение равновесия между украинским и русским в пользу последнего. Отмена закона лишь выравняла бы этот дисбаланс.

Возможность реального вытеснения русского языка в Украине сегодня весьма трудно представить. Эта идея непродуктивна, равно как и нереалистична. Фактически языковая проблема активно используется политическими силами Украины, а также внешними акторами с единственной целью — блокировать межрегиональный диалог и национальную интеграцию в стране.

Одно из популярных клише — идея о том, что русский язык привязывает его носителя к России в политическом плане. Опросы общественного мнения опровергают это положение. Согласно последнему исследованию, проведенному в 2013 году в самом русскоговорящем городе Украины Донецке, от 60 до 75% опрошенных в возрасте от 18 до 45 лет идентифицировали себя как украинцы, при этом 99% опрошенных предпочли заполнять анкету на русском. Возможно ли официальное двуязычие в Украине? В нынешней острой ситуации трудно ответить на этот вопрос однозначно. Например, в российской социальной сети «ВКонтакте» зафиксирована официальная и весьма активная в политическом смысле группа «Русскоязычные украинские националисты», которая дискутирует на русском и, тем не менее, поддерживает украинский в качестве единственного общегосударственного языка. Впрочем, по мнению членов группы, переход к украинскому должен быть весьма постепенным и сознательным в условиях, когда ни один из языков не будет испытывать притеснений.

Как демонстрирует опыт Украины, основной проблемой государства является не ситуация вокруг языка, которая чрезмерно подогревается различными политическими силами и применяется ими как инструмент достижения собственных амбиций. Основная проблема Украины — строительство единой нации, которое, кстати, существенно ускорилось в результате российской интервенции, создавшей угрозу украинской государственности. Сегодня лишь небольшая часть жителей Украины видят себя живущими в России. Согласно опросам, проведенным Киевским международным институтом социологии на юго-востоке страны, лишь 8,4% населения этих регионов видит Украину и Россию в составе единого государства и 15,4% поддерживает присоединение их области к России. Большинство образованного активного русскоязычного населения Украины демонстрирует абсолютную солидарность со своими украиноязычными соотечественниками, объединяясь против российского вторжения и попыток расколоть украинское общество и территорию.

Original in English -Polina Sinovets. “The Return of Language Politics to Ukraine”. PONARS

На фото: Украина. Киев. 21 февраля. Участники акции протеста «Тыквы для КСУ» против решения Конституционного суда Украины, которое разрешает учителям общеобразовательных школ разговаривать на русском или любом другом языке вне уроков, у здания Конституционного суда.
Фото ИТАР-ТАСС/ Владимир Синдеев