Оригинал материала
Помощь Трампу на выборах 2016 года могла быть связана с попытками России захватить контроль над востоком Украины
The New York Times подробно описала эту версию. Мы пересказали эту статью
Вмешательство России в президентские выборы в США 2016 года и стремление Владимира Путина установить контроль над востоком Украины могли быть связаны — такое предположение высказывается в большой статье, опубликованной The New York Times и основанной на документах «российского расследования» спецпрокурора Роберта Мюллера, расследования комитета по разведке сената США, а также на десятках интервью и других материалах.
В центре этой истории находятся Пол Манафорт — глава предвыборной кампании Дональда Трампа, много лет работавший в Украине с Виктором Януковичем, а также его коллега по украинской работе россиянин Константин Килимник, которого американские следователи считают агентом российской разведки (сам он это отрицает).
В августе 2016 года Килимник представил Манафорту так называемый «Мариупольский план», согласно которому на востоке Украины предполагалось создать автономную республику, включающую подконтрольные сепаратистам территории; ее должен был возглавить бежавший в Россию Виктор Янукович, а само образование, формально оставаясь частью Украины, было бы подконтрольно Путину. По мнению The New York Times, этот план, по сути, совпадает с тем, чего Путин пытается добиться в Украине сейчас, аннексируя захваченную в ходе войны украинскую территорию.
Вмешательство России в выборы, как считается, было направлено на нанесение ущерба кампании соперницы Трампа Хиллари Клинтон; воплощение в жизнь «Мариупольского плана» было бы невозможно без участия США и могло являться «потенциальной платой» за вмешательство — к такому выводу, пишет The New York Times, пришли прокуроры, обнаружившие существование плана. Одновременно в статье отмечается, что для реализации плана была необходима победа Трампа, так как Клинтон на посту президента не пошла бы на такое нарушение украинского суверенитета.
Ключевые факты из статьи — в том числе существование «Мариупольского плана» — ранее упоминались в СМИ. The New York Times объединила их в один подробный рассказ о карьере Манафорта и о его роли в событиях, связанных с Украиной.
Карьера Манафорта в Украине
Пол Манафорт, работавший еще на президентской кампании Рональда Рейгана, с 1980-х годов имел дело с высокопоставленными иностранными клиентами, желавшими установить хорошие связи в Вашингтоне. Среди клиентов его фирмы был президент Заира Мобуту Сесе Секо и филиппинский диктатор Фердинанд Маркос; The New York Times пишет, что его команда пыталась представить их как «демократов, любящих свободу».
С Виктором Януковичем Манафорт начал работать в 2005 году — после поражения украинского политика в противостоянии с Виктором Ющенко в результате «оранжевой революции». Согласно публикации, помочь Януковичу и его Партии регионов политтехнолога попросил Олег Дерипаска — журналисты считают, что российский бизнесмен это делал в интересах Кремля (сам Дерипаска это отрицал и судился из-за этих утверждений с Associated Press).
Для работы в Киеве Манафорт, помимо международных консультантов, привлек Константина Килимника — уроженца УССР с российским паспортом, выпускника московского Военного университета иностранных языков, известного как место, где готовят сотрудников ГРУ. Килимник много лет работал в американском Международном республиканском институте и был уволен, по одной из версий, после появления подозрений в работе на российские спецслужбы.
Манафорт взялся как за личный имидж Януковича, так и за его политическую платформу. Согласно разработкам его команды, Украину предлагалось превратить в «мост» между Россией и Западом; Киев бы пошел на экономическое сближение с Евросоюзом, но при этом отказался бы от вступления в НАТО. В то же время, как пишет The New York Times, Партия регионов эксплуатировала чувствительные для страны и для электората Януковича темы, такие как статус русского языка и положение русскоязычного населения.
Хотя сам Манафорт, как следует из статьи, возлагает ответственность за разжигание этих проблем на сторонников Ющенко, журналисты отмечают: это «направление атаки» Януковича рифмовалось с действиями России в Крыму, которая, согласно опубликованной WikiLeaks телеграмме американского посольства 2006 года, «манипулировала с проблемами вроде статуса русского языка», чтобы подогреть сепаратистские настроения и помешать движению Украины в сторону Запада. В статье отмечается и то, что эта риторика используется Путиным до сих пор — для оправдания войны против Украины.
Действия Манафорта увенчались успехом: сперва Партия регионов выиграла парламентские выборы, а затем Янукович стал президентом. The New York Times сравнивает тогдашний стиль жизни Манафорта с олигархическим: он якобы «коллекционировал куртки из кожи питонов и страусов» и покупал недвижимость. По мере того, как действия Януковича одно за другим не оправдывали его обещаний, советники по демократии уходили из команды Манафорта, однако сам политтехнолог, сблизившись с украинским президентом, превратился в его неофициального советника и посланника в делах с Западом. Так, он вел в США и ЕС лоббистские кампании против введения санкций из-за заключения под стражу Юлии Тимошенко, политической соперницы Януковича. Позже американские прокуроры обвинят его в том, что он делал это, не зарегистрировавшись как иностранный агент.
После Евромайдана и бегства Януковича в Россию Манафорт потерял основной источник доходов, однако не прекратил работать в Украине и помог, в частности, основать вместо Партии регионов «Оппозиционный блок». Он также работал на региональных выборах, в том числе на выборах мэра в Мариуполе 2015 года, на которых победил Вадим Бойченко, работавший в структурах олигарха Рината Ахметова (Ахметов финансировал работу Манафорта на Партию регионов).
Кампания Трампа и «Мариупольский план»
Согласно статье The New York Times, Пол Манафорт вложил большую часть своих украинских заработков — около 60 миллионов долларов — в разнообразные активы (часть из этих вложений американские прокуроры позже сочли отмыванием денег). Однако к марту 2016 года, когда политтехнолог стал советником кампании Трампа, у него, как утверждает The New York Times, дела обстояли не лучшим образом: на него подал в суд Олег Дерипаска, обвиняя в потере почти 20 миллионов долларов, а Ринат Ахметов вместе с другим украинским клиентом были должны ему 2,4 миллиона. Манафорт предложил Трампу работать бесплатно — по мнению The New York Times, политтехнолог полагал, что эта работа поможет ему наладить дела и с Дерипаской, и с Ахметовым.
После назначения на пост советника Манафорт отправил своим «главным патронам в Украине» личные письма с обещанием держать в курсе происходящего в кампании — среди получателей писем были Дерипаска, Ахметов и бывший глава администрации Януковича, народный депутат Сергей Левочкин. Вскоре Манафорт был назначен главой кампании Трампа, а сам кандидат в президенты стал делать заявления на тему внешней политики, которые The New York Times оценивает как выгодные Путину. В частности, в какой-то момент он заявил своим советникам, что не стал бы рисковать устроить третью мировую войну ради защиты Украины от России. 27 июля, уже став официальным республиканским кандидатом, он допустил признание Крыма российским и снятие с РФ санкций.
На следующий день Константин Килимник отправился в Москву, откуда написал Манафорту о своей встрече с Януковичем (он использовал слова «парень, который дал тебе самую большую банку черной икры несколько лет назад»). Уже через несколько дней Килимник и Манафорт встретились в Нью-Йорке, и россиянин рассказал американцу о плане «мирного урегулирования» ситуации в Украине, который и стал известен как «Мариупольский план». Как пишет The New York Times, план с автономным Донбассом был основан на российской интерпретации Минских соглашений, которая была неприемлема для Украины — и шла вразрез с позицией США. Однако заявления Трампа дали основания полагать, что в случае его победы на президентских выборах эта позиция может измениться.
Другой темой беседы Манафорта и Килимника в тот день были данные опросов, проводившихся для кампании Трампа. В этих данных, пишет The New York Times, было «нечто, чего не замечали авторы опросов для кампании Клинтон и мейнстримные предсказатели»: что путь Трампа в Белый дом может лежать через штаты Мичиган, Миннесота, Пенсильвания и Висконсин, традиционно поддерживающие демократов. Но чтобы это сработало, якобы заявил Манафорт, нужно атаковать Хиллари Клинтон.
К концу лета 2016 года, сказано в статье, в соцсетях набрали ход кампании, направленные на очернение имиджа Клинтон, проводившиеся в том числе российскими «троллями» — и в том числе в указанных Манафортом штатах. Хотя расследование спецпрокурора Мюллера не нашло связи между действиями РФ и данными опросов, Минфин США, вводя санкции против Килимника, обвинил его в передаче этих данных напрямую российской разведке (и назвал его «известным российским агентом»).
Манафорт и его помощник Рик Гейтс отвергают такую характеристику Килимника; сам он также называл «бессмысленным и ложным» определение Минфина. Килимник отметил, что во время работы в Киеве был частым источником информации для сотрудников американского посольства (по мнению The New York Times, шпион и должен был бы заниматься выстраиванием доверительных отношений внутри посольства страны-соперника). Газета отмечает, что в переписке Килимник упоминал общение в Москве с собеседниками «высокого уровня», в том числе со связями в разведке (среди них работавший на Дерипаску Виктор Бояркин, которого Минфин США называет бывшим офицером ГРУ).
Увольнение и уголовные дела
Во второй половине августа 2016 года Трамп уволил Манафорта. Это произошло, в частности, после публикации The New York Times о том, что сотрудники Национального антикоррупционного бюро Украины обнаружили в черной бухгалтерии окружения Януковича упоминание о выплате политтехнологу почти 13 миллионов долларов наличными. Однако, согласно результатам расследования комитета сената, Манафорт продолжал консультировать окружение Трампа. Победив на выборах, тот назначил советником по национальной безопасности генерала Майкла Флинна, который еще до вступления в должность стал обсуждать с послом РФ возможное снятие санкций. Госсекретарем США стал высказывавшийся против санкций глава нефтяной компании Exxon Mobil Рекс Тиллерсон.
В январе 2017-го, в дни инаугурации Трампа, Манафорт встретился с Килимником и бывшим главой администрации Януковича Сергеем Левочкиным. Обсуждали они, как признал сам Манафорт, план «мирного урегулирования» в Украине. Согласно публикации The New York Times, Килимник постоянно курсировал между Москвой и Киевом, прорабатывая детали этого плана. Он говорил, что встречался с Януковичем (в переписке тот фигурировал как BG, то есть Big Guy) и что «россияне на самом высоком уровне в принципе не против этого плана» и «будут работать с BG для запуска процесса». Килимник объяснял, что от Трампа требуется лишь тихонько «подмигнуть» или немного «подтолкнуть», сказав, что «он хочет мира в Украине и чтобы Донбасс был ее частью». Президент также должен будет назначить Манафорта своим спецпредставителем в этом процессе.
После инаугурации стали появляться сообщения, связывающие окружение Трампа с россиянами; Майкл Флинн ушел в отставку из-за контактов с послом РФ до вступления в должность, а вскоре появилась информация и о «российском расследовании» ФБР, которое потом превратилось в расследование спецпрокурора Мюллера. Толчком к нему стало то, что советник кампании Трампа Джордж Пападопулос рассказал австралийскому дипломату в лондонском баре, что у россиян есть компромат на Хиллари Клинтон, причем это случилось до того, как о взломе серверов Национального комитета Демократической партии российскими хакерами стало известно публично.
К осени 2017 года Манафорт стал главным объектом расследования: как пишет The New York Times, его контакты с Килимником, Дерипаской и пророссийски настроенными украинцами рассматривались как возможная связь между штабом Трампа и Кремлем. В конце октября ему предъявили обвинения (в том числе в заговоре против США, отсутствии регистрации в качестве иностранного агента и даче ложных показаний), но даже после этого, согласно статье, Манафорт и Килимник продолжали попытки добиться «подмигивания» от Белого дома по поводу «Мариупольского плана». В марте 2018 года они вместе работали над социологическим опросом, который предполагалось провести среди украинцев, на тему статуса Донбасса и возможности возвращения Януковича в страну в качестве руководителя этой территории.
После обвинительного приговора Манафорт заключил сделку с обвинением в рамках другого процесса. В последний момент прокурор объявил ее недействительной: оказалось, что политтехнолог лгал о своих контактах с Килимником по поводу «Мариупольского плана» — в частности, Манафорт говорил, что с самого начала отверг этот план.
В интервью The New York Times Манафорт продолжил настаивать, что не поддерживал «Мариупольский план». Он также заявил, что Килимник лоббировал инициативу по указанию не Путина, а Януковича (The New York Times также признает, что источник самой идеи неизвестен). Мнение прокурора из команды Мюллера, что помощь с «Мариупольским планом» со стороны Трампа и помощь с выборами со стороны России были задуманы как «услуга за услугу», Манафорт отвергает как «вымышленный нарратив» из не связанных в реальности фактов.
Килимник в сообщении корреспонденту The New York Times назвал работу над «Мариупольским планом» обсуждением лишь «одного из 10 тысяч возможных мирных решений» — и заявил, что сейчас, когда «украинцы борются за свою жизнь и свободу», «не время обсуждать» это.
Попытки обвинить Украину во вмешательстве в американские выборы
Заключительная часть статьи The New York Times подробно описывает события, которые привели к импичменту Дональда Трампа. Поводом для импичмента по обвинению в злоупотреблении властью стало то, что Трамп в 2019 году во время разговора с Владимиром Зеленским якобы связал оказание военной помощи Украине с проведением Киевом антикоррупционного расследования против сына Джо Байдена Хантера, который входил в совет директоров украинской газовой компании Burisma. Трамп также просил Зеленского расследовать причастность Украины к хакерским атакам.
Согласно расследованию Мюллера, летом 2016 года Пол Манафорт и Константин Килимник стали распространять идею о причастности Украины к вмешательству в выборы — и три года спустя Трамп повторил ее в разговоре с Зеленским. Кроме того, после увольнения Манафорта из команды Трампа в западных СМИ усилиями Килимника появилась идея, что история с черной бухгалтерией Партии регионов была выдумана украинскими союзниками Хиллари Клинтон, чтобы навредить Трампу. Точку зрения о том, что украинцы помогали Клинтон, подхватили российские официальные лица, а также российские хакерские группы и «тролли».
Как следует из статьи, эти идеи пытался использовать адвокат Трампа Рудольф Джулиани, который после завершения «российского расследования» пытался доказать, что оно было политическим заказом. Его усилия также были направлены на попытки скомпрометировать Джо Байдена и его сына в преддверии президентских выборов 2020 года.
В марте 2019-го генпрокурор Украины Юрий Луценко — как пишет The New York Times, после встречи с Джулиани — заявил, что начинает расследование попыток украинцев вмешаться в выборы в США 2016 года, а также указал на возможные нарушения со стороны Байденов. Уже в мае — после победы на выборах президента Владимира Зеленского — Луценко объявил, что доказательств нарушений с их стороны нет.
В 2021 году американские спецслужбы заявили, что российские агенты пытались продвигать в США представления о том, что семья Байденов замешана в коррупции, в рамках кампании по вмешательству в президентские выборы 2020 года. Победа на выборах Джо Байдена была бы России невыгодна. Одним из таких агентов, согласно докладу, был Константин Килимник.