В обществе

Крещение собянинской Москвы

19 ЯНВАРЯ 2011 г. БОРИС КОЛЫМАГИН

Собянинская Москва празднует Крещение. Заместитель мэра столицы по социальной политике Людмила Шевцова провела совещание с чиновниками и представителями Церкви. Она сообщила, что в городе устроено около 70 купелей почти в 60 местах. Все они оборудованы удобными сходами, рядом с водоемами будут дежурить машины скорой помощи и наряды милиции, спасательные службы. Купель установят даже в самом центре Москвы, на площади Революции, и все желающие после водосвятного молебна смогут окунуться в ней. В этом году, как сообщает префектура Центрального округа, купания будут проходить под колокольный перезвон и выступления фольклорных коллективов.

Наверное, нет ничего страшного в том, что светская власть принимает участие в конфессиональном празднике. В прошлом году в крещенских мероприятиях участвовало более 330 тысяч москвичей, и государство при таком числе участников не может пустить дело на самотек. Другое дело, что сам праздник превратился в некую демонстрацию «русского мира», о котором не устают напоминать православные СМИ, и оказался далек от духовных основ жизни.

Патриарх Кирилл почувствовал опасность редукции Крещения, и в крещенский сочельник выступил против фольклоризации этого двунадесятого праздника.

В древности Рождество и Крещение праздновались в один день, и назывался этот праздник Богоявление. По традиции в этот день крестили новых членов Церкви, которые перед этим долго готовились к таинству, читали Священное писание, раздумывали о своих нравственных ориентирах.

Собственно, освященная крещенская вода предназначалась им. Но затем, когда миссионерские усилия Церкви ослабли, а длительная катехизация стала историей, появились разные легенды о чуде крещенской воды, никак не связанные с реалиями древней Церкви. Крещенская вода, мол, хранится годами и не портится, а крещенское окунание способствует укреплению здоровья.

Практикующие христиане стонут оттого, что на этот двунадесятый праздник невозможно причаститься: духовенство занимается в основном раздачей святой воды. И такое положение существует уже десятки лет. В послевоенных отчетах уполномоченных Совета по делам Русской православной церкви приводятся цифры, свидетельствующие, что после Пасхи Крещение было самым популярным праздником советского церковного народа и люди выстаивали на морозе длинные очереди, чтобы получить банку или бутылку с заветной жидкостью.

В прошлом году увидел свет двухтомник о. Александра Шмемана «Беседы на радио "Свобода"» (ПСТГУ, 2010), размышлявшего об этом феномене. Его выступления в эфире, собиравшие у приемника тех, кого и в самые глухие советские времена волновали вопросы веры и христианской культуры, долгие годы оставались для многих важнейшим источником знания о православии. Конечно, можно посетовать на то, что далеко не до всех долетал через советские «глушилки» голос священника. Но даже если бы «глушилок» не было, был бы услышан всеми и правильно понят о. Александр на родине?

Несколько бесед на «Свободе» Шмеман посвятил чуду и связанным с ним суевериям. Сейчас мы видим, что «чудомания» становится для церковных администраторов одним из способов оживления церковной жизни. «Вот чудеса крещенской воды, благодатного огня, мощей святых — приходите и пользуйтесь», — как бы призывают они.

Шмеман выступает категорически против такого утилитарного подхода. Если бы в мире было столько видимых чудес, говорит он, то просто непонятно, как все еще существуют неверующие. Евангелие отрицает чудо как «причину веры», как доказательство бытия Божьего. Христос остался прежде всего в образе нищего, гонимого, бездомного человека. И когда Он воскрес из мертвых, то ни ученики, ни женщины, пришедшие ко гробу, не узнавали Его иначе, как верой, каким-то внутренним, таинственным, а не нашим «объективным» знанием.

А вместе с тем, продолжает о. Александр, Писание полно чудес: исцелений, видений и тому подобного. Как же согласовать эту несомненную «чудесность» христианской веры с отрицанием ею чуда как простого доказательства?

Отвечая на этот вопрос, Шмеман замечает, что сам мир, сама жизнь есть чудо, в которую никогда не устанет вникать, которой никогда не перестанет удивляться и восхищаться человек. Христос творил чудеса потому, что любил, жалел, сострадал.

«Чудеса без любви — обман и самообман, и их действительно нужно и можно отвергнуть. Но любовь есть чудо, и это чудо открывает нам чудесные возможности, не увидеть и не признать которые — значит ничего не увидеть и не понять на земле», — завершает, может быть, несколько пафосно о. Александр.

Шмемана не умиляют крещенские забавы русских, вся эта шмелевско-зайцевская православная патока. Да, он любит русскую культуру, литературу, но не как идентификационный знак «русского мира», а как помощника на путях собирания внутреннего человека.

К сожалению, людей масштаба о. Александра всегда мало, и их по-прежнему «глушат», не тем, так другим способом. Люди Системы вещают, а те, кто прикасается к последим вещам, молчат, их почти не слышно.

Поэтому хочется, чтобы сегодня прорвался через новые «глушилки» голос Шмемана. Хотя бы так, в контексте крещенских размышлений. Ведь благодаря этому замечательному богослову многое становится на свои места.

Фотографии и инфографика РИА Новости