Оригинал материала
Поверх 38-й параллели
Саммит двух Кимов - северного и южного - почти совпал с 50-летием начала Корейской войны, разделившей полуостров на два враждующих лагеря
Реальность демилитаризованной зоны: вот уже полвека военные двух стран смотрят друг на друга с недоверием. (Фото: АР)
По своему стилю эта встреча в верхах не походила на традиционные саммиты лидеров двух государств. Повестку дня, расписание, места посещения и другие подробности пребывания президента Южной Кореи Ким Дэ Чжуна в Северной Корее до самого последнего момента упорно держали в тайне. Приехать в КНДР разрешили только представителям южнокорейской прессы. Западные журналисты комментировали межкорейский саммит, сидя у телеэкранов в Сеуле.
Понедельник начинается во вторник
Когда накануне без объяснения причин Пхеньян объявил о том, что визит сеульского гостя откладывается и начнется не в понедельник, 12 июня, а днем позже, это придало встрече двух Кимов - северокорейского президента Ким Чен Ира и его южнокорейского визави еще больше загадочности, породив волну слухов и домыслов на тему о том, что же на самом деле могло стать причиной переноса. Одни говорили о том, что у Пхеньяна возникли технические проблемы с обеспечением прямой телетрансляции встречи двух президентов на Южную Корею - имеющееся в его распоряжении оборудование не выдержало тестов. Другие - что визит отложен для обеспечения большей безопасности. А кто-то искал во всем политическую подоплеку, предостерегая о возможном фальстарте межкорейского диалога, который может закончиться, так и не начавшись.
Испытывая катастрофическую нехватку информации, журналисты были вынуждены гадать: посетит ли Ким Дэ Чжун мавзолей северокорейского вождя Ким Ир Сена, будут ли сделаны какие-то заявления, планируется ли по окончании банкет? Достоверно было известно лишь то, что Ким Дэ Чжун прилетит в Пхеньян на самолете, а 180-километровый путь назад проделает на президентском лимузине с почетным эскортом мотоциклистов, проехав через Пханмунчжом - единственное место, где можно пересечь разделяющую две страны демилитаризованную зону, охраняемую сегодня так, как не охраняется ни одна граница мира (см. "Заповедник холодной войны"). И еще, что Ким Дэ Чжун подарит Ким Чен Иру пару собак джиндо редкой южнокорейской разновидности, известной фантастической преданностью хозяину. А в качестве ответного подарка получит пару не менее преданных северокорейских собак.
Между тем в Южной Корее по инициативе группы депутатов парламента был совершен молебен за успех предстоящей встречи и объединения двух Корей. Сам же хозяин Голубого дома (так в Южной Корее называют президентский дворец), отправляясь в Пхеньян, пообещал: "Я скажу все, что хочу сказать. Я предложу - давайте искать пути, чтобы все корейцы - и на Севере, и на Юге жили счастливой мирной жизнью".
Можно ли было предположить еще год назад, что лидеры двух корейских государств, проживших в состоянии "ни войны, ни мира" целых полвека, решатся переступить через десятилетия вражды и колючую проволоку?
Скелеты в шкафу
После освобождения Кореи от японского колониального господства в августе 1945-го в северной части полуострова, в которую вступила Красная армия, установился коммунистический режим во главе с Ким Ир Сеном - в прошлом командиром разведбатальона Дальневосточного фронта. На Юге, где высадились американские войска, был поставлен у власти прибывший из США один из лидеров антикоммунистического националистического движения Ли Сын Ман.
Корея оказалась вовлеченной в ожесточенную идеологическую борьбу великих держав, результатом которой стало образование двух корейских государств, разделенных по 38-й параллели - линии разграничения советских и американских войск. "Холодная война", в которую мир вступил на рубеже 40-50-х, быстро похоронила все договоренности союзников по Корее, предусматривавшие проведение на полуострове демократических выборов и создание в течение пяти лет единого корейского государства.
Происходившее на Корейском полуострове стало холодной войной в квадрате: противостояние мировых держав оказалось помноженным на изощренные, чисто азиатские жестокость и коварство их ставленников.
Воспоминание о будущем: накануне визита президента республики Корея в Пхеньян южнокорейские парламентарии зажигали свечи вдоль границ некогда единой страны. (Фото: АР)
Об этом говорят все новые данные о Корейской войне и предшествовавших ей событиях, которые становятся достоянием гласности лишь сегодня благодаря рассекречиванию отдельных архивных документов (следует отметить, что большая часть документов остается закрытой и по сей день ввиду взрывоопасности этой темы и ее крайней болезненности, прежде всего для корейцев).
Главный вывод, к которому приходят современные исследователи как на Западе, так и в России, - Корейская война 1950 - 1953 гг. в действительности началась как гражданский конфликт намного раньше, еще в 45-м. Выражая эту точку зрения, известный американский кореевед Брюс Камингс в своей книге "Истоки Корейской войны" пишет, что 25 июня 1950 года "Корея перешла не от мира к войне, а от малой войны к большой".
Южнокорейские власти, во второй половине 40-х годов развернувшие настоящую охоту за коммунистами и левыми (коммунистические идеи на Корейском полуострове были в ту пору достаточно популярны), по своей жестокости ничем не отличались от Ким Ир Сена, истреблявшего всех, кто был заподозрен в нелояльности его режиму.
Архивные материалы свидетельствуют, что в 1949 году в самой южной точке, на острове Чеджудо, где сегодня проводят медовый месяц молодожены, южнокорейская полиция и солдаты сожгли дотла деревню Пук Вон. Они вырезали все ее население, включая женщин, стариков и младенцев. Причиной столь жестокой расправы стали подозрения в симпатиях местных жителей к коммунистам. Судьбу Пук Вон разделили сотни других "красных деревень" на Чеджудо, жителей которых пытали, насиловали, сжигали заживо. В ходе этих спецопераций было истреблено 60 тысяч человек - пятая часть населения острова. Американские войска, стоявшие на острове, не вмешивались, наблюдая за репрессиями со стороны.
Кровавый антикоммунистический террор на Юге спровоцировал северян на ответные действия. Выступившему за силовое объединение двух Корей Ким Ир Сену удалось убедить Сталина, что по ту сторону 38-й параллели сильны симпатии к коммунистам и проамериканский режим Ли Сын Мана вот-вот падет. Нужно его только "уронить". Так, заручившись поддержкой Кремля, 25 июня 1950 года ударные группировки северокорейских войск пересекли 38-ю параллель и вторглись в южную часть полуострова. После того как Совет Безопасности ООН принял решение помочь Южной Корее, ведущую роль в отражении агрессии с Севера взяли на себя США, а СССР и Китай, не подчинившись требованию ООН, выступили на стороне Пхеньяна. В этой войне погибли два миллиона корейцев и один миллион китайцев. США потеряли в ней 38 тысяч военнослужащих.
Материалы советских архивов, открытых только в первой половине 90-х, подтвердили то, что по существу было ясно и раньше: СССР оказывал Северной Корее не только экономическое, но и прямое военное содействие. Так, только в операциях по обороне воздушного пространства в районе Пхеньяна советские летчики-истребители, действуя с китайских аэродромов, уничтожили 1300 боевых самолетов США, в том числе более 200 "летающих крепостей" В-29, потеряв при этом 330 собственных самолетов и 135 пилотов.
Достоянием гласности стала и шифропереписка между Сталиным, Мао, Чжоу Эньлаем и Ким Ир Сеном. Китайцы, в частности, советовали своим северокорейским союзникам по окончании войны удержать у себя не менее 20 процентов американских военнопленных, чтобы шантажировать ими США, когда будет рассматриваться вопрос о принятии Китая в ООН и голос Вашингтона будет иметь огромное значение.
Сегодня США настойчиво добиваются от Пхеньяна информации о судьбе своих 8100 солдат, пропавших без вести в Корее (в четыре раза больше, чем во Вьетнаме). В частности, проведения работ по идентификации их останков. За две недели до межкорейского саммита в малайзийской столице Куала-Лумпуре в обстановке строгой секретности прошли американо-северокорейские переговоры по этому вопросу. Об их результатах ничего не известно.
Когда падет корейская стена?
В последующие десятилетия отношения между Севером и Югом оставались исключительно жесткими, а временами выливались в кровавые инциденты. Установившийся на Севере жесткий тоталитарный режим занялся ракетно-ядерным шантажом мирового сообщества, похищением людей и терактами против Юга.
Пожалуй, самой дерзкой стала попытка взорвать президента Южной Кореи Чон Ду Хвана во время его государственного визита в Бирму в октябре 1983 года. Только по счастливой случайности Чон Ду Хван остался жив (террористы перепутали его машину с машиной корейского посла в Рангуне). Однако мощный взрыв унес жизни четырех членов южнокорейского парламента, двух советников президента и посла, сопровождавших Чон Ду Хвана.
Спустя пять лет, в ноябре 1987 года, накануне Сеульской Олимпиады, северокорейское руководство поручило своим спецслужбам взорвать южнокорейский лайнер, следовавший из Багдада в Сеул. Осуществление операции было поручено 70-летнему ветерану корейской госбезопасности Ким Сен Иру и 25-летней Ким Хен Хи, которые, сойдя с рейса во время промежуточной посадки в Абу-Даби, "забыли" в самолете сумку со взрывным устройством. Этот теракт стоил жизни 115 пассажирам.
Лишившись советской поддержки, позволявшей Пхеньяну получать нефть и удобрения по "дружеским ценам", в первой половине 90-х экономика КНДР рухнула. Окончательно добила страну череда наводнений и засух. В середине 90-х в Северной Корее начался настоящий голод.
Фото из секретных архивов. Уничтожение коммунистов в Южной Корее накануне войны (слева). Американские солдаты сдаются северокорейским частям (справа)
Южнокорейский режим, который в Сеуле называли "управляемой демократией", по сути был не чем иным, как коррумпированным авторитаризмом. Генералы, в течение десятилетий правившие страной, безжалостно подавляли любые проявления общественного протеста. Правда, в отличие от КНДР Республике Корее уже в 80-е годы удалось добиться впечатляющего экономического роста.
Почему же нынешняя встреча двух Кимов все-таки оказалась возможной? Прожив полвека в состоянии жесткого противоборства, которое не принесло успеха ни одной из сторон, Пхеньян и Сеул были вынуждены признать две принципиальные вещи. Первое - объединение двух Корей силовым путем невозможно. Второе - поддержание нынешнего статус-кво, когда обе страны по-прежнему формально остаются в состоянии войны, ведет в тупик, оно обрекает две страны на дальнейшее углубление раскола.
Чтобы сделать шаг навстречу друг другу, Пхеньяну и Сеулу пришлось посягнуть на основу основ государственной идеологии. Северная Корея, изнуренная голодом и экономической разрухой, стремится преодолеть образ страны-отшельника и открывается внешнему миру. В свою очередь Южная Корея отошла от жесткого антикоммунистического курса и провозгласила так называемую политику "солнечного света". Ее смысл в том, чтобы отказаться от планов поглощения КНДР и развивать сотрудничество с северянами во всех сферах (см. "Бензин - ваш").
В 1994 году, когда умер Ким Ир Сен, в мире заговорили о том, что северокорейский режим вот-вот рухнет и объединение полуострова пойдет по германскому сценарию. Сегодня очевидно, что в ближайшем будущем этого не произойдет. Во-первых, не спешат сами южане, изучившие германский опыт и прекрасно понимающие, что подтягивание Севера до уровня развития Юга потребовало бы от них колоссальных усилий и средств. Южная Корея сегодня не готова взвалить на себя эту ношу. Во-вторых, изобретательность северокорейской номенклатуры уже не раз опровергала пророчества о неминуемом крахе тоталитарного режима. Лишившись поддержки Москвы (см. "Москва между Кимом и Кимом"), загнанный в угол корейский режим проявил удивительную живучесть.
Процесс объединения двух Корей скорее всего будет сложным и длительным. Тем не менее объединение неизбежно. Все большую популярность приобретает идея о гомогенности корейской нации, "проживающей более пяти тысяч лет на одной территории связанной кровью одних предков". Кстати, первым об этом незадолго до смерти заговорил еще Ким Ир Сен, в 1993 году выдвинувший "Программу великой национальной консолидации" из десяти пунктов. Сегодня о национальной консолидации говорит и южнокорейский президент Ким Дэ Чжун.
В качестве модели будущего государственного устройства, предшествующего слиянию, рассматриваются разные варианты. Один из них - образование Демократической Конфедеративной Республики Коре, предусматривающее существование двух общественных систем и двух правительств в рамках одной нации и одного государства.
Возвращаясь домой, президент Южной Кореи Ким Дэ Чжун честно признался, что для него было полной неожиданностью увидеть на улицах Пхеньяна миллион человек, бурно радовавшихся визиту сеульского гостя. "Если мы объединим наши потенциалы, то однажды Корея станет одной из ведущих держав мира", - заявил он. В хорошем расположении духа пребывал и "северный Ким". "Западных журналистов очень интересует, почему я живу, как отшельник. Теперь, после вашего визита, они получили ответ", - сказал он с улыбкой, обращаясь к Ким Дэ Чжуну.
На встрече прозвучало предложение пройти единой спортивной командой под одним флагом на церемониях открытия и закрытия летней Олимпиады этого года в Сиднее, а также выступить вместе на Азиатских Играх 2002 года в Пусане. Кроме того, стороны подписали соглашение, затрагивающее широкий круг вопросов двусторонних отношений - от проблемы воссоединения разделенных семей и продолжения диалога по проблеме национальной консолидации до экономического сотрудничества.
Однажды Корейская стена уже не понадобится. Ее разберут на сувениры, как десятилетие назад разобрали Берлинскую. Когда это произойдет, никто не знает, но "процесс пошел" - это точно.
При участии Дмитрия Мосякова, Александра Воронцова
Полувековой юбилей начала войны кореянка Чи Шин Сун встретила на национальном кладбище в Сеуле, где похоронен ее сын, убитый в 1951 году. (Фото: АР)