Допрос про прокуроров

"Будь люди ангелами, - писал один из отцов-основателей США Джеймс Мэдисон, - ни в каком правлении не было бы нужды. Если бы людьми правили ангелы, ни в каком надзоре над правительством - внешнем или внутреннем - не было бы нужды. Но при создании правления, в котором люди будут ведать людьми, необходимо обязать правящих надзирать за самими собой".

Задача, что и говорить, не из легких. Друг за другом ветви власти надзирают, но за самими собой... Вот, например, российский Центризбирком. Его бывший председатель произносит прощальную речь и заклинает вышестоящих начальников сделать так, "чтобы наш уход не восприняли как разгон людей, которые отстаивали демократические принципы проведения выборов в Российской Федерации. Это совершенно не так, заявляю со всей ответственностью".

Это не так - они не отстаивали. А ведь должны были бы!

А тем временем в Америке свои заморочки: здесь кипят страсти вокруг увольнений федеральных прокуроров. Случай сложный, юридически неоднозначный. Как раз тот самый, когда власть должна надзирать сама за собой.

Власть в США более горизонтальная, чем вертикальная: в каждом штате своя судебная и правоохранительная система, которая казнит и милует по законам штата. Но есть категория федеральных преступлений - оргпреступность, терроризм, шпионаж, коррупция, торговля наркотиками. Это юрисдикция федеральных властей. Для расследования таких дел и судопроизводства по ним территория США разделена на 93 федеральных судебных округа, в каждом из которых работает федеральный прокурор. Это должностное лицо назначается президентом и утверждается Сенатом на 4-летний срок.

В июне прошлого года один из федеральных прокуроров вышел в отставку. В декабре - еще семеро. Все восемь человек отслужили положенные четыре года. Президент не нарушил никаких законов - он, как говорят в таких случаях, пользуется правом широкого усмотрения в вопросе политических назначений в правительстве, а назначения прокуроров - именно политические. Они занимают свои места до тех пор, пока этого желает президент.

Так в чем же дело? Почему так горячатся демократы в Конгрессе, требуют к ответу министра юстиции Альберто Гонсалеса, чиновников Белого дома?

Дело в сопутствующих обстоятельствах. Прокуроры утверждают, что их спровадили, потому что в Вашингтоне недовольны их действиями и принципиальной позицией.

Прокурор из Сан-Диего Кэрол Лэм слишком рьяно расследовала дело о коррупции в высших вашингтонских сферах. По этому делу уже отбывает 100 месяцев лишения свободы бывший член Палаты представителей Рэнди Каннингэм. Он ведал в палате военными подрядами и брал у подрядчиков взятки, в том числе "борзыми щенками": в дорогом вашингтонском отеле собирались по вечерам солидные джентльмены, обедали, играли в карты, иногда приглашали дам, не обременных слишком строгой моралью. Оплачивал это времяпрепровождение все тот же подрядчик, а среди партнеров Каннингэма по покеру оказались такие персоны, что хоть святых вон выноси, - в частности, третье лицо в ЦРУ Кайл Дасти Фогго.

О том, что Фогго под следствием, сообщила 5 мая прошлого года Wall Street Journal. В тот же день без объяснения причин вышел в отставку директор ЦРУ Портер Госс, проработавший во главе шпионского ведомства меньше двух лет. Спустя пять дней федеральный прокурор Кэрол Лэм поставила в известность Минюст, что намерена выдать ордер на обыск дома Фогго.

Теперь известно, что как раз в это время над ее головой стали сгущаться тучи. Чиновники Минюста и Белого дома в письмах по электронной почте бойко обсуждали, как бы им поаккуратней избавиться от чересчур ретивой Лэм.

Похожая история произошла с прокурором из Сиэтла Джоном Маккеем. Он навлек на себя гнев высокого начальства тем, что недостаточно усердно расследовал дело о мнимой фальсификации результатов губернаторских выборов в штате Вашингтон в 2004 году (спор там шел за сотые доли процента; бюллетени пересчитывали дважды; в конце концов демократ Кристин Грегуар победила большинством всего в 129 голосов). Но Маккей отвечал начальству, что не видит улик избирательного мошенничества.

Нечто подобное произошло с каждым из восьми уволенных федеральных прокуроров.

Теперь, когда Минюст под давлением Конгресса был вынужден предоставить законодателям служебную переписку, отлично видно, что их увольнение замышлялось именно в связи с их неподатливостью, причем чиновники обсуждали между собой, как бы устроить, чтобы прокуроры ушли по собственному желанию и не подымали шума.

Материя тонкая, а где тонко, там и рвется. Да, федеральный прокурор - политический назначенец, но служит-то он все-таки правосудию. Министра Альберто Гонсалеса уже поймали на вранье - он отрицал, что принимал участие в совещании, где решалась судьба уволенных. Сенатский юридический комитет после пасхальных каникул вызывает его для дачи показаний. За ним должны последовать советник президента Карл Роув и бывший юрисконсульт Белого дома Харриет Майерс.

Однако президент наотрез отказался разрешить своим советникам давать показания публично, да еще и под присягой. Он предложил членам комитета (не всем, а некоторым) провести встречу с чиновниками без протокола и присяги - и, конечно же, не публичную, а приватную. Такая встреча, по условиям президента, должна состояться в самом крайнем случае, после допросов сотрудников Минюста, имевших касательство к этому делу.

Это старая история: президент в таких случаях обычно ссылается на так называемую привилегию исполнительной власти, которой нет ни в каких законах, но которую ввел в политическую практику еще Джордж Вашингтон.

Речь идет о праве президента не раскрывать Конгрессу информацию, огласка которой может, с его точки зрения, нанести ущерб национальным интересам. В 1974 году Ричард Никсон пытался на основании привилегии исполнительной власти отклонить требование Конгресса предоставить изобличающие его магнитофонные записи, однако Верховный суд счел доводы президента неосновательными, и Никсону пришлось во избежание импичмента досрочно сложить президентские полномочия. В 1998 году Билл Клинтон на том же шатком основании хотел было воспрепятствовать показаниям своих подчиненных о его интимной дружбе с Моникой Левински, но и в этом случае суд не усмотрел ущерба для национальной безопасности.

Вероятно, в ближайшие дни Конгресс и Белый дом, как обычно делается в таких случаях, проведут переговоры относительно формата допросов и найдут какой-то компромисс. Впрочем, советник Гонсалеса Моника Гудлинг уже отказалась от допроса на основании Пятой поправки к Конституции, дающей каждому право не свидетельствовать против самого себя.