В темноте. «Вёрстка» поговорила с жительницами Киева, Одессы и Днепра — о том, как их семьи живут без электричества и что их сейчас поддерживает - Вёрстка

Больше месяца Россия интенсивно разрушает ракетными обстрелами энергетическую инфраструктуру Украины. Атаки бьют, в первую очередь, по-мирному населению. Жители Киева и других украинских городов публикуют сторис и посты в соцсетях и показывают, как ужинают при свечах, готовят пищу, когда электроплиты отключены, а из-за неработающих светофоров на перекрёстках растёт число ДТП. «Вёрстка» поговорила с жителями трёх крупнейших городов Украины о том, как выжить в новой реальности. Несмотря на трудности, люди находят новые способы сплотиться и поддержать друг друга.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«Бывают дни, когда ты уходишь из дома и света ещё нет, а возвращаешься — и света уже нет»

Анна Логвинова, Киев

Перебои с электричеством в Киеве начались 10 октября, когда возобновились массивные атаки. Но именно в нашем доме проблемы со светом появились 1 ноября — во второй день школьных каникул. Если нет атак, свет отключают по графику — три раза в день в сутки, по четыре часа. Но это стабилизационные ограничения, а бывают и экстренные. Когда нас снова начинают обстреливать, электричество может пропасть на более длительный срок, часов на шесть.

Это очень изматывает. Бывают такие дни, когда ты уходишь из дома и света ещё нет, а возвращаешься — и света уже нет.

В школах света тоже нет, но дети всё равно приходят учиться — читают учебники с фонариками. Фонарик, с которым дочка ходит в школу, — от велосипеда мужа. Он удобный — и мощный, и небольшой.

Дома дочка делает уроки тоже с фонариком. Бывает так, что она идёт в школу, когда в доме свет есть, но его успевают отключить к её возвращению. С фонариком быстро сделает домашнее задание, убегает на спорт — свет дают. А когда приходит с секции, снова темно дома. Видно, что дочка тревожится. Она задает вопрос: «А что мы будем делать, если не будет света?».

Думаю, в школе дочке легче переживать время без света, потому что там всё-таки много людей. На перемене в коридоре они как-то устроили театр теней. Это был восторг — весь класс собрался и каких-то паучков руками изображали.

Тревогиi в последнее время в Киеве довольно часто. Но тревога может быть два раза в день, а может и её и неделями не быть. А отключения электричества — по графику, и в каком-то смысле они изматывают больше. Но даже в этом можно найти плюсы — ты в ограниченный период времени успеваешь сделать столько, сколько раньше в жизни бы не успел.

Если мы слышим звуки взрывов, мы не выходим в убежище, потому что оно довольно далеко от дома. Идём в коридор и остаёмся там — соблюдаем правило двух стен. А вот когда в школе у детей тревога и нет электричества, они идут по тёмным коридорам в тёмное укрытие — должно быть, это неприятно.

Но люди всё равно приспосабливаются. В магазины, в салоны, в детские спортивные секции покупают генераторы. А у нас в семье появились новые ритуалы. Когда отключают свет, мы достаём домино, лото. На кухне есть большая карта на стене, и мы играем: называем страну, а дочь — столицу. В общем, в часы без электричества все игры, которые есть в доме, достаются, и мы проводим время вместе, под фонариком. Если я возвращаюсь из спортзала, а дома нет света, меня муж с дочкой встречают с фонариками, и мы идём вместе прогуляться по району.

Ноябрь тёмный, грязный, снежный — это всё изматывает и без войны. Но, наверное, мы научились с юмором относиться к таким бытовым моментам — когда ты банально не можешь включить свет в своей гостиной. А сейчас мы все ждём включения света и радуемся, когда он появляется. И просто ждём победы.

«Все понимают, что нужно терпеть»

Екатерина Бондаренко, Одесса

Проблемы с электричеством начались недели три назад. График отключения вывесили на сайте нашей управляющей компании, и все приспособились к ним. Но после ракетного удара несколько дней назад ситуацию в городе было сложно наладить, и наш дом более двух суток простоял без электричества. Мы старались лишний раз не открывать холодильник, чтобы не выпускать оттуда остатки холода.

Моей семье повезло, потому что, когда в доме нет электричества, у нас просто нет света и не работает лифт. Зато есть вода, отопление, а плита у нас газовая, мы даже можем приготовить себе еду. Домам, которые полностью на электричестве, сложнее: нет тепла, насосы не качают воду, поэтому нет воды, невозможно приготовить поесть.

Мы уже давно начали делать запасы продуктов, которые не требуют холодильника, потому что в любой момент можем оказаться в укрытии, где негде хранить продукты и где, конечно, нет никакой плиты. Купили молоко длительного хранения, крупы, консервы, сухофрукты, орехи — всё, чем можно питаться и взрослым, и детям, а у нас их трое. Такая подготовка здорово выручает. Запасы воды мы тоже привыкли делать на случай, если вдруг все-таки будут повреждены гидроэлектростанции, водохранилища.

Поликлиники, больницы, роддома работают постоянно, и первоочередные усилия направлены на то, чтобы там не было отключений. Магазины и кафе работают на генераторах, пусть не на полную мощность, но тем не менее. Сейчас в срочном порядке все их покупают.

Если говорить о настроениях, то в довоенное время чувствовалось раздражение в адрес городских властей, если случались какие-то аварии. А сейчас все знают, что власти пытаются делать всё от них зависящее, чтобы всё наладить.

Пророссийские каналы и паблики постят информацию об одесситах, которые якобы протестуют против отключений. Это не так. Было несколько протестов, но они были связаны с тем, что коммунальные службы не давали оперативно информацию об аварийных происшествиях и их починке. Были дома, в которых трое и больше суток не было света из-за аварий на подстанциях, и люди не понимали, когда он появится. В целом, в городе я слышу много благодарности за то, что в домах есть тепло, вода, а в магазинах — продукты, в отличие от других городов.

Люди стараются максимально друг другу помогать. Я вижу в соцсетях, как одесситы пишут: «Я живу по такому-то адресу, у меня есть свет, может приходить и подзарядиться». Или: «Я сейчас на работе, офис там-то, можете прийти помыться» — если там есть душ.

Каждое утро начинается с того, что мы переписываемся с родными и друзьями: «Ну что, кто к кому приезжает?». Недавно мы на несколько часов приходили к моему мужу-юристу на работу, у него там был свет, потому что их линия питает одновременно роддом и еще несколько важных объектов. Мы там зарядили батарейки, дочка делала уроки, я там же кормила самого младшего, ему три месяца. Посидели на работе, постарались никому не мешать. Люди максимально сплотились. Все понимают, что нужно терпеть.

Всё, что мы с мужем обсуждаем, дети слышат. У них конечно возникают вопросы, и мы на них отвечаем честно и правдиво — вычеркнуть их из информационного пространства было бы неправильно даже с точки зрения безопасности. Я должна быть уверена, что дети верно поведут себя на улице, когда услышат сигнал тревоги. Есть простые детские вопросы вроде «Почему нет света?» И ответ простой: «Потому что повреждены энергетические объекты». Есть вопросы более сложные, которые касаются войны и ненависти. И здесь мы тоже с ними разговариваем.

Дочка сейчас в школу не ходит, потому что укрытие в её школе не было принято специальной комиссией, и она учится дома. На сайте горсовета выложены уроки, которые можно пройти, когда есть свет, и наша учительница пытается эти уроки проводить в любой точке и в любое время, когда у неё есть связь.

Сын в шестом классе, он ходит в другую школу. У них есть укрытие, и по сигналу тревоги они туда спускаются — родителей приглашали посмотреть, как оно оборудовано. Все школы исходят из того, что детям нужно получать образование, и нельзя это поставить на паузу. Ведь неизвестно, сколько придется ждать.

Людей очень поддерживают люди. Мы отмечаем праздники, мы стараемся больше радости и удовольствия чувствовать каждый день. Красивая осень в этом году! Когда есть свет, печём булочки, чтобы согреваться простыми ароматами, сделать себе хорошее настроение. У нас есть общее ощущение, что правда на нашей стороне, и это поддерживает нас.

«Когда нет электричества и гаджетов, происходит встреча людей»

Ольга Алексеева, Днепр

Если бы я была дома, то не смогла бы вам ответить — у меня нет электричества и не тянет мобильный интернет, а на улице тянет. Со светом стало плохо последний месяц. График отключений публикуется, но отключения с графиком еще ни разу не совпали.

Мне 39 лет, я маркетолог, сейчас работаю в UA busi­ness Glob­al. С начала война мы объединяем украинских предпринимателей и помогаем им выходить на международный рынок. Это помощь в виде образовательных лекций, мастермайндов, когда каждый делится своим кейсом и все помогают друг другу.

На работе отключение электричества ощущается очень сильно, потому что у нас онлайн-лекции, онлайн-встречи, и даже с командой мы видимся каждый день именно по зуму. Мы больше месяца договаривались о лекции с советником по экономическим вопросам посольства Украины в Польше. Несмотря на то, что этот человек очень занятой, он согласился встретиться с нашими предпринимателями. Моя коллега должна была провести эту встречу вчера в 18:00 — и вдруг за полчаса до старта у неё отключили электроэнергию. Свет, к счастью, был у меня. Но едва я в зуме начала представлять спикера, как вырубилась электроэнергия по всему району. И вся наша работа, все договоренности, всё, что мы больше месяца налаживали, — насмарку.

Но несмотря на все эти отключения и взрывы, сейчас в Украине открываются новые бизнесы, люди работают с утроенной силой. В сообществе предпринимателей нас две тысячи человек, и даже когда нет света, а назначена важная лекция, люди выходят на улицу, ловят связь и в темноте смотрят лекцию. У меня у самой много фото, как я в темноте, экономя свет, учусь онлайн. Это единственный вариант выжить.

Я разведена. У меня двое детей. Старшему сыну 18 лет, он живет с отцом, а я живу с дочкой, которой восемь лет, она ходит во второй класс. В первые дни войны, когда мы слышали взрывы или читали об этом в новостях, нам было очень страшно, мы сидели в коридоре, паниковали. А позавчера тоже были мощные взрывы недалеко от меня, когда я ехала на такси: я видела ракету, слышала свист, даже ощутила ударную волну. Но всё, что я сделала — это позвонила в школу, убедиться, что дети там в порядке, что все живы, потом подтвердила, что все встречи по плану состоятся, и продолжила делать дела по списку. Я заметила, что моя психика теперь работает иначе.

Спасает и юмор. К тому же, мы видим, что не мы одни страдаем от переноса встреч. Произошла адаптация к жизни в неопределенности, когда ты просыпаешься и не знаешь, как сегодня будет. И несмотря на это всё, у людей нет упадка и ощущения, что всё пропало. Ми незламні, нас не подолатиi. Чем больше обстрелов, отключений, тем больше в ответ на это поднимаЕтся ресурсов психики, работоспособности. Может, эта злость даёт энергию. Мы пытаемся эту злость направить на организацию комьюнити и бизнеса.

Ещё о трудностях: нас, UA busi­ness Glob­al, пригласили на телевидение, а света не было — я не могла дома ни сделать причёску, ни накраситься. Ещё и погода пасмурная, темно. Я позвонила подруге-визажисту, у неё студия рядом с госпиталем и пожарной счастью, поэтому там свет есть. Она ради меня подвинула планы, — и я поехала краситься. В дороге, рядом со мной, взрыв прогремел. Ну, не отменять же эфир? Зато она меня очень красиво накрасила.

Учиться без электричества ребёнку, конечно, трудно. Первый класс она посещала в ковид, постоянно были карантины, и к концу учебного года не все в её классе научились читать. Да и сейчас постоянно нервотрёпка. Позавчера только я отвела дочку в школу, как рядом прозвучали сильные взрывы. Учителя детей прямо в сандалиях повели в соседнее помещение в подвал, и они сидели там полдня. Когда я после обеда пришла за ней, они только один урок успели провести.

С дочкой недавно дома осталась бабушка, и в обычное время они могли мультики смотреть, а тут свет отключили, было темно, и они при свечах, ни на что не отвлекаясь, мастерили что-то из бумаги. Дочка потом сказала: «Мы так хорошо поиграли с бабушкой, как никогда в жизни». Когда нет электричества и гаджетов, происходит встреча людей. Все настолько настоящие, такие, как есть. Не за что спрятаться, некуда уйти друг от друга, и встреча неизбежна.

Коллаж на обложке: Екатерина Дериглаз. В коллаже использованы фото Dmytro Рidhrush­nyi, Anton Dar­ius, Denis Zalevskiy / Unsplash

Редакция «Вёрстки»