Чем башкир хуже киргиза?

От революций уже деться некуда. Путин даже начал коллекционировать свергнутых глав соседних государств. Наверное, он их селит где-нибудь по соседству друг с другом и водит туда на экскурсии западных лидеров: дескать, здесь у меня Акаев с семьей живет. Принесся бедный киргизский президент прямо в чем его революция застала, ничего не успел вывезти: ни денег, ни одежду — ничего. Холодильник мы ему, конечно, наполнили, а костюмами с ним Фрадков поделился – у них размер примерно одинаковый. Его бывший министр обороны теперь садовник. А вот этот высокий забор – тут Абашидзе… Ну из этой… Как ее? Из Аджарии. Он, видно, кое-что успел в самолет покидать. По крайней мере, за свет, за воду сам платит. Вот дачка пока пустая стоит. Ее Кучма себе присмотрел. Но дом здоровый, одному ему жирно будет, во второй половине Лукашенко поселим. Или Назарбаева. Смотря кто быстрее попросит протянуть руку дружбы.

Ну, с этими более или менее ясно что делать. А вот как быть, когда в Москву начнут бежать лидеры наших собственных территорий? Понятно, что хоть башкирский Рахимов, хоть ингушский Зязиков найдут себе пристанище на необъятных просторах Рублевского шоссе. Вопрос же не в этом. Вопрос в том, что тогда от страны останется?

Недавно я во Владикавказе беседовал с одним из лидеров местной оппозиции, который некоторое время назад занимал в Северной Осетии важный государственный пост. «Я, — говорит бывший номенклатурный работник, — в целом поддерживаю инициативу президента Путина назначать и снимать глав регионов. Только вот никак не могу взять в толк: он же необходимость такой реформы мотивировал тем, что Россия подверглась атаке международных террористов, он же после трагедии в Беслане предложил это нововведение… Тогда отчего же Путин сразу Дзасохова не снял? Ясно же, что вина за Беслан во многом на наших начальниках лежит. Вы даже не представляете себе, какой сегодня в республике уровень коррупции. Больше местного бюджета, я вам точно говорю».

На самом деле ответ на этот вопрос совершенно очевиден: Путин не снял Дзасохова вовсе не потому, что как-то уж очень сильно дорожит президентом Северной Осетии. Не снял, потому что не знает, кого назначить взамен. Я поинтересовался у своего собеседника, встречался ли кто-нибудь из президентской администрации с представителями оппозиции? «Дмитрий Козак разговаривал с «Матерями Беслана», когда они трассу перекрывали, — ответил бывший чиновник, — а больше вроде никто не приезжал. Но Козак же человек новый, к тому же он за весь Северный Кавказ отвечает, не только за нашу республику». Вот, собственно говоря, в этом все и дело: в Кремле просто не владеют внутриполитической ситуацией в республике. И боятся назначить не того человека. А вдруг какой-нибудь ваххабит попадется? Конечно, можно подыскать среди отставных полковников или генералов КГБ видного осетина. Он точно не будет ваххабитом. Но по такому пути уже пошли в соседней Ингушетии. Известно, чем это кончилось: Зязикову вот-вот придется бежать из республики. Однако неспособность решать региональные проблемы может обернуться для Кремля большими бедами.

Сегодня общим местом всех региональных протестов – хоть в Северной Осетии, хоть в Башкирии, хоть в Воронежской области – является попытка апеллировать к центральной власти. А вернее – к доброму царю. Дескать, челом тебе бьем, батюшка, спаси нас от местных изуверов. Но царь-батюшка не мычит, не телится. А это означает, что очень скоро к нему обращаться перестанут и люди, имея перед глазами пример той же Киргизии (а чем, скажем, башкир хуже киргиза?), сметая все на своем пути, вынесут во власть не просто не подконтрольных, но, очень может быть, даже и не лояльных Кремлю политиков, которые начнут разыгрывать националистическую карту. Так уже было некоторое время назад в Чечне. А чем башкир хуже чеченца?