Бойкот стоит свеч

Идея бойкота сочинской Олимпиады впервые возникла в дни российско-грузинской войны 2008 года. Сегодня ее потенциал может оказаться гораздо более мощным. Но прежде чем начинать движение, полезно вспомнить исторические прецеденты.

Решение о месте проведения Игр 1936 года принималось в апреле 1931-го. В финал вышли Берлин и Барселона. Выиграл Берлин. Но в 1933-м к власти в Германии пришли нацисты. Вскоре до МОК стала доходить информация о дискриминации спортсменов-евреев. Декрет от 28 апреля 1933 года возбранял евреям членство в спортивных организациях Германии. Это было явное противоречие Олимпийской хартии. Но президент МОК, бельгиец граф Анри де Байе-Латур, с которого казенные историки олимпизма пытались писать икону (он, мол, потребовал, настоял, боролся), предпочел закрыть глаза на факты.

Твердо решил противостоять бойкоту и глава Американского олимпийского комитета Эйвери Брендедж. Дабы развеять миф о дискриминации евреев, он отправился в Германию. Визитер вернулся домой в прекрасном настроении: он не только не обнаружил в нацистской Германии признаков расовой нетерпимости, но и счел, что Америка должна многому поучиться у Германии в организации спортивной жизни. По его мнению, положение еврейских спортсменов не только не ухудшилось, но и улучшилось под давлением МОК. Немалую заслугу в этом он приписывал самому себе.

В августе 1935 года член МОК от США генерал Чарльз Шеррилл встретился в Мюнхене с Гитлером и остался совершенно очарован им, о чем и сообщил президенту Рузвельту. Фюрер заверил генерала, что он не допустит никаких антисемитских мер в спорте. Однако уже через пару недель в Германии был принят пакет расовых законов, вошедших в историю как Нюрнбергские. Евреи лишались немецкого гражданства и всех связанных с ним прав. Шеррилл обомлел от такого вероломства. Но из Берлина ему сообщили, что на составе немецкой олимпийской сборной Нюрнбергские законы никак не отразятся. И генерал успокоился, хотя, согласно Олимпийской хартии, спортсмен должен быть гражданином страны, под флагом которой он выступает.

В конце концов в декабре 1935-го и британцы, и американцы после упорной борьбы официально приняли приглашение оргкомитета берлинской Олимпиады.

Между тем немецкий НОК всячески заманивал в страну успевших эмигрировать спортсменов-евреев. Фехтовальщица Хелен Майер в 17 лет стала чемпионкой амстердамских Игр и не вернулась домой после Игр в Лос-Анджелесе. Прыгунья в высоту 19-летняя Маргарет Гретель Бергман училась в Англии и мечтала об участии в Олимпиаде под британским флагом. Обе приняли приглашение в немецкую сборную.

Согласно тогдашним правилам, стране-хозяйке летних Игр предоставлялось право провести в том же году и зимние. Местом проведения зимней Олимпиады 1936 года стал Гармиш-Партенкирхен в баварских Альпах. В декабре 1935 в британской Manchester Guardian появилась фотография таблички "Евреи нежелательны", сделанная в Гармише. Таблички в городе стали спешно убирать, но убрали не все. Граф Байе-Латур, прибывший на Игры, увидел их из окна машины, проезжая по Гармишу. Он немедленно пожелал встретиться с Гитлером и с порога заявил последнему, что, если эти явные знаки расовой дискриминации не будут убраны, Игры будут отменены - как зимние, так и летние. В ответ фюрер, по словам очевидца, впал в обычный для себя транс красноречия, глядя при этом куда-то в угол потолка. Наконец Гитлер выкрикнул: "Вы будете довольны! Распоряжения будут даны!" И стремительно покинул помещение. В общем, оба собеседника разыграли сцену как по нотам.

Игры прошли прекрасно. Символическим евреем немецкой сборной стал капитан хоккейной команды Руди Баль. Он к тому времени жил в Италии и условием своего участия в Олимпиаде поставил разрешение покинуть Германию вместе с родителями сразу после закрытия Игр. В австрийской сборной было пятеро евреев. Эти факты имели кардинальное значение при окончательном решении вопроса о судьбе берлинской Олимпиады.

Движение за бойкот уже заглохло и сошло на нет, когда в Англии эту идею подняла на щит Национальная рабочая спортивная ассоциация. Дело пошло на лад. И тут вдруг прилетела потрясающая весть с Иберийского полуострова: коалиционное левое правительство Народного фронта, победившее на всеобщих выборах 1936 года в Испании, предложило провести альтернативные Игры в Барселоне.

Идея оказалась привлекательной. Оргкомитет "Народной Олимпиады" получил согласие участвовать от спортивных организаций 20 стран, в том числе Советского Союза, Канады, Польши, Палестины, Дании, Норвегии, Швеции, Франции, Нидерландов и Великобритании. Нашлись и деньги. Среди предполагаемых участников были атлеты высокого класса.

Английская команда спортсменов-рабочих приехала в Барселону вечером 18 июля. Атмосфера в городе оказалась не праздничной, а тревожной. Именно в тот самый день испанские националисты под предводительством генерала Франко подняли военный мятеж. Штурм Барселоны ожидался в ближайшие дни. Наутро над городом гремела артиллерийская канонада, слышался рев самолетов, на улицах трещали пулеметные очереди.

Британский вице-консул настоятельно посоветовал спортсменам покинуть Испанию на борту британского военного крейсера, стоявшего на якоре на рейде Барселоны. Так они в конце концов и поступили, хотя у некоторых романтиков было желание остаться.

В конечном счете бойкот стал личным делом отдельных атлетов и тренеров. Стоит назвать трех австрийских пловчих-евреек, которые отказались участвовать в Играх: Юдит Хаспель, Люси Гольднер и Рут Лангер. Они были пожизненно дисквалифицированы и лишены все званий и наград "за огромный ущерб, нанесенный австрийскому спорту" и "явное неуважение к олимпийскому духу". Самой юной из них, Рут Лангер, было всего 15 лет; при этом она была уже чемпионкой Австрии на двух дистанциях, 100 и 400 метров вольным стилем. После аншлюсса Австрии она бежала в Англию, где прославилась своим заплывом вдоль по Темзе.

Родители хоккеиста Руди Баля беспрепятственно эмигрировали, сам же он остался в Германии и играл в хоккей всю войну. В 1948 году он переселился в Южную Африку.

Гретель Бергман не удалось принять участие в берлинской Олимпиаде: она получила извещение, что результаты отборочных соревнований не позволяют включить ее в состав команды. Бергман уехала в Америку и в 1937 году выиграла чемпионат США. Ее обида на родину оказалась столь сильна, что она упорно отказывалась от приглашений посетить Германию вплоть до 1999 года, когда в Берлине была открыта спортивная арена ее имени.

Хелен Майер в отчаянной борьбе заняла второе место в олимпийском турнире фехтовальщиц и во время награждения изумила публику, подняв руку в нацистском салюте, за что на долгие годы заслужила ярлык предателя еврейского народа. Она тоже уехала в Америку, где выиграла восемь национальных чемпионатов и в возрасте 41 года умерла от рака.

***27 декабря 1979 года советские войска вторглись в Афганистан для исполнения, как говорилось в официальном сообщении советского правительства, "интернационального долга". Президент США Джимми Картер немедленно заявил, что действия Москвы не останутся без ответа.

О разрядке пришлось забыть. 14 января Генеральная Ассамблея ООН 104 голосами против 18 осудила советское вторжение в Афганистан и призвала к немедленному, полному и безусловному выводу войск.

Резолюция Ассамблеи не носила юридически обязывающего характера. Гораздо более серьезный эффект должны были возыметь экономические санкции против СССР. Самой главной из них был запрет на дополнительный экспорт американского зерна. Однако Советский Союз справился с проблемой дефицита зерна сравнительно легко. Его спасли другие крупнейшие производители: Аргентина, Канада и Испания. К концу 1980 года Советский Союз практически полностью восполнил нехватку зерна. Правда, платить ему пришлось дороже, но нефтедолларов тогда было много.

А вот бойкот Олимпиады был для Москвы действительно чувствительным ударом. О своем решении бойкотировать московские Игры Джимми Картер объявил 23 января в ежегодном послании "О положении страны". На следующий день его поддержала Палата представителей - за бойкот проголосовали 386 членов палаты, против - всего 12.

26 января Национальный олимпийский комитет США решил не ехать на Игры в Москву.

Бойкот московской Олимпиады поддержали советские правозащитники. В записке отделов пропаганды и внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС "О враждебной кампании против летних Олимпийских игр 1980 года в Москве" к заседанию Секретариата ЦК 29 января 1980 года сообщалось: "Для выяснения мнения советских "диссидентов" о предполагаемых шагах американского правительства в отношении СССР 22 января 1980 г. на квартире жены А.Д. Сахарова состоялось "собрание", участники которого высказались в поддержку бойкота московской Олимпиады".

В общей сложности в бойкоте участвовало 64 страны, в том числе Китай. Великобритания, Франция, Италия и Греция поддержали бойкот, но позволили своим атлетам участвовать в московских Играх в частном порядке. В общей сложности 16 делегаций выступали не под национальными, а под олимпийским флагом.

Для советского правительства бойкот стал пропагандистской катастрофой. Потратив астрономические средства на строительство олимпийских объектов, Москва недосчиталась сотен миллионов долларов, которые рассчитывала получить. Так, например, из США ожидалось 18 тысяч болельщиков, а приехало чуть более тысячи. В городе, после "зачистки" от всякого рода криминальных и неблагонадежных элементов и ограничения на въезд в столицу из провинции, стало заметно меньше народу. Некоторые соревнования проходили при полупустых трибунах.

В то же время телекомпания NBC, заплатившая 85 миллионов долларов за право трансляции соревнований, почти не потерпела убытков. Сделка была застрахована от подобных форс-мажоров, и NBC удалось вернуть около 90 процентов своих средств.

В командном зачете советская сборная заняла первое место, но ее медали были обесценены отсутствием сильных соперников.

Спустя четыре года история в некотором роде повторилась. 8 мая 1984 года пленум НОК СССР принял решение отказаться от участия в летних Играх в Лос-Анджелесе. Предлогом была "антисоветская кампания, развернутая реакционными кругами США при попустительстве официальных властей". НОК якобы опасался за безопасность своих спортсменов. Советская пресса заполнилась сообщениями о разгуле преступности в США, о том, что "в Лос-Анджелес тысячами стекаются профессиональные гангстеры со всех концов Канады, Латинской Америки и Японии", и о неспособности правительства справиться с этим наплывом.

Несмотря на все эти ужасы, Игры в Лос-Анджелесе стали рекордными по числу стран-участников - их было 140. Из стран соцлагеря устояли под давлением Кремля Румыния, пославшая свою команду в США и завоевавшая второе место в неофициальном командном зачете, и Югославия (9-е место).

Организация бойкота сочинских Игр - задача непростая, но выполнимая. Благодаря откровенно репрессивной политике Кремля Россия снова оказалась в заголовках мировых новостей. В олимпийской заявке Сочи сказано: "Государственная власть в Российской Федерации обеспечивает стабильные политические и экономические условия для улучшения качества жизни населения страны. Управление страной основано на свободных выборах, свободе выражения и балансе власти, гарантированных Конституцией РФ. Российская политическая система прекрасно подходит для успешного проведения зимних Олимпийских и Паралимпийских 2014 года". Эти сведения были ложью и тогда, 4 года назад. Сегодня они находятся в еще более вопиющем противоречии с реальностью.

Для Владимира Путина бойкот Олимпиады станет сокрушительным ударом по остаткам престижа. Это его личный проект, личная победа в Гватемале. Решение о проведении Игр в Сочи принималось на пике его международной популярности и преподносилось официозной российской прессой как триумф национального лидера. Сегодня триумфатор имеет жалкий вид, но еще не понял этого. Провал сочинского проекта должен отрезвить его.

Даже если бойкот не состоится, международная кампания в его пользу станет идеальным поводом говорить миру о "свинцовых мерзостях" режима. Как бы то ни было, игра стоит свеч.