За родину, против Таллина

Нынешний конфликт в Эстонии имеет чрезвычайно большое значение не только для этой страны, но и для России. Похоже, накануне объявленного эстонскими властями перемещения Бронзового солдата в Москве сочли момент подходящим, чтобы попытаться взорвать ситуацию в соседней стране: расколоть эстонское общество, сплотить русскоязычную общину на основе националистических, пророссийских и даже просоветских лозунгов и противопоставить их эстонскому большинству.

В идеале в Кремле хотели бы превратить русскоязычную общину в некое автономное образование, находящееся под своеобразным российским протекторатом - по типу Абхазии и Южной Осетии в Грузии или Приднестровья в Молдавии. Если бы этот сценарий прошел в Эстонии, его можно было попробовать осуществить и в Латвии, чтобы таким образом начать восстанавливать советскую империю по куcкам. Ведь под этими лозунгами вполне можно будет провести как думскую, так и президентскую предвыборные кампании, которые не за горами.

Спровоцированные демонстрантами стычки с полицией как раз работали в этом направлении. Впервые в постсоветской Эстонии, одной из самых спокойных и привлекательных для бизнеса стран Восточной Европы, случились массовые беспорядки. Российская сторона, видимо, рассчитывала если уж не добиться автономии для русскоязычных в Эстонии, то по крайней мере показать официальному Таллину, что Россия с помощью своей агентуры может легко дестабилизировать внутриэстонскую ситуацию, а потому с Россией нужно дружить, не приставать к ней с требованиями признать факт советской оккупации и не создавать проблем в отношениях Москвы с Евросоюзом.

Однако развитие событий пошло по незапланированному сценарию. Бойцы "Ночного дозора" и профессиональные антифашисты, столкнувшись с полицейским отпором, превратились в заурядных мародеров и принялись крушить витрины и грабить магазины. В результате "Ночной дозор" и связанные с ним организации оказались сильнейшим образом дискредитированными и на международной арене, и в Эстонии, в том числе в глазах сочувствующих им эстонцев и многих русскоязычных.

Между тем складывается впечатление, что рекрутируется "Ночной дозор" из тех же слоев и тем же образом, что и "Наши", "Молодая гвардия" и прочие подобные организации. Так что происшедшее - тревожный сигнал и для России. Прокремлевская молодежь, сегодня кажущаяся вполне управляемой, в критический момент легко может превратиться в банду вандалов.

Эстонская же полиция по необходимости вынуждена была действовать жестко. Но даже по тщательно отобранным кадрам, демонстрируемым российскими телеканалами, видно, что полицейские в Таллине просто гуманисты в сравнении с нашими омоновцами, разгоняющими "марши несогласных" в Москве, Питере и других городах, - и это при том, что их участники витрин даже пальцем не трогают.

Если посмотреть здраво, то в чем вообще проблема, вызвавшая столь острый конфликт? Неужели оттого, что памятник перенесли с одной улицы на другую, кому-то станет хуже жить или чьи-то чувства будут смертельно оскорблены? Почему-то совершенно аналогичный перенос памятника погибшим воинам в Химках гневной реакции российских властей не вызвал. Неужели грядущее перезахоронение с воинскими почестями на военном кладбище останков советских воинов можно расценивать как проявление фашизма, оправдание нацистской агрессии и плевок в лицо всем российским и эстонским ветеранам Великой Отечественной? Утверждать подобное могут только заряженные на пропаганду российские СМИ и радикально настроенные организации русскоязычных в Эстонии.

Между тем эти организации не отражают массовых настроений: основная масса русскоязычных, имеющих эстонское гражданство, на парламентских выборах голосует за эстонские партии и, в отличие от соседней Латвии, ни одна русская партия в эстонском парламенте не представлена. И острота межнациональных противоречий в Эстонии всегда была значительно ниже, чем в той же Латвии. Так, русские в Эстонии никогда не называли эстонцев "фашистами". Сегодня же российские политики и СМИ всячески стараются вбить клин между ними, чтобы не допустить интеграции эстонских русских в эстонское общество и превратить их в потенциальную российскую пятую колонну.

Когда глава делегации Госдумы, бравый чекист Николай Ковалев прямо перед телекамерой заявляет, что эстонское правительство должно уйти в отставку, что это как не грубейшее вмешательство во внутренние дела суверенного государства! Эстонцы помнят, что именно с советского требования отставки правительства началась оккупация и аннексия их страны в июне 1940 года. Если же вернуться к современности - представьте себе, какая истерика началась бы на российском телевидении и среди кремлевских политиков, если бы какой-нибудь американский конгрессмен или депутат бундестага, прибывший в Россию во главе официальной делегации, публично заявил, что президент Путин должен уйти в отставку. Или вот требование думской делегации о встрече с арестованным по суду предводителем "Ночного дозора", гражданином Эстонии Дмитрием Линтером. Вообразите, каким благородным негодованием прониклись бы российские власти и СМИ, если бы делегация иностранных парламентариев потребовала встречи с находящимся в заключении Михаилом Ходорковским.

А как расценить откровенную дезинформацию российских СМИ насчет сотен арестованных, жестоко избиваемых в терминале таллинского порта, или лживые утверждения, будто погибший в ходе беспорядков россиянин был забит насмерть полицейскими дубинками, тогда как бедняга стал жертвой банальной поножовщины. Или спекуляции на тему, будто Бронзового солдата распилили, тогда как вот он, стоит целехонек. А провокационные призывы, тиражируемые российскими СМИ, к "бронзовой революции" в Эстонии, к восстанию, которое будто бы 9 мая должна поднять вся русскоязычная община Эстонии!

Антиэстонская истерия превзошла по накалу даже недавнюю антигрузинскую. Особенно возмутительна противоправная блокада эстонского посольства "Нашими", "Молодой гвардией" и другими созданными президентской администрацией молодежными организациями. Лидер "Наших" хамски заявляет, что он и есть гражданское общество и потому сам определяет, кого пускать в эстонское посольство, а кого не пускать. И все это при трогательном бездействии милиции, которая проявляет прыть только при разгонах "маршей несогласных".

Эстонии, как и Грузии, грозят экономическими санкциями. Однако на практике сделать это затруднительно. Эстония ведь член Евросоюза, и любые санкции против нее, даже под маской "санитарного контроля", будут означать, что переговоры с Евросоюзом как по новому торговому соглашению, так и по визовым вопросам будут заблокированы. Остается, конечно, добровольно-принудительный бойкот эстонских товаров российским бизнесом, однако эстонский экспорт в Россию не играет жизненно важной роли для Таллинна, поэтому такая форма давления никак не заставит Эстонию изменить свою позицию.

Еще одна цель антиэстонской кампании - выбросить накопившийся в России заряд ксенофобии вовне, создать в лице Эстонии и эстонцев образ врага (хулиганы на таллинских улицах тоже кричали: "Россия - всё!"). Но антиэстонская истерия может бумерангом вернуться в нашу страну, подняв общий и без того высокий уровень национальной и расовой нетерпимости и вылиться в погромы по расовому или иному признаку. Кстати, еще один частный интерес российской власти - перевести стрелки на эстонскую полицию, которая, дескать, жестоко подавляет "мирные демонстрации", и отвлечь внимание от действительно жестокого подавления оппозиционных демонстраций и шествий в России.

Наверное, еще года полтора-два назад в эстонском обществе еще была возможность компромисса насчет Бронзового солдата. Можно было, оставив памятник на прежнем месте и перенеся останки на кладбище, превратить памятник в мемориальный комплекс в память о жертвах, понесенных всеми жителями Эстонии как во Второй мировой войне, так и в период советской оккупации. Такой вариант предлагался представителями эстонской и русской интеллигенции. Но сейчас, разумеется, об этом речи уже не идет. Остается лишь надеяться, что установившееся затишье не будет нарушено, а деятельность того же "Ночного дозора" окончательно маргинализируется. И тогда со стороны русскоязычной общины Эстонии выступят более цивилизованные организации, с которыми эстонские власти смогут наладить нормальный диалог.