Оригинал материала
Долой социальный пессимизм
Состоялась вторая конференция "Другой России". Продолжалась она два дня, 7 и 8 июля. В первый день свои взгляды на ситуацию в стране и перспективы ее изменения "Другой Россией" высказали эксперты - Елена Лукьянова, Михаил Делягин, Станислав Белковский, Алексей Пригарин, Лев Левинсон и другие. Во второй день собрались представители собственно "Другой России", те, кто на своих плечах в регионах и в двух столицах нес организацию маршей, подвергался задержаниям и репрессиям. Перед ними выступили руководители "Другой России", а также кандидаты в президенты - Виктор Геращенко и Сергей Гуляев.
Гостиница Holiday Inn на Лесной улице подвергалась (как и первая конференция "Другой России") вялому пикетированию прокремлевских организаций. Ничего, впрочем, интересного: несколько кучек зомбированных студентов неумытого вида, скандировавших глуповатые лозунги. Из нового была разве что демонстрация бомжей (человек пятьдесят), скандировавших здравицы в честь Эдуарда Лимонова и Гарри Каспарова и несших наши портреты. В результате, полагаю, увеличилась моя и Каспарова популярность среди бомжей столицы, только и всего.
Конференция прошла. Делегаты разъехались. Важнейшим результатом конференции явилось решение принять участие в парламентских выборах. (Ранее "Другая Россия" намеревалась их бойкотировать.) Важнейшее решение, чреватое острейшим конфликтом с властью. В ближайшие же месяцы в регионах пройдут региональные конференции, которые выдвинут кандидатов в депутаты Государственной думы от "Другой России". Затем общий список будет торжественно вручен Центральной избирательной комиссии, которая, разумеется, его не зарегистрирует. А "Другая Россия" будет добиваться его регистрации путем "маршей несогласных".
Социальная напряженность, таким образом, гарантирована на всю осень и зиму. До самых президентских выборов, для участия в которых у "Другой России", я уверен, будет выбран самый опасный для власти кандидат.
Удивительно, но большинство СМИ, даже дружелюбно настроенных по отношению к "Другой России", этого всего не заметили. Или предпочли не замечать, что "Другая Россия" бросила путинской России еще один вызов: на парламентских выборах. Вместо этого СМИ предпочли удариться в истерику, в социальный пессимизм по поводу неприбытия на конференцию таких-то и таких-то (в общей сложности четыре–пять фамилий) граждан.
Заверю, что я отношусь к этим гражданам, пусть и не прибывшим, с большим уважением, желал бы, чтобы они присутствовали в зале конференции, и сожалею, что не присутствовали. Отношу это обстоятельство (что не присутствовали) к горячности, неумению переговариваться, к некоему врожденному экстремизму характеров сограждан, к чрезмерной склонности сограждан к осуществлению принципа "все или ничего". Всем сторонам нужно было быть сдержаннее. И уступчивее.
Однако не вижу причин для паники и истерик. Если в зале не присутствовали четыре–пять известных участников Первой конференции "Другой России", то в нем присутствовали две-три сотни тех людей, кто создал "Другой России" репутацию храброй и неуступчивой оппозиционной силы. Тех, кто выходил, несмотря на запреты и дубинки ОМОНа на улицы Санкт-Петербурга, Рязани, Воронежа и других городов.
Ни один активист "Другой России" не отвернулся от нее. Это важно. Разумеется, лучше было бы, если бы в зале по-прежнему присутствовали все те, кто был на первой конференции, но жизнь сложнее наших простых и лучезарных пожеланий. К тому же не всех мы позвали на этот раз. Иностранных гостей решили не звать, дабы не спровоцировать развитие распространяемых Кремлем лживых слухов будто бы "Другая Россия" связана с Западом. Да никак мы не связаны - на первую конференцию иностранцы были приглашены как свидетели и только.
"Другая Россия" не была задумана как профсоюз генералов. По мнению нас, ее создателей, в идеале "Другая Россия" – это широкая коалиция недовольных масс народа. И выборы, как бы они ни были важны, лишь тактическая возможность выступления несогласных. Лишь предлоги для нарастания народного сопротивления.
Читая в Интернете заголовки, касающиеся прошедшей конференции "Другая Россия" ("Бегство с тонущего корабля", "Конференция, которой не было", "Выборы раскалывают другую Россию", "Другой России угрожает коллапс", "Другая Россия пришла к несогласию" и еще сотни подобных), я прихожу к выводу, что апокалиптические, панические эти заголовки нельзя приписать одному недоброжелательству. Я прихожу к выводу, что эти настроения только в малой степени относятся к "Другой России" как таковой. Они есть знак, симптом и ярчайшее доказательство глубокого социального пессимизма сограждан, в первую очередь журналистов, экспертов, политологов. Они все с глубоким вздохом, в котором чувствуется и доля радости (хотели, мол, как лучше, а получилось как всегда), бегут констатировать кажущийся им неуспех. И орут вовсю: "Ничего не получилось! Слава Богу, ничего не будет!"
Ибо им так спокойнее. Это оправдывает их собственное вялое и тусклое существование. Суть подобного мировоззрения (социального пессимизма), видимо, сводится к следующему: динозавры и те вымерли, вымрем и мы, зачем совершать действия, вставать с дивана. Им, последователям социального пессимизма, легче становится, если какая-либо деятельность проваливается, когда что-либо не удается.
Они во всем хотят видеть раскол. Развал. Коллапс и неудачу. Им непонятно, зачем были совершены великие исторические события. Колумб для них идиот - сидел бы дома, стоило открывать такую Америку. Ленин для них либо злодей, либо неудачник, потому что созданное им впоследствии развалили Горбачев и Ельцин.
Эти и подобные им люди сейчас ликуют над кажущейся неудачей, над кажущимся расколом. Кстати говоря, и откровенный раскол не помеха для победы. Российские социал-демократы раскололись на большевиков и меньшевиков еще в июле 1903 года, на своем Втором (а фактически первом - в Минске в 1898 году присутствовали только восемь человек) съезде в Брюсселе. И затем вплоть до Октябрьской революции существовали как две раздельные партии. Троцкий все эти годы поливал Ленина не сдерживаясь, называл его "бойким статистом" и "неряшливым адвокатом". "Безобразный, распущенно-демагогический" – называл он Ленина. А тот в ответ бросил знаменитое "Иудушка Троцкий". Это не помешало им вместе победить в знаменательной, заставившей дрогнуть здание капитализма революции четвертого сословия.
Кому не нравится пример с РСДРП, тот может без труда найти в истории примеры расколов в демократических и либеральных движениях, не помешавших этим движениям победить.
"Другая Россия" сильна прежде всего своими активистами, политическими солдатами. Их храбростью, их решительностью, их сознательной яростью. Их праведным гневом против режима концлагеря, созданного на территории России. Мы все работаем для того, чтобы изменить судьбу нашей Родины.
Социальный пессимизм – помеха на пути тех изменений, которых мы хотим добиться. Порою это укорененная философия, порою традиция, порою удобный предлог, чтобы избавить себя от личной ответственности за судьбу России. Социальный пессимизм должен быть искоренен. Нужно снова и снова вставать в атаки, до тех пор пока не добьемся победы. Столько раз вставать и идти, сколько будет необходимо. Победу обеспечивает не столько умение генералов, сколько храбрость солдат.