Steppa Style и регги с севера

Когда слушаешь Steppa Style в записи, то представляется, что музыкант — чернокожий житель окраинных лондонских кварталов. На деле это москвич без каких-либо африканских корней и даже без дредов по имени Степан Волков, ведущий радио «Мегаполис ФМ». Steppa Style — чуть ли не единственный русский регги-исполнитель, известный за рубежом, который гастролирует по всему миру и записывается со звездами мирового дэнсхолла — General Levy, Congo Natty, Deadly Hunta, Ragga Twins, Skarra Mucci и другими.

— Ты поешь на ямайском патуа; как ты освоил это наречие?

— Я не могу сказать, что это прямо ямайское патуа. Но это английский, измененный в каких-то моментах. Я учился в специальной английской школе, постоянно общался с людьми, музыкантами из Англии и с Ямайки.

— Как ты занялся музыкой?

— Я катался на сноуборде, слушал хип-хоп, читал фристайл на сноубордических тусовках. И тогда, в начале 2000-х, все было не так, как теперь на Versus, когда ребята придумывают тексты дома и приходят на баттл с классной отшлифованной заготовкой. У нас было так: выпил — и понеслась, на ходу придумывали тексты и ритмы. Когда-то это было некрасиво, когда-то получалось, но это была экспрессия здесь и сейчас.

— Откуда интерес именно к регги?

— Боб Марли был всегда. Потом я в школе купил кассету The Prodigy, потом диск «1000% Jungle Anthems» — все это органично сочеталось с хип-хопом, мне нравилась разная музыка. Потом я приехал на дачу к друзьям, кто-то включил ямайский сборник, и это был уже не roots, как у Боба Марли, а раггамаффин. Я как сейчас помню: там были Buju Banton, Capleton, Sizzla. И мне так это понравилось! В хип-хопе более-менее обычные голоса. А здесь были голоса мощные, как раскат грома, как сказал RasKar. То есть очень жирный, насыщенный голос. И меня это очень зацепило — ритм, секция, бас и жесткая, экспрессивная подача.

— Ты ведешь передачу о регги на «Мегаполисе ФМ». Что сейчас происходит в этом мире?

— Очень много регги выходит каждый день. На Ямайке это дэнсхолл, каждый день — новые «риддимы» (от слова rhythm — инструментальная версия песни в регги. — Ред.). Хорошо сейчас идет new roots (Protoje, Chronixx, Iba Mahr): ямайцы устали от танцевальной музыки без смысла, которую современные артисты (например, Tommy Lee и Alkaline) «щелкают», — это музыка, которую мы не играем на радио в принципе. Это треки, делающиеся за один день, чисто для танцпола, не душевная какая-то музыка, а то, что я называю «пластмассовый дэнсхолл». И это просто миллионы треков, среди которых редко встречается что-то достойное. Но по всему миру появляются новые хорошие артисты, устраиваются фестивали. Развитие регги, как и джангла, идет волнами. Пик — спад, пик — спад. Может быть, следующая волна популярности будет у регги и дэнсхолла, которые взойдут вместо трэпа. Но я что-то в этом сомневаюсь. Думаю, дальше будет мода на грайм, гэридж и бейслайн. Но вообще-то это из одного стержня все. Грайм — это не стандартный хип-хоп-бит, он специфический, и он пошел от тех же ямайских MC.

Техно выжимает все.

— Ты часто выступаешь в Европе. Там популярны регги и дэнсхолл?

— В Европе на регги-концертах всегда собирается много людей. И это приличные люди, это не хиппи какие-то или что-то еще. Это нормальные, обычные люди, такие же, как мы, которые работают, делают что-то. И они ходят на эту музыку, они знают треки, понимают, о чем эти треки. В Германии много регги- и дэнсхолл-саундсистем, работающих с 90-х годов. Там есть Gentleman, который жил на Ямайке, и сейчас он — один из топовых регги-артистов мира. В Европе, конечно, очень большая поддержка со стороны иммигрантов, потому что на вечеринках, как правило, половина людей — это черные иммигранты. У нас тоже ходили такие люди в клуб «Культ». Черные несут с собой эту культуру и музыку, тянут своих друзей. Но дело не только в них. Дело в том, что люди знают английский, они открыты, есть какое-то понимание культуры. Они могут взять и слетать на Ямайку, отдохнуть, сходить в музей Боба Марли, прикоснуться к истории.

— Какое будущее у регги в России?

— Эта музыка по-прежнему очень сильно андеграундная, очень специфическая для россиян, которые не понимают, что это за культура такая. Там еще прикручена религия — растафарианство. Для них все это дико, неорганично, что-то такое непонятное откуда-то оттуда. Да даже если и не вникать, для них это музыка каких-то укурышей. Люди в России зажаты, озлоблены, и еще какое-то регги им навязывают! Зачем нам это нужно! Мы будем слушать русский рэп про подъезд, о том, как все фигово у меня на Севере в городке, где живет 20 тысяч человек. Это намного органичнее, чем какое-то регги. И я буду один здесь со своим регги сидеть, грезить о Ямайке: «Как сильно я бы хотел туда поехать, но у меня никогда не будет денег на это». У молодежи популярен русский рэп, популярно техно, популярно просто включить что-то с iPod, неважно что — главное, что это тусовка под названием «кури-бухай». Но это не только в регги-музыке. Недавно я говорил с ребятами из драм-н-бэйс-команды Electrosoul System — то же самое. Андеграунд-музыка еще глубже уходит в андеграунд. Техно выжимает все.

— Не слишком ли пессимистично?

— Когда я ездил выступать на фестиваль Uprising (большой регги-фестиваль в Словакии. — Ред.), мне говорили: «О, ты из России! Как у вас дела? Что там происходит?» Я отвечал: 10 лет возим артистов, выступаем, продвигаем эту музыку и живем надеждой. Я не хотел это говорить, но на самом деле я говорю, что у нас печаль. Но я все равно верю в то, что будет лучше. В целом главное — как ты относишься к этому, правильно? Я отношусь к этой музыке с любовью. Она так же, как и 10 лет назад, зажигает меня, я взрываюсь, прыгаю, играю, кричу: «Да, давай!» По-прежнему есть какой-то «массив» — люди, которым это нравится, которые следуют за нами. И когда меня спрашивают: «Как ты думаешь, много ли людей слушает твою музыку?» — я говорю: «Если даже один человек будет слушать, я буду продолжать делать эту музыку. Если даже ни один не будет слушать, я все равно буду продолжать это делать ради творчества».

8 сентября Steppa Style выступит на крыше московского Rolling Stone Bar после показа фильма с его участием «Регги с севера» (в котором также снимались Ли «Скрэтч» Перри, Артемий Троицкий, Децл, Герберт Моралес, Коля Маню и другие).