Новая таинственная структура, Следственный комитет при Генпрокуратуре, начала свою работу с бумажно-чиновничьей волокиты. Эксперты разделились в своих оценках: одни опасаются, что перекладыванием бумаг и сменой табличек все и ограничится, другие уверены: новый комитет — фундамент будущей могущественной Федеральной службы расследований, которая появится уже после марта 2008 года. В хаосе переезда разобрался The New Times.
Особняк Московской областной прокуратуры в Малом Кисельном переулке готовится к реформам. На фасаде здания висят в люльках два маляра и заново красят его в желтый цвет. Табличку на входе1, впрочем, пока не поменяли. Внутри тоже никаких изменений: в среду прокурор области Сергей Замуруев с 10 до 12 провел обычный прием населения и в следующую среду проведет его тоже. 11 сентября все сотрудники отмечали 130-летие со дня рождения Феликса Дзержинского, пили водку, спорили, кому больше повезло: тем, кто попал в Следственный комитет (СК), или тем, кто остался на старых позициях, то есть в прокуратуре. К однозначному выводу не пришли: ни у московского отделения СК, ни у подмосковного пока нет новых руководителей. «Вы обращайтесь, пожалуйста, к пресс-секретарю Следственного комитета, мы тут на месте пока не очень понимаем, что происходит», — обреченно сказала The New Times cтарший помощник прокурора Московской области по связям со средствами массовой информации и общественностью Елена Россохина. По словам Россохиной, все сотрудники уже переведены в новое ведомство, а областной прокуратуре теперь предстоит набирать новые кадры. Но, поскольку все сидят в одном помещении и следователи, перебравшиеся в СК, освобождать свои кабинеты не планируют, первоочередная проблема — это где найти новые офисные площади. Штат увеличивается, а особняк в Малом Кисельном как был четырехэтажным, так таким и останется.
— Перемена мест слагаемых —
Указом первого заместителя генпрокурора и руководителя Следственного комитета Александра Бастрыкина в новое ведомство были переведены 18 тысяч 690 человек — из центрального аппарата Генпрокуратуры и ее региональных подразделений. С собой
Главе Следственного комитета Александру Бастрыкину эксперты предсказывают скорое повышение — до руководителя нового суперведомства, Федеральной службы расследований
следователи забрали почти 60 тысяч уголовных дел. В СК ушли самые громкие дела последнего времени. Убийства Анны Политковской, Андрея Козлова, Александра Литвиненко будут расследоваться теперь сотрудниками Следственного комитета. Однако Бастрыкин не взял в СК 11 следователей Генеральной прокуратуры, которые ранее занимались расследованием целого ряда громких преступлений, в том числе делами Анны Политковской и Михаила Ходорковского. «Их уголовные дела были переданы другим следователям», — заявил пресс-секретарь СК Владимир Маркин.
По словам Владимира Маркина, на каждое передаваемое дело будет составлен специальный акт. Сколько времени может уйти на составление 60 тысяч актов, Маркин уточнить не смог. Генерал-майор юстиции, доктор юридических наук Борис Гаврилов в интервью The New Times предположил, что реформа не отразится на сроках делопроизводства. «Большинство дел все-таки останется у тех же следователей, так что временного провала в работе случиться не должно», — уверен Гаврилов. По его мнению, перевод следаков с одной работы на другую — вопрос чисто технический. Адвокат Анна Паничева, проработавшая несколько лет в Генпрокуратуре, тоже не видит причин для остановки работы следователей. «Все дела как были у следователей, так и остались, так что тут заминки быть не должно, — сказала Паничева The New Times. — Все заминки будут связаны с тем, что исчез прокурорский надзор за следствием. Теперь за следствием никто не надзирает, кроме самих начальников, а наш опыт свидетельствует, что надзирают они неважно».
— Расплывшаяся вертикаль —
Модный термин «вертикаль власти» в условиях реформы Генпрокуратуры приобретает особенно причудливые формы. Как будет осуществляться надзорное производство, теперь понимают действительно немногие. «Весь ужас заключается в том, что срастается розыскная работа и следствие», — говорит Паничева. Прокуратура теперь не будет обладать функциями надзора за делопроизводством. Борис Гаврилов, впрочем, видит в этом и положительные моменты. По его словам, основные полномочия по контролю теперь будут у руководителей следственных органов. «Весь контроль будет переложен на начальников следственных комитетов на местах, — считает Гаврилов. — За прокуратурой остается технический надзор за соблюдением законодательства». Не имея возможности вмешиваться в ход следствия и вносить в него какие-то коррективы, сотрудники прокуратуры должны будут утверждать обвинительное заключение при передаче дела в суд. На этом этапе у прокурорских работников останется возможность указывать своим коллегам из СК на совершенные ошибки и отправлять дело на доследование.
Разделение труда между двумя структурами доходит до абсурда: по словам Елены Россохиной, пресс-служба СК отныне будет комментировать все вопросы, связанные с возбуждением уголовного дела и ходом следствия, а полномочия прокурорской пресс-службы будут распространяться на передачу дела в суд.
Другой технически важный момент — куда пойдут документы, которые отправлены в прокуратуру, но которым при новом порядке необходимо оказаться в Следственном комитете? Владимир Маркин уверяет, что специальные технические структуры с этой проблемой справятся и будут рассылать приходящую в прокуратуру корреспонденцию нужным адресатам.
День грядущий — готовит нам ФСР —
«Выстраивание новой структуры внутри прокуратуры — часть схемы по созданию будущей Федеральной службы расследований», — уверен Борис Гаврилов. В большое будущее СК верят многие. Например, собеседник The New Times в Федеральной регистрационной службе, входящей в структуру Минюста, рассказал, что в Росрегистрации очень надеялись на перевод и их ведомства под контроль СК. «Уходить собирались целые отделы, но конкурс был такой, что попали только свои, там все заранее было схвачено», — сетуют в Росрегистрации. При этом источник The New Times в Минюсте сообщил, что с вероятностью до 90 процентов одним из замов Бастрыкина должен стать замгенпрокурора Александр Буксман, который в 2001—2006 годах занимал пост руководителя Главного управления Федеральной регистрационной службы.
Кому еще суждено стать заместителями у Бастрыкина, пока неизвестно. Хотя заместителей у него предполагается больше десятка. Кадровая чехарда в новом ведомстве коснулась не только столичного и подмосковного аппарата, но и регионов. Например, главой следственного комитета Приморского края стал советник юстиции Сергей Бобровничий, возглавлявший ранее следственное управление прокуратуры Приморского края. При этом большинство сотрудников вновь созданных следственных отделов, как сообщают местные СМИ, остаются в ранге «врио» — временно исполняющих обязанности. Связано это с тем, что в Генпрокуратуре не успели согласовать и подписать приказы на новые должности. Техническая заминка возникла в связи с большим объемом бумажно-кадровой работы.
Как быстро руководству Следственного комитета удастся справиться с нынешними кадровыми трудностями и что в итоге будет из себя представлять новая структура, станет понятно уже в течение ближайшего месяца. Первые шаги нового органа покажут, какую роль предстоит сыграть ведомству Бастрыкина в предвыборной гонке. В повседневной жизни роли для СК не предусмотрено. «Что Следственный комитет, что прокуратура — нам разницы нет», — сказала The New Times одинокая женщина, прячась от дождя в арке у входа в знаменитое СИЗО № 2 — Бутырскую тюрьму.
____________________________ 1 Новое название: Следственное управление Следственного комитета при Генпрокуратуре РФ по Московской области.
