Государство Sziget

Sziget часто называют «венгерским Гластонбери». За 23 года фестиваль, проходящий на острове Обуда посреди Дуная, в получасе езды общественным транспортом от имперского центра Будапешта, стал одним из символов Венгрии — наряду с паприкой, Ференцем Листом и кубиком Рубика. Sziget еще не стал легендарным, как всебританский Гласто, и пока еще не распродает полностью билеты до объявления списка выступающих артистов. Но уже занял место в десятке европейских летних фестивалей категории А. В этом году Sziget побил собственный рекорд, собрав за неделю 430 тысяч посетителей из 95 стран мира, что дало повод телеканалу Euronews отрапортовать о туристическом буме, который спровоцировал фестиваль в 1,7-миллионном Будапеште.

На Sziget едут даже из Бразилии, потому что фестиваль предлагает молодым людям опыт недельной эмиграции в обособленное государство на острове, где заправляют не политики и полицейские, а музыканты, артисты и художники. Организаторы Sziget вовсю эксплуатируют эту немного анархистскую идею — величают посетителей фестиваля «szitizens», то есть «зители», и предлагают им оформить гринкард. Официальный гид по Sziget, выдающийся каждому входящему на остров, можно спутать с паспортом, а на территории фестиваля можно даже оформить брак (впрочем, популярность этой услуги скорее всего объясняется тем, что за пределами острова этот союз не имеет силы). Девиз Sziget — «Остров свободы!» При этом Sziget не только развлекает: фестиваль принципиально выступает против расизма и любого вида дискриминации и не забывает об этом напомнить своим посетителям. Одна из крупных и центральных площадок фестиваля Magic Mirror пропагандировала ЛГБТ-толерантность не только ночными дискотеками с травести- и драг-шоу, но и дневными дискуссиями, фильмами-призерами Teddy Awards и открытой встречей с Pussy Riot.

Почему бы и не жить в государстве, где его «зители» имеют возможность развлекаться как им хочется? Их ждут концерты всех мастей — от оперных арий и сенегальских барабанщиков до кавер-бенда AC/DC и Робби Уильямса, ночные танцы под диджеев до шести утра, похмельный пляжный отдых с коктейлями, разливаемыми в большие пластиковые ведерки, бульвары и площади, усеянные лавками с едой, напитками и всякой всячиной, спектакли уличных циркачей, спортивные забавы, а также дискуссии, кинопоказы, оптические лабиринты и даже собственный чемпионат по шахматам. Большая часть посетителей Sziget приезжает на остров среди Дуная с палаткой, на которую водружает флаг своей страны, и сутками не покидает его территорию, иногда совершая вылазки в ближайший гипермаркет Auchan. Им и не надо — за 23 года практики венгерские организаторы как следует отладили инфраструктуру фестиваля и обжили территорию острова. Самое приятное впечатление от Sziget, бюджет которого перевалил за 15 миллионов евро, производят даже не выступления хедлайнеров, а уровень сервиса и комфорта в этом гигантском таборе: благоустроенная и украшенная территория, хорошо освещенная ночью, мгновенно очищаемые от мусора поля-танцполы, орошаемые водой в самую жару, бесконтактные денежные расчеты в почти круглосуточных палатках с минимальными очередями, достаточное количество туалетов и душевых, которые остаются чистыми, пляж при Дунае и т.д. На Sziget сведен к минимуму экстремальный опыт, ассоциирующийся с грандиозными палаточными опенэйрами: погружение во всепоглощающую грязь, которая стала фирменной деталью того же Гластонбери (а впрочем, возможно, Sziget в этом году просто повезло с погодой — стояла сухость и жара).

Венгерский фестиваль, на котором выступают артисты из 47 стран мира — от Анголы до Японии, достиг уже таких масштабов, что может рассматриваться как микромодель уже даже не Европейского союза, а какого-то надгосударственного образования будущего. Недаром свои посольства и представительства на Sziget заводят как страны, так и транснациональные компании. Например, итальянцы в этом году усиленно рекламировали регион Апулия. А Bacardi выстроили напротив главной сцены фестиваля отдельный двухэтажный клуб имени своего знаменитого рома и в любую тихую минуту устраивали вечеринки с «Куба либре», танцующими моделями, популярными диджеями и пляшущими телеведущими Колей Сергой, Региной Тодоренко и Александром Анатольевичем — для победителей конкурса Bacardi Music GateAway и других гостей фестиваля.

Россию на Sziget в этом году скромно представляли инди-группа «Наадя», EDM-диджей Arty и виджей Anima, а также активистский дуэт Pussy Riot, принимавший участие в дискуссии о свободах в России, и пирожковый ларек Babuska, возле которого не наблюдалось очереди даже в самые пиковые моменты фестиваля.

Куда более представительная делегация на Sziget была у Украины — как артистов, так и зрителей. Выступление молодой киевской группы Onuka, которая соединяет хрустальный звук национальной бандуры, украинский язык и экспортный синти-поп, превратилось чуть ли не в патриотический митинг — сотни зрителей, собравшихся перед сценой, махали артистам жовто-блакитным флагом и кричали «Слава Украине». Заслуженно большую аудиторию собрали украинские звезды world music «ДахаБраха», исполняющие акустическое славянское техно. Своим же украинцы посчитали и одного из хедлайнеров фестиваля — мультинациональный панк-табор Gogol Bordello, возглавляемый уроженцем Киева Евгением Гудзем, который поставил на уши поле перед главной сценой в самое горячее время дня. Своим Gogol Bordello считают и русские — например, создатель «Нашего радио» Михаил Козырев называет Евгения Гудзя, орущего интернациональной аудитории «и я клянусь, обоссав два пальца, что музыка пошла от “Звуков Му”», важнейшим популяризатором русского языка. Сам Гудзь отказывается быть посланником какой-либо культуры — украинской, славянской или цыганской: «Люди как губки. Чем дольше я живу в Нью-Йорке, чем дольше путешествую по свету, тем больше впитываю разных влияний. Быть послом определенной культуры означает слишком много ответственности. Я — артист. Сегодня я хочу делать одно, а завтра другое. Я не обязан быть всегда прав и иногда могу ошибаться».

Музыканты — тоже люди и иногда могут ошибаться, но их ошибки не так трагичны, как ошибки политиков. Бродя по бурлящему весельем и межнациональным братанием Sziget, невозможно было отогнать от себя мысль, что у России тоже был фестиваль, который считал себя «полуостровом свободы» и за 20 лет мог дорасти до международно известного бренда, приносящего государству репутационные и экономические выгоды, — речь о Kubana, который из Краснодарского края изгнали в Латвию. Но сейчас в России интернационализм и всяческие свободы не в чести: у нас устраивают публичную охоту на музыкантов, демонстрирующих малейшие признаки вольнодумства, и показательно давят венгерских гусей. Неудивительно, что популяризатор русского языка и песен Высоцкого Евгений Гудзь отказывается говорить с русскими журналистами о политике и на вопрос, когда Gogol Bordello приедет в Россию, отвечает многозначительно: «Когда придет время».

А пока русским за свободой придется ездить за границу.

Автор благодарит проект Bacardi Music Gateaway за организацию поездки на Sziget