Хроника текущих событий

5 мая, ровно в пятнадцать часов, из окон одиннадцатого этажа гостиницы "Россия" выбрались на карниз два национал-большевика, юноша и девушка. Повиснув на альпинистских стропах между 11-м и 10-м этажами, они развернули вниз огромное вертикальное полотнище длиной в четыре этажа. Черный фон, белые, издалека видимые буквы: "Путин, уйди сам!" Евгений Логовский и Ольга Кудрина таким образом выразили, подчеркнули, указали на главную политическую задачу оппозиции - добиться отставки действующего президента В.В. Путина. Этот лозунг, возможно, сменится на другой, более решительный: "Путин, вон из Кремля немедленно!", однако цель останется той же: отставка Путина, смена режима полицейского государства и замена его режимом свободной конкуренции политических партий.

Логовский и Кудрина были осуждены каждый на 15 суток за мелкое хулиганство, но парадоксальным образом против них одновременно заведено уголовное дело по статье 330 ч.2 УК РФ ("самоуправство"), что грозит им лишением свободы на срок до пяти лет. То есть их собираются судить за одно и то же преступление дважды. Это противозаконно, да. Но мы в России.

1 мая началась незамеченная, к сожалению, в СМИ голодовка национал-большевиков в помещении партии на улице Марии Ульяновой, д.17. Дело в том, что в конце апреля в Бутырской тюрьме семнадцать членов НБП объявили голодовку, требуя признания за всеми 46 национал-большевиками, находящимися за рещеткой, статуса политических заключенных. Но тогда голодовку насильственно остановил спецназ ГУИНа. Прибыв в тюрьму, спецназовцы оказали физическое давление на уголовных авторитетов Бутырки, а те, в свою очередь, попросили национал-большевиков прекратить голодовку, так как страдать будет все тюремное население Бутырки. И вот теперь голодовка началась на воле. В настоящее время голодают четверо национал-большевиков: Барановский, Дмитриев, Чапалыга и Малыгина, но уже 12 мая к ним присоединятся родители политзаключенных нацболов. К середине мая к забастовке присоединятся все же и политзаключенные некоторых московских тюрем.

8 мая меня попросил о личной встрече видный милицейский чиновник, полковник. Встреча состоялась у московского Зоопарка. Полковник передал мне личное письмо начальника ГУВД г. Москвы генерала В.В. Пронина. В письме генерал сообщает, что по имеющейся у него информации "при проведении 9 мая т.г. митинга на площади Белорусского вокзала отдельной частью экстремистски настроенной молодежи планируется совершение противоправных действий..." Далее генерал утверждает: "Довожу до Вашего сведения, что обозначеные противоправные действия однозначно увязываются с Вашим именем, что может спровоцировать молодежь, увлеченную идеями национал-большевизма, на поддержание возможных экстремистских действий". И генерал увещевал меня: "С учетом изложенного и в надежде на взаимное понимание, убедительно прошу Вас предпринять все необходимые и зависящие от Вас меры по недопущению возможного участия молодежи НБП в несанкционированном шествии после завершения митинга 9 мая 2005 года, других противоправных деяниях на территории города". "Мы искренне надеемся на Вашу взвешенную позицию при решении обозначенной проблемы", - заключает генерал.

Мне искренне понравился прагматичный подход главного московского полицейского генерала Пронина. Он понимает, что с нами можно и нужно договариваться. В отличие от неоправданно высокомерного Кремля, милицейское начальство трезво оценивает ситуацию. Хороший пример для подражания. Вот как надо работать. Генерал Пронин знает, что при всей милицейской мощи правоохранителей мегаполиса одни полицейские меры не могут обеспечить порядок в городе с 12 миллионами населения. Генерал Пронин отличный политик. И я обещал ему, что в священный для каждого гражданина России день, в День Победы, беспорядков в Москве не будет. Их и не было.

А полицейские меры были приняты чрезвычайные. Тверская-Ямская улица была закупорена огромным количеством войск спецназначения. Перегорожена КАМАЗами. Каски, бронежилеты, рации, рычащие собаки. Та же самая картина наблюдалась на Новослободской, Лесной и других улицах, стекающих к Белорусскому вокзалу. Некие группы гражданских лиц отлавливали и задерживали молодежь в метро. По нашим сведениям, по меньшей мере две из этих групп имели удостоверения СОБРа. 17 национал-большевиков были задержаны в метро. Всего около пятидесяти национал-большевиков были задержаны в этот день в различных местах города. К середине дня была блокирована шестью милицейскими автомобилями штаб-квартира НБП на улице Марии Ульяновой. И только к ночи людей отпустили и сняли осаду.

Я добрался до Белорусской без особых проблем, по пути искренне изумляясь степени перепуганности Кремля. Количество милиционеров было поистине невменяемым, шизофреническим (точнее, параноидальным). Мы провели митинг, следуя регламенту, разработанному коммунистами. Выступили Г.А. Зюганов, лидер РКРП В.А.Тюлькин и другие коммунистические лидеры. Выступил я. Потребовал отставки Путина. На самом деле ясно, что в отставку сам он не уйдет, что его нужно выдавить в отставку. Вынудить. Множеством совместных действий оппозиции.

Этим предстоит заниматься ежедневно следующие пару лет. В один прекрасный день я не смогу уже дать обещание генералу Пронину, что беспорядков не будет. Так как они будут нужны России.

Еще один аспект празднования 60-летия Победы. Когда чиновники, у которых нет сегодняшних побед, устраивают юбилей великой Победы, получается пошло, вульгарно и противно. Они осквернили Победу. Примазались к ней. Изгрязнили Победу. 9 мая была видна также неприязнь власти к своему народу. На Белорусской площади в резервацию, в кольцо КАМАЗов и милицейских полчищ была загнана именно стихийная, эмоциональная, не парадная Россия. Вероятнее всего, именно усилиями подобных яростных, эмоциональных, наивных людей и была шестьдесят лет назад выиграна война. А расчетливых шкурников и в 1945 году было в России какое-то количество. Это их потомки, это их клоны сегодня резервируют на площади Белорусского вокзала. И встречают как привилегированных, самых дорогих гостей глав иностранных государств.

Тщеславный маленький полковник Путин устроил из нашей Победы, кровавой Победы персональный светский прием. В упрек ему надо сказать, что добрым и гостеприимным нужно быть в первую очередь для своего народа, а потом уж для всех остальных. Мы - важнее. Москвичи же поступили мудро. Они, как во время нашествия Наполеона, в большинстве своем ушли из Москвы. На сей раз на приусадебные участки. И там работали и праздновали. Опыт предков пригодился.