Биткойн, пройдемте!

Последние несколько недель казалось, что будущее криптовалюты в России висит на волоске. В январе Центральный банк выпустил доклад, в котором предложил ее запретить. Криптовалюта привлекает горе-инвесторов, мошенников и преступников, помогает незаконно вывозить капитал из страны, а бороться с этим невозможно, аргументировали авторы доклада. Если бороться невозможно, то и запретить не получится, а мошенники и преступники есть везде — это не повод запрещать индустрию, мировая капитализация которой превышает размеры российской экономики, она просто уйдет в тень, возражали оппоненты. На этой неделе оппоненты, похоже, победили: правительство утвердило концепцию регулирования криптовалют. Если она будет реализована, операции с криптой попадут под обычный банковский контроль — с идентификацией клиента, лицензированием участников рынка и т.п.

Взвесить аргументы сторон «Важные истории» попросили [мы убрали имя, чтобы не подставлять автора: «Важные истории» признаны нежелательными в России]

.

Что такое крипта

Много лет люди думали, как сделать денежную систему, в которой не будет единого центра контроля. Проблему удалось решить создателю (или создателям) биткоина (слово bitcoin образовано от bit, «бит», единица информации, и coin, «монета») под псевдонимом Сатоши Накамото, который в 2008 году опубликовал девятистраничную концепцию нового вида цифровых денег.

Система опирается на распределенную сеть компьютеров, которые проверяют честность транзакций при помощи криптографических алгоритмов. Они записывают новые транзакции в общий реестр в виде связанных друг с другом блоков информации — этот реестр называется блокчейном (blockchain, «цепочка блоков»). Копии блокчейна хранятся на всех компьютерах сети. Реестр транзакций открытый, как и код биткоина, и доступен каждому. Don’t trust, verify! — «Не доверяй, а проверяй!» — известный лозунг сторонников биткоина.

Биткоин создавался в год мирового финансового кризиса, когда доверие к традиционным финансовым институтам было подорвано, и Сатоши вложил в свое изобретение не только идею децентрализации, но и антиинфляционный механизм: всего может быть выпущено не более 21 миллиона биткоинов. Это значит, что по мере приближения к этой границе цифровая монета должна не обесцениваться, а, наоборот, дорожать.

Вокруг биткоина быстро сформировалось сообщество энтузиастов из разных стран, которые стали майнить (mine, добывать) биткоины, совершенствовать код и продвигать идею в массы. Потом появились новые блокчейны и криптовалюты.

Много ли крипты в России?

Попытка ответа на этот вопрос дает хорошее представление о крипторынке в России: никто — ни власти, ни компании, ни эксперты — не может достоверно оценить его размер. Это объяснимо: привязать блокчейн-транзакции к географической локации практически невозможно, если не знать, кому принадлежат кошельки участников и где эти участники находятся. А это во многих случаях неизвестно.

Chainalysis, американская аналитическая компания, которая предоставляет криптобиржам и правительствам инструменты отслеживания транзакций, каждый год публикует доклады о географии рынка. Chainalysis полагается на данные, которые предоставляют ей крупнейшие торговые площадки, и фиксирует географию трафика, приходящего на основные биржи. Однако люди могут пользоваться VPN, не жить в стране своего гражданства, а также использовать поддельные документы.

Поддержите «Важные истории» Так мы сможем рассказать вам больше о планах российских властей Поддержать «Важные истории»

Вот несколько оценок в порядке возрастания:

5 миллиардов долларов в год (Центробанк России, «объем сделок российских граждан с криптовалютами»),

порядка 30 миллиардов долларов (правительство России, содержимое примерно 12 миллионов криптокошельков российских граждан),

33,4 миллиарда долларов (Chainalysis, годовой оборот криптовалют между российскими и нероссийскими кошельками), 92 миллиарда долларов (Bloomberg, содержимое 17 миллионов российских кошельков),

более 200 миллиардов долларов (Bloomberg, подсчет на основании IP-адресов «крупнейших российских криптотрейдеров»).

Что известно достаточно достоверно: Россия занимает третье место в мире по майнингу основной криптовалюты — биткоина (после США и Казахстана). Впрочем, и здесь есть нюансы: если майнинговое оборудование находится в стране, это еще не значит, что биткоины остаются там же. Они в интернете, а значит, где угодно. Например, одна из крупнейших майнинговых компаний в России BitRiver говорит, что ее дата-центром в Братске (Иркутская область) пользуются клиенты со всего мира.

Запретить, нельзя регулировать

У российского Центробанка есть множество аргументов в пользу запрета криптовалют. В его докладе упоминается высокая волатильность курса и распространенность мошенничества (отчего страдают граждане), а также вывод денег из российской экономики (отчего страдает государство) и использование криптовалют в преступных целях вроде наркоторговли, отмывания доходов, взяток и так далее.

Все эти аргументы вполне обоснованны. Можно предположить, что регулятор действительно устал отлавливать криптомошенников, которых немало в его списке финансовых пирамид. И что его правда тревожит, что россияне могут спустить свои сбережения на американских горках криптовалютных курсов: биткоин в 2021 году стоил и 69 тысяч долларов, и 30 тысяч долларов.

Рядовой пользователь интернета немного знает о технологии блокчейна, как и о грамотном инвестировании, но слышал истории, как кто-то сказочно разбогател, вложившись в крипту. Этим пользуются мошенники, умеющие сочинить стройную теорию о чем-то очень высокотехнологичном и сверхприбыльном, куда необходимо вложить деньги прямо сейчас.

Некоторые псевдоинвестиционные фонды, в которых люди теряли деньги в последние годы, создавали максимально правдоподобную картинку работающей финансовой компании. Ярчайший пример — казанская пирамида «Финико», в которой пользователи потеряли не менее 250 миллионов рублей. А украинский «Битсонар» заманивал даже опытных инвесторов из Европы и Америки.

Проверить добросовестность различных инвестиционных фондов, которые привлекают вклады в криптовалюте, довольно сложно: полноценное регулирование такой деятельности пока мало где есть, а бизнес по сути своей глобальный (как и сами криптовалюты). Многие криптокомпании при этом зарегистрированы в офшорных зонах, и к кому обращаться в случае мошенничества, пользователю разобраться трудно.

«Сотрудники московских криптовалютных обменников рассказывали, что торговцы китайским импортом заносят им в день до 30 миллионов долларов наличными, чтобы в виде крипты отправить выручку в Китай»

Не менее сложно оценить проекты, которые предлагают вложиться в «новую перспективную монету». Криптовалюты-пустышки без рабочей технологии в отрасли называют шиткоинами (shitcoins). Они часто размещаются на небольших биржах с малым количеством пользователей и слабой репутацией, где несложно создать видимость активной торговли при помощи ботов — в результате монета выглядит живой и востребованной, хотя на самом деле ее никто не продает и не покупает.

Криптовалюты, безусловно, могут использоваться для ухода от налогов и для вывода капитала из страны. Например, сотрудники московских криптовалютных обменников рассказывали, что торговцы китайским импортом заносят им в день до 30 миллионов долларов наличными, чтобы в виде крипты отправить выручку в Китай.

И для отмывания. В Украине не так давно прогремела история с депутатскими декларациями — там значились миллиарды долларов в биткоинах (легальное оправдание доходов на много лет вперед).

И для преступной деятельности. Вспомним сотни миллионов долларов в крипте, выплаченные хакерам-вымогателям вроде DarkSide или REvil, которых ассоциируют с Россией. А российский сайт, где наркотики продаются за биткоин, давно стал одним из центров мировой розничной наркоторговли.

В общем, анонимность операций с криптовалютой и отсутствие госконтроля оценили многие. В том числе и политические активисты России, Белоруссии, Нигерии и других стран — недаром была версия, что запрет крипты в России инспирирован ФСБ. В этом криптовалюта похожа на наличные деньги: ею пользуются и преступники, и диссиденты, и просто граждане, которые не хотят доверять свои деньги государству и банкам.

Запретить нельзя, регулировать

Мошенничество, уклонение от налогов, отмывание денег процветают и вне крипты, в мире старых добрых рублей, долларов, евро, которые запрещать никто не собирается, возражают противники запрета криптовалют. Вместо этого государство может контролировать, как используют деньги законопослушные граждане, и усложнять жизнь преступникам.

По этому пути идут сейчас, например, США и Великобритания, которые ввели обязательные лицензии и отчетность для криптобизнесов, и некоторые другие европейские страны, включая Украину, где на рассмотрении Рады находится соответствующий закон.

В США криптовалютные биржи и другие операторы должны получить лицензию, зарегистрироваться в агентстве по борьбе с финансовыми преступлениями и соблюдать правила ведения бизнеса и отчетности, как у традиционных финансовых компаний.

Большинство крупных бирж используют системы отслеживания транзакций типа Chainalysis, CypherTrace, Elliptic или Crystal Blockchain. Они сразу видят криптовалюту, пришедшую из известных криминальных источников, и блокируют ее на счету клиента. Прозрачность блокчейна, с большой вероятностью, помогла США найти и конфисковать часть денег, которые вымогали у компании Colonial Pipeline хакеры DarkSide. Удалось выследить и тех, кто отмывал биткоины, украденные в 2016 году с криптовалютной биржи Bitfinex, — на прошлой неделе в США задержали подозреваемых, у которых обнаружились краденые биткоины.

Не пропускайте новые важные историиПодпишитесь на рассылку

Американские налоговики тоже не сидят без дела: в 2017 году они потребовали от крупнейшей американской криптобиржи Coinbase данные о 500 тысячах пользователей. Бирже удалось частично отбиться в суде, но в итоге данные 13 тысяч пользователей были переданы Налоговому управлению США (IRS, Internal Revenue Service). С 2019 года американская декларация о доходах включает строчку об операциях с криптовалютами. А в 2020 году IRS стало рассылать письма тем налогоплательщикам, которых заподозрило в сокрытии доходов от торговли криптой.

В этой же логике находится и концепция регулирования, которую предложило российское правительство. Лицензировать участников, установить обязательную идентификацию клиентов, запустить программу «Прозрачный блокчейн», которая будет отслеживать подозрительные сделки. Фактически речь идет о том, что операции с криптой должны проходить в соответствии с обычными правилами финансового рынка, то есть под бдительным надзором государства.

Совсем не в духе финансовой автономии и свободы, ради которых создавались криптовалюты, но и без угрозы попасть под уголовную ответственность за торговлю криптой.

Интересный момент российской концепции состоит еще в том, что не вполне понятно, будут ли граждане сами владеть криптой, купленной по новым правилам, или же им будет выдаваться своего рода расписка о владении криптовалютой, надежно хранящейся в уполномоченном банке.

Лучше так, чем никак

Но главный аргумент против запрета лежит в другой плоскости. Его сформулировал основатель «ВКонтакте» и Telegram Павел Дуров: «Запрет криптовалют… приведет к оттоку из страны IT-специалистов и уничтожит ряд отраслей высокотехнологичной экономики… Такой запрет неизбежно затормозит развитие блокчейн-технологий в целом. Эти технологии повышают эффективность и безопасность многих видов человеческой деятельности — от финансов до искусства. Решения на базе распределенных реестров, использующих в качестве единиц расчета криптовалюты, приходят на смену отживающим свой срок централизованным финансовым системам второй половины XX века… Запрет едва ли остановит недобросовестных игроков, но поставит крест на легальных российских проектах в этой сфере».

Наверное, работать над технологией блокчейна можно, даже запретив криптовалюты — создавать новые блокчейны и запускать их в изолированной от мира среде, в «суверенном рунете». Например, в России уже несколько лет работает пилотная система межбанковских расчетов на российском варианте эфириума Мастерчейн. Печально известное голосование на блокчейне тоже, по всей видимости, будет развиваться и продвигаться дальше.

Но все прорывные новшества появляются на открытых блокчейнах, взять хотя бы бум DeFi (Decentralized Finance, «децентрализованные финансы») и NFT (Non-Fungible Tokens, «невзаимозаменямые токены») на эфириуме.

Что такое эфириум и как менялась криптомода

Эфириум обладает более широкими функциями, чем биткоин: этот блокчейн можно программировать на выполнение различных задач с помощью смарт-контракта. Суть последнего в том, что он срабатывает автоматически при выполнении определенных, заранее заданных условий. Например, можно создать смарт-контракт для купли-продажи квартиры: деньги покупателя (в криптовалюте), заблокированные в нем, отправятся продавцу, как только смарт-контракт получит данные, что сделка прошла госрегистрацию.

Эфириум упростил создание новых криптовалют: вместо того чтобы с нуля писать код для нового блокчейна и запускать сеть, стало достаточно написать смарт-контракт на эфириуме, и новая монета будет использовать ту же сеть и те же программные принципы, что и эфир, существуя как бы на втором этаже исходного блокчейна. Это открыло дорогу многочисленным новым криптовалютам, которых сейчас уже тысячи.

Началось все с ICO. Создатели эфириума устроили Initial Coin Offering (ICO, «первичное размещение монет»). По сути — сбор денег с инвесторов под обязательство компании выпустить новую криптовалюту. Эта идея понравилась многим, и ICO скоро приобрело дурную славу, так как появились мошенники, которые продавали новые криптовалюты без реальной технологической начинки, обещая сказочный рост цены, а затем исчезали с деньгами покупателей. Самый известный пример — глобальная пирамида OneCoin. Ее основательницу Ружу Игнатову до сих пор ищут правоохранительные органы по всему миру. Про самые крупные криптопирамиды можно почитать этот материал РБК.

Следующей фишкой стал DeFi (Decentralized Finance, «децентрализованные финансы»). Раз есть «умный контракт», который срабатывает сам, зачем нам посредник? Децентрализованные биржи позволяют торговать напрямую друг с другом, не помещая деньги в общий котел биржи (что позволяет избежать риска мошенничества, когда биржа исчезает с деньгами пользователей). Однако и здесь есть свои риски: отрасль DeFi быстро стала любимой мишенью хакеров из-за низкого качества кода у новых проектов; к тому же появились мошенники, просто выводившие деньги пользователей и бросавшие проекты.

Потом хайп вокруг DeFi поутих, его место заняла новая мода: NFT (Non-Fungible Tokens, «невзаимозаменямые токены».) В отличие от криптовалют, где все монеты равны между собой, каждый NFT выпускается отдельно и обладает своими уникальными свойствами (и своей ценой). В NFT можно зашивать разнообразную информацию и привязывать их к различным файлам, например к произведениям цифрового искусства.

В прошлом году случился бум NFT, когда цифровые картины и короткие видео в виде токенов продавались на престижных аукционах за миллионы долларов. В процесс включились знаменитые современные художники: в марте 2021 года работа Бэнкси была куплена у галереи в Нью-Йорке за 95 миллионов долларов, оцифрована и превращена в NFT, после чего оригинал сожгли. А Дэмиен Херст создает уже не первую коллекцию цифрового искусства в виде NFT.

В общем, криптовалюта создала целый цифровой мир, где крутятся триллионы долларов.

Такие проекты работают на глобальном рынке, что дает разработчикам мощный стимул: сделай крутой проект, налетят пользователи со всего мира, и ты разбогатеешь. При этом большие, распределенные по всему миру сети современных криптовалют, на которых уже работают тысячи программистов, дают опыт работы в реальной среде, а не в суверенной песочнице: основатели проектов познают все сложности и вызовы децентрализованных технологий на своем опыте и рискуют собственными деньгами.

Создать такого уровня конкуренцию и стимулы в «одной, отдельно взятой стране», где оборот криптовалюты запрещен, вряд ли реально. Для талантливого разработчика это будет как выбор между работой в Google и в поисковике «Спутник».