Всероссийский день несогласных

В разгар новогодней спячки в Сети появилась чрезвычайно толковая статья из газеты "Арсеньевские вести" за 5 января. Автор ее - Надежда Алисимчик. Более полного репортажа о случившемся в декабре противостоянии между гражданами Приморья, занятыми в бизнесе доставки и продажи иномарок из Японии, и властной рукой Москвы, создавшей критическую ситуацию в Приморье, повысив пошлины на иномарки, я не читал. Автор статьи дает, помимо этого, блестящий анализ экономики Приморья.

В статье в "Арсеньевских вестях" упоминаюсь и я (я не поэтому хвалю статью, что я в ней упоминаюсь). Надежда Алисимчик пишет: "После [Марша несогласных] Эдуард Лимонов заявил, что нужно менять форму протеста и не подставляться под башмаки и дубинки ОМОНа. В качестве альтернативы он предложил пассивное сопротивление без плакатов и лозунгов, просто прийти и стоять, молча выражая несогласие. Что из такого пассивного сопротивления вышло на практике во Владивостоке 21 декабря, узнала не только вся страна, узнал весь мир". Далее Алисимчик рассказывает подробно о том, как 20 декабря народ (около 500 человек) собрался на площади Борцов за власть советов. "У кого-то в руках были флаги: японский, андреевский, военно-морской, флаг Приморского края. Словом, все было по Лимонову – молча, но в достаточном количестве. Милиция вела себя спокойно", - констатирует Алисимчик. И продолжает: "В воскресенье (т.е. на следующий день) вообще собрались не более трехсот человек, они стояли молча, без транспарантов... И вдруг, бац, и из автобусов выбежали сотрудники подмосковного отряда "Зубр" и начали выворачивать руки и запихивать пинками в автозаки всех подряд, включая и журналистов".

Там еще многое можно из статьи цитировать, много интересного, но остановлюсь, чтобы пояснить. 15 декабря, то есть на следующий день после Марша несогласных (Алисимчик почему-то свела в своей статье весь марш к эпизоду с подавлением одной из его колонн - Союза офицеров СССР. Этот эпизод поражает своим цинизмом. Однако и на самой Триумфальной площади задержания производились цинично и жестоко. Людей волокли за головы, били, свалив на асфальте, нацбола Ананьева сбросили с крыши автозака и прочие зверства) я предложил отныне проводить Дни несогласных.

Суть предложения заключалась прежде всего в том, чтобы не обращаться к городским властям за разрешением, все равно разрешения мы не получим, потому достаточно предупредить журналистов, что такого-то числа в такое-то время пройдут акции Дня несогласных. Я предложил не ограничивать себя одной точкой в городе, как делалось ранее: фактически это было всегда приглашение ОМОНу – придите в это место и избивайте нас. Я предложил организациям оппозиции самим определить те точки в городе, где, по их мнению, следует устроить мирную демонстрацию согласно статье 31 Конституции РФ. То есть на самом деле я предложил отныне повторять ту формулу Марша несогласных, которая сама собой возникла 14 декабря 2008 года.

Когда мои сторонники вышли на Триумфальную площадь (для меня лично самым сложным было добраться до Триумфальной, быть задержанным именно на Триумфальной, в чем я и преуспел), колонна союза офицеров собралась на Пушкинской, чтобы идти к нам на Триумфальную, а между тем часть людей прошла маршем от метро "Павелецкая", а часть нацболов даже попытались войти в Кремль.

Вот что я предложил, уважаемая Надежда Алисимчик. На "пассивное", именно пассивное сопротивление мы обречены Конституцией Российской Федерации, так что будем, пока это выносимо (то есть пока в нас не стреляют), выходить на мирные собрания и шествия, они гарантированы нам статьей 31 Конституции РФ. Вот я пояснил Вам, что я на самом деле предложил.

Лучше всех и быстрее всех мое предложение оценила верхушка МВД. На общегородском совещании "по вопросам профилактики правонарушений" 17 декабря замминистра генерал-полковник Суходольский признал, что работать в милиции становится все сложнее, поскольку "оппозиция меняет тактику и приспосабливается к работе правоохранительных органов". Если им сложнее нас избивать, значит, мы правильно поступаем.

Теперь к избиениям на владивостокском митинге. Не в утешение вам, товарищи из Владивостока, но для информации: мои сторонники, нацболы, подвергаются избиениям уже лет десять. В 2007 году 10 декабря умер в результате нанесенных ему побоев нацбол Юрий Червочкин. На нас совершались массовые нападения прокремлевских организаций, мои охранники не раз закрывали меня собой на маршах (например 3 марта 2007 года в Петербурге, 24 ноября 2007 в Москве) от дубинок ОМОНа, 15 апреля 2007 меня в Петербурге арестовывал СОБР – в масках и с боевым оружием, свыше 150 нацболов отсидели. Все это называется "дорога свободы". Нужно отстаивать свои права. Если вам некуда деваться и без этих японских автомобилей никак не выжить - надо выходить и добиваться. Долго бить не смогут. Сломаются на третий либо четвертый раз. Либо мораль ОМОНа не выдержит, либо их начальники струсят. А вернее, произойдет и то и другое. Пока осложним им жизнь, будем выходить, где они не ждут.

Глядя широко открытыми глазами на всю панораму России, следует признать, что не у всех граждан одни и те же экономические интересы - более того, они порой противоположны. У жителей городов Тольятти, Димитровграда или Нижнего Новгорода, то есть тех городов, где выпускают российские автомобили, экономические интересы противоположны вашим во Владивостоке. Эта работа государства урегулировать экономику так, чтобы все - и владивостокцы, и тольяттинцы - были сыты и не потеряли в кризисе. На то и существует над нами государство, чтобы разумно урегулировать проблемы. А когда государство машет дубинами, нанося своим гражданам травмы физические, то оно наносит им и травмы душевные. Мы больше не верим в авторитет государства, которое дало походя по голове нашему отцу, сыну, старому офицеру. Такое государство есть взбесившаяся собака. Я верю, что наше государство – взбесившаяся собака, давно, вы – недавно.

Так как интересы наших широко раскинувшихся регионов порою противоположны, то сплотить всех протестующих под единым экономическим лозунгом представляется невозможным. ("Отменить пошлины на иномарки!" и "Защитить отечественную автомобильную промышленность" - понятно, что это взаимоисключающие лозунги.) Однако общий лозунг нам нужен и направление общей всероссийской борьбы нам необходимо. Иначе будем, как лебедь, рак и щука в басне Крылова, тянуть в разные стороны.

Я вам скажу, что нужно отвоевать прежде всего общее для всей России от Калининграда до Владивостока. Нужно отвоевать право на протест. Право реализовать где мы хотим и когда мы хотим статью 31 Конституции Российской Федерации. У каждого региона своя боль. Но граждане всех регионов хотят собираться мирно, без оружия и говорить открыто о своих проблемах, чтобы их слышали другие граждане и участвовали. Я уверен, что мы в силах добиться этого права на протест, отнятого у нас полицейским режимом. (А какой это еще режим, когда замминистра внутренних дел на голубом глазу заявляет во всеуслышание что милиция борется с оппозицией? А какой это еще режим если столичный мэр призывает "обнулить и нивелировать" моих сторонников, то есть сравнять с землей самую активную часть оппозиции?)

Когда мы добьемся права на протест своей храбростью и настойчивостью (только не нужно пугаться ОМОНа до степени мокрых штанов: ну, часть их злобны от природы, большая часть - отсталые парни из деревень, делающие карьеру на своих мышцах), то тогда мы скажем руководителям страны, не справившимся с работой управления страной, с работой урегулирования конфликтов: "Знаете, что? Идите отсюда! И чтоб мы вас не видели никогда!"

31 января в 14 часов в городе Москве состоится Марш несогласных за право граждан выражать свой протест, собираться мирно, без оружия и т.д. - все по статье 31-й. Легко запомнить: 31-е, статья 31-я. Выходите, граждане Владивостока и других городов России, докажем им что мы не рабы и рабы не мы. Выходите, от Калининграда до Владивостока. Не бойтесь. Они сами вас боятся. Даешь Всероссийский день несогласных!