Центр тягости

Кремль мечтает о финансовом центре в Москве. Бизнес знает, что для этого нужно

Даже в Монголии есть компании, готовые предложить свои акции международным инвесторам в ходе IPO. Российское правительство считает, что самое подходящее для этого место - Москва, где в течение пяти лет Кремль хочет создать международный финансовый центр (МФЦ). Догнать Нью-Йорк или Лондон не пытаются - нереально. Зато возможно подвинуть таких конкурентов, как Алма-Ата и Варшава, и стать центром регионального значения - для СНГ, для соседей вроде Монголии и Ирана, а в идеале - для таких стран, как Польша, Турция и Израиль. Как и творцы инноваций в Сколкове, финансисты получат свои суды, законы, а возможно, и налоговые льготы.

Финансовый центр - это место, где любым компаниям удобно размещать свои акции и выпускать другие бумаги, а у инвесторов есть хороший выбор для вложения средств. Идее создать такой центр в России уже больше двух лет, и за это время она успела увязнуть в межведомственных дрязгах. В конце апреля Дмитрий Медведев решил ускорить процесс и создал специальную рабочую группу во главе с бывшим кремлевским стратегом Александром Волошиным. Теперь финансисты ждут прорыва и готовы помогать рабочей группе. Newsweek стало известно, над какими проблемами будут ломать голову чиновники. В рабочую группу уже поступают предложения от профессиональных финансовых игроков - и российских, и иностранных.

На первых порах можно на базе соглашения о Таможенном союзе создать локальный центр для инвесторов из трех стран: России, Белоруссии и Казахстана, рассказывает управляющий директор PricewaterhouseCoopers Виктор Овсянников. Но и это непростая задача. Пока Москва технически не готова к созданию финансового центра, говорят финансисты. В столице много проблем: транспорт, связь, приглашение на работу иностранных специалистов, да и банальная нехватка гостиниц. Те же знаменитые московские пробки.

Топ-менеджеры готовы приезжать в Москву в командировки, но не жить здесь с семьями, признает источник в правительстве. На нынешние московские власти Кремль и Белый дом в решении этой проблемы уже не надеются. По данным Newsweek, Юрий Лужков должен был участвовать в совещании по созданию МФЦ, но в последний момент был исключен из числа приглашенных.

Впрочем, создать инфраструктуру важно, но недостаточно. Все знают, что суды в России не пользуются доверием и их нельзя назвать независимыми. И всем ясно, что необходимо вылечить судебную систему, говорит президент Morgan Stanley в России Елена Титова: «Этот вопрос стоит очень остро, но быстрых решений здесь нет».

ИМПОРТ ПРАВОСУДИЯ

Хороший судья в Сингапуре, одном из крупнейших финансовых центров, получает около $1 млн в год. Плохой и коррумпированный может заработать и больше, зато он точно знает, что рано или поздно его поймают на взятке и надолго посадят. Вот это верховенство закона, смеются российские финансисты. Это не наши методы, шутят в ответ в правительстве.

В Дубае пошли по другому пути - для финансового центра создали отдельное законодательство, скопированное с британского. Даже судей привозят из Великобритании. Тоже не пойдет, говорят в рабочей группе. Представить лондонского судью на работе в Москве невозможно. К тому же хотя инвесторы и говорят, что им комфортно в Дубае, ошеломляющего успеха шейхи не достигли - эмират пока не конкурент другим азиатским центрам.

В России пойдут своим путем - будут вручную создавать идеальные условия для инвесторов. Минэкономразвития и Высший арбитражный суд предлагают создать специальные финансовые суды. Обычные судьи плохо разбираются в сложных финансовых схемах и предпочитают трактовать закон буквально. Для рынков это плохо. У игроков много своих правил, которые не закреплены в российских законах, поэтому их можно безнаказанно нарушать. «Если бумага или контракт прямо не описаны в Гражданском кодексе, по ним можно не платить. В этом смысле ситуация мало отличается от 1998 года, когда российские банки отказались платить по форвардным контрактам - так же можно не платить по производным инструментам и сегодня. И это одна из главных проблем», - рассказывает главный экономист и директор «Ренессанс Капитала» Алексей Моисеев.

Конечно, если споры, связанные с производными финансовыми инструментами, станут разбирать судьи-специалисты, можно ждать более разумных решений. Но никто не может гарантировать, что даже суперпрофессионал не будет брать взятки. «Как можно создать островок честности в насквозь прогнившей системе?» - недоумевает один из финансистов.

ОСТРОВ МОСКВА

Командировочный из Китая предлагает полицейскому в Гонконге взятку - такое можно увидеть нередко. «Оба китайцы, но как будто живут на разных планетах: на материке коррупция - норма, а в Гонконге - нонсенс. Полицейский одной рукой берет купюру, а другой - ловит из толпы понятого и составляет протокол о подкупе должностного лица», - рассказывает Сергей Мэн, заместитель председателя Торговой палаты Гонконга. В масштабах всего Китая коррупцию победить невозможно, но сохранить островок честности в отрезанном от континента городе, которым много десятков лет управляла Британия, вполне получилось.

Мэн считает, что русским Гонконгом могла бы стать Калининградская область - тоже отрезанный от страны регион со своей отдельной историей. Чиновники считают такие разговоры не более чем шуткой: Москва уже сложилась как российская финансовая столица, и изменить тут ничего уже нельзя. Некоторые компании, конечно, переехали в Петербург в принудительно-добровольном порядке, но скорее формально. Например, ВТБ как работал, так и работает в столице, а в Питере только платит налоги.

Так что выбора нет: российский Гонконг должен быть построен в Москве. «Таблички “Международный финансовый центр” нигде висеть не будет», - говорит источник в комиссии. МФЦ будет виртуальным городом в городе, для которого, вполне возможно, будут созданы не только свои честные суды, но и, возможно, свои законы. Вопрос об особом правовом статусе центра обсуждается, утверждает источник Newsweek, близкий к администрации президента.

Инвесторы также требуют и налоговых послаблений. Они ссылаются на примеры других финансовых центров. Например, в Гонконге действует лишь один основной налог - на прибыль со ставкой 16,5%. Это слишком радикальное предложение, говорят в «Тройке Диалог». Налоги в России в общем приемлемые, да и кто захочет создавать внутренний офшор, куда предприятия и банки ринутся регистрироваться, чтобы просто получить льготы. И все же в плане «Тройки» есть и пункты о снижении налогов для тех, кто вкладывает средства в ценные бумаги. К примеру, предлагается не взимать налоги с владельцев ценных бумаг, которые владели ими больше года, а потом решили продать - сейчас они платят 13%. Негосударственные пенсионные фонды, кредитные и страховые организации в «Тройке» предлагают вообще освободить от уплаты налога на прибыль, а для иностранных компаний - убрать налоги на выплату дивидендов.

РЕМОНТ НА БИРЖЕ

«Зеленый ботинок» - удобная и полезная вещь для любого инвестора, говорит один из инвестбанкиров. Он, конечно, имеет в виду green shoe - специальный финансовый инструмент, который в числе прочего защищает инвесторов, купивших акции в ходе IPO, от резкого обвала акций в первые 30 дней торгов, но главное, дает инвестбанкирам возможность дополнительно заработать. В мире редко проводят IPO без «зеленого ботинка». А по российским законам такая практика квалифицируется как манипулирование рынком, и за это теоретически можно сесть в тюрьму.

Это лишь один пример. Помимо базовых проблем, судов и налогов, есть множество мелочей, которые создают нужные для инвесторов условия. «Что такое международный финансовый центр? Это иностранные компании, которые могли бы размещать свои бумаги на российском рынке - с одной стороны, и международные инвесторы, которым удобно покупать акции именно в Москве, - с другой», - говорит Алексей Моисеев.

Пока до этого далеко. Простой пример: в России не действует обычная во всем мире система расчетов «Т+3», когда оплата по заключенной сделке происходит на третий день. Сейчас оплата происходит в день заключения сделки, а иностранным инвесторам это не всегда удобно. Ведь нужно заранее обменять свою валюту на рубли и положить их на счет. Притом что сделка может и не состояться.

Вообще у иностранного инвестфонда есть два способа торговать в России: либо открывать собственное юридическое лицо, либо торговать через местный банк. Первый вариант - это дорого, а из-за бюрократических процедур еще и долго. Второй инвесторы тоже используют без удовольствия: при работе с банками существует ряд ограничений. Такой крупный международный фонд, как Fidelity, напрямую на российской бирже торговать не может, хотя в прочих финансовых центрах это норма.

Есть и другие неприятные моменты. В России нет единого депозитария - учреждения, отвечающего за хранение акций и учет всех сделок с ними. Поэтому консервативные американские инвесторы просто не могут покупать целые классы российских бумаг. Другой пример: акции, облигации и производные инструменты торгуются у нас на разных секциях биржи. Это значит, что продать акции и облигации в один и тот же день в России технически невозможно.

ПРЕКРАТИТЬ СПОРЫ

Решение многих из этих вопросов не требует новых законов - достаточно выпустить, а потом выполнять конкретные инструкции и предписания. «У ММВБ есть поручение о создании единой торговой секции акциями, облигациями и прочими инструментами. И что? Срок выполнения истек еще в прошлом году, и ничего не сделано», - возмущается один из финансистов. Он считает биржу одним из главных тормозов проекта строительства МФЦ.

Не торопится и Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР). Инвесткомпании несколько раз предлагали изменить правила, по которым операции с ценными бумагами облагаются налогами. Главная проблема - нельзя суммировать прибыли и убытки по всем инструментам, что повышает налоговую нагрузку на бизнес. Участники рынка считают, что это неправильно, и в их словах есть логика. Логично начислять налоги на конечный результат, а не на сумму всех выигрышей за период. Банкиры несколько раз направляли свои предложения в ФСФР. «Но там все как в черную дыру проваливается», - жалуется другой инвестбанкир.

У ФСФР давний спор с Минфином, рассказывает близкий к правительству источник Newsweek. Существует проект создания в России мегарегулятора, в который были бы влиты и ФСФР, и Росстрахнадзор (сейчас это служба в ведении Минфина), и даже банковский надзор, а это сейчас это одна из ключевых функций ЦБ. Министерство поддерживает этот проект при условии, что этот регулятор возглавит замминистра финансов Алексей Саватюгин. А руководитель ФСФР Владимир Миловидов видит в этой роли себя. Сама по себе идея объединить надзор за финансистами в одной структуре здравая, но из-за личных и ведомственных амбиций проект уже несколько лет в подвешенном состоянии.

Такая же судьба могла постичь и МФЦ, объясняет источник. Минфин и ФСФР давно курируют этот проект и при этом борются за функции и полномочия. Инициативы одного блокируются другим. Для того чтобы выйти из патовой ситуации, Дмитрий Медведев и назначил куратором проекта не связанного ни с теми, ни с другими Александра Волошина. Перед ним стоит задача снять все налоговые, законодательные, инфраструктурные и прочие вопросы за ближайшие пять лет. Сейчас у Москвы есть окно возможностей, говорит один из банкиров. Гонконг, Дубай или ту же Варшаву пока нельзя назвать международными центрами.

Идея сделать центр из Москвы, похоже, нравится мировому инвестиционному сообществу. Из всех консультантов, привлеченных к реализации проекта МФЦ, активнее всего ведут себя западные инвестбанкиры. Правда, считает чиновник правительства, этот интерес может объясняться просто: инвестбанки могут шантажировать переездом в Москву власти уже работающих финансовых центров, а когда получат нужные послабления, про Россию просто забудут.