Лев Усыскин: Нефть и динамит

Лев Усыскин

Альфред Нобель. Фрагмент фото работы Gösta Florman

См. также:

Еще более известным, нежели производство дизелей, стал нефтяной бизнес семьи Нобель. Начало ему было положено почти случайно – Роберт Эммануилович Нобель (1829—1896) в 1873 году ездил на Кавказ в поисках поставок древесины кавказского ореха, необходимой для изготовления ружейных прикладов на ижевском заводе. В ходе путешествия он посетил и бакинские нефтепромыслы – где и возникла идея приобрести небольшую нефтедобывающую компанию. Баку еще только начинал превращаться в одну из важнейших нефтяных провинций в мире, однако нобелевское маркетинговое чутье настоятельно предсказывало именно здесь возможность скорого роста. Нефть в те времена использовалась почти исключительно для осветительных нужд – точнее, не нефть, а керосин, который с середины XIX века научились из нее отгонять.

Как бы то ни было, Нобели приобретают небольшой промысел и нефтеперегонную установку – в 1876 году начинаются поставки "осветительного масла" в Петербург. Одновременно, используя свои производственные и инженерные возможности, Нобели модернизируют нефтяной бизнес, создавая попутно ряд мировых прецедентов – как технических, так и организационных.

Cформированное в 1879 году "Товарищество нефтяного производства братьев Нобель", (сокращенно "БраНобель") было, наверное, первой в истории России, выражаясь современным языком, "вертикально-интегрированной нефтяной компанией". В самом деле, Нобели понимали, что керосин является новым товаром на рынке и успех его продажи зависит от того, станет ли он массовым и доступным. Отсюда – потребность вкладываться не только в добычу и переработку сырья, но и в его транспортировку, хранение, оптовую продажу.

Нобели создали в 1878 году первые в мире цилиндрические нефтехранилища (т.н. "резервуары Шухова" – разработанные тем самым Владимиром Григорьевичем Шуховым, автором Шуховской башни на Шаболовке, великим русским инженером, чьи достижения примерно поровну делятся между промышленно-гражданским строительством и нефтедобычей/нефтепереработкой). До этого нефть на Руси хранили в бочках либо открытых бассейнах, а в США практиковали кубические танки.

Тот же Шухов строил первый в России нефтепровод, – прокладываемый в тяжелых условиях горной местности, он соединял собственно нефтепромыслы с нефтеперерабатывающей установкой. Надо сказать, что Нобели сперва пытались найти компаньонов для этого строительства, однако затея всем казалась вполне идиотской и братьям пришлось строить его самим. Зато перспективу сразу оценили несколько тысяч человек, зарабатывавших гужевой доставкой нефти в бочках – от них строителям пришлось отбиваться едва ли не силой оружия. Тем не менее, трубопровод построили за несколько месяцев и, несмотря на нужду в постоянной охране трубы, проект полностью окупился за год.

Столь же дикой и смешной казалась окружающим идея Нобелей по перевозке нефти водой с использованием специальных судов – нефтеналивных танкеров. Первый из них – и вообще, первый в мире нефтяной танкер, пароход "Зороастр" – был спущен на воду на Каспии в том же 1878 году. Но более крупные танкеры первое время строились по заказу компании в Швеции – при этом, на петербургском заводе изготавливалось необходимое уникальное оборудование и выполнялась проектная документация. С появлением дизельных двигателей их немедленно применили в танкерном деле – так, в 1903 году по заказу "БраНобель" на Сормовском судостроительном заводе был построен первый в мире теплоход (дизель-электроход) "Вандал" – головное судно серии из трех аналогичных. Разумеется, энергетическую установку для него изготавливали на питерском "Людвиге Нобеле". Заметим, что в Англии теплоходы начали строить едва ли не десятилетием позже.

Так или иначе, несмотря на передачу судостроителям и заказчикам США проектов танкеров, компания Нобелей к началу Первой мировой войны обладала самым значительным в мире танкерным флотом.

Добавим к этому первенство "БраНобель" в перевозке нефти в специализированных железнодорожных цистернах, а также новаторские усилия в области, сегодня называемой брендингом.

В общем, товариществу Нобелей удалось занять доминирующее положение на российском нефтяном рынке, практически вытеснив с него компании Д. Рокфеллера за счет большей доступности своего основного продукта. Фактически, Нобели сделали в России то, что Рокфеллер сделал в Америке: керосин пришел в каждый дом, превратившись из элитного в повседневный продукт, доступный каждому. Достигнуто все это было отнюдь не шутя – несколько раз предприятие находилось на грани банкротства, от которого его спасали экстренные вливания пайщиков, за счет доходов от других их предприятий. Вот, кстати говоря, список этих совладельцев:

Нобель, Людвиг Эммануилович

Нобель, Роберт Эммануилович

Нобель, Альфред Бернхард

Бильдерлинг, Пётр Александрович

И.Я. Забельский

Бильдерлинг, Александр Александрович

Неизменные братья-бароны Бильдерлинги тут как тут!

В заключение, стоит сказать пару слов о динамитно-премиальном сюжете – о том, что, собственно, и ассоциируется у нормального человека с фамилией Нобель. Героем его стал Альфред Бернхард Нобель (1833 – 1896) – младший брат Людвига Эммануиловича Нобеля. Этот человек действительно изобрел динамит – точнее, запатентовал этот состав в США 25 ноября 1867 года (патент № 78317). Идея изобретения – смешивание открытого еще в 1847 году тринитроглицерина с наполнителем – уже витала в воздухе: и в России, где Альфред начал изучать химию, и за границей, куда он уехал вместе с обанкротившимся отцом в 1859 году. Кроме того, Альфред Нобель в 1875 году запатентовал желеобразную взрывчатку – так называемый "гремучий студень" – и особые сорта бездымного пороха, в состав которых входил нитроглицерин. Впрочем, по поводу пороховых патентов Нобелю пришлось вести в разных странах патентные войны, далеко не все из которых окончились его победой. Понесла семья Нобелей и более существенные потери в ходе развития своего нитроглицеринового проекта: в 1864 году во время взрыва на нитроглицериновом производстве погиб младший брат Альфреда – Эмиль Эммануилович.

Как бы то ни было, производство взрывчатки стало едва ли не самым прибыльным и уж точно – самым международным бизнесом семьи. Десятки заводов были основаны ими во множестве стран. Разумеется, впечатлительная, не чуждая литературных опытов натура Альфреда Нобеля не могла не отрефлексировать метафизику содеянного – ту чудовищную слепую силу, которую принесло его изобретение человечеству. Этот мегабенефициар военных поставок был искренним пацифистом. Совсем в духе позднейших разработчиков ядерного оружия Альфред Нобель полагал, что обладание таким сильным средством смертоносности, как динамит, удержит страны и народы от военных действий друг против друга.

Мы сегодня понимаем, что это весьма наивное упование. А как это понимали современники Альфреда сам он узнал в 1888 году, когда, перепутав его с братом Людвигом, газетчики опубликовали на него некролог, вызвавший вал печатных инвектив в адрес "торговца смертью" и "пожирателя кровавых прибылей". Принято считать, что именно этот инцидент навел изобретателя на мысль об учреждении после смерти премиального фонда, который мы вот уже больше века зовем Нобелевским.