Штормовая ситуация вокруг смены руководства Махачкалинского порта грозит для региона социально-политическим взрывом

ФГУП «Махачкалинский морской торговый порт» (ММТП), стратегическое для региона предприятие, управляющее портом Махачкалы, с конца мая лихорадит не на шутку. В порт стянуты подразделения ОМОНа и спецназа, чтобы не допустить серьезных столкновений между трудовым коллективом и сторонниками Андрея Гормаха, назначенного Федеральным агентством морского и речного транспорта (Росморречфлот) новым гендиректором ММТП. Портовики считают, что конкурс на замещение должности главы предприятия прошел с нарушениями. К такому же выводу пришла Генпрокуратура, которая по результатам проверки вынесла представление Росморречфлоту. Вердикт однозначный — результаты конкурса не соответствуют требованиям законодательства. Помимо ряда процессуальных нарушений прокуратура установила: конкурсная комиссия не учла, что у Гормаха нет опыта, чтобы руководить ММТП.

Однако тот уже заявил, что отступать не намерен, несмотря ни на представление Генпрокуратуры, ни на решение суда, блокировавшего его назначение. Более того, СМИ уже пишут о вооруженных людях на подступах к порту и чуть ли не о готовящемся силовом захвате предприятия*. В республике предполагают, что за Гормахом стоят могущественные финансово‑промышленные группы из Москвы. Причем этот передел собственности может дорого обойтись государству — порт выставлен на приватизацию, и любые конфликты вокруг него влекут снижение стоимости актива и, соответственно, огромные потери для бюджета.

В бизнес из МВД

События разворачивались стремительно. В конце мая состоялся конкурс на замещение должности генерального директора ФГУП. Свою кандидатуру выставил и действующий на тот момент руководитель предприятия Ахмед Гаджиев. Однако 27 мая, в день проведения конкурса, неожиданно для других претендентов у них появился конкурент — Андрей Гормах, которого и выбрал Росморречфлот.

Работники порта, недовольные сменой руководства, приняли решение 30 мая в знак протеста остановить все работы. Они объяснили, что пришедшая в 2010 году с Гаджиевым команда менеджеров сумела вывести ММТП из кризиса. За пять лет ей удалось предотвратить банкротство порта, погасить перед бюджетом долги почти в 2 млрд рублей, получить по итогам 2015 года более 160 млн рублей прибыли и увеличить зарплату в 2,5 раза. Гормах же не имеет «никакого опыта работы в сфере деятельности предприятия» и не знает «специфики региона». Забастовщиков поддержал депутат Госдумы РФ Гаджимет Сафаралиев, но Гаджиеву удалось убедить рабочих не переходить к крайним мерам. А решение Росморречфлота опротестовал один из претендентов — Магомед Кантаев. Он обратился в суд с жалобой на конкурсную комиссию, которая не допустила его к участию в конкурсе, а также с ходатайством о принятии мер по обеспечению иска. Суд приостановил действие решения комиссии Росморречфлота и наложил запрет на издание приказа о назначении Гормаха. На последнего судебные акты произвели мало впечатления — он не оставляет попыток любым способом занять кресло директора.

Примечательно, что всего год назад Росморречфлот высоко оценил заслуги Гаджиева перед ФГУП, сделав однозначное заключение о том, что он «соответствует занимаемой должности». Совершенно не понятно, какие обстоятельства заставили подведомственную Министерству транспорта РФ структуру прийти сейчас к противоположному выводу и фактически проигнорировать мнение полпреда президента в СКФО Сергея Меликова и письменное ходатайство главы Дагестана Рамазана Абдулатипова, которые выступили против смены гендиректора ММТП.

Чтобы разобраться, стоит познакомиться с биографией Андрея Гормаха. Отставной полицейский, служивший в органах МВД, в 2011 году круто поменял профессиональную деятельность, подавшись в коммерцию. И сразу на должность гендиректора ОАО «Балттранссервис». Эта компания, занимающаяся перевалкой дизельного топлива в порту Приморска Ленинградской области — «дочка» «Транснефти». ООО «Приморский торговый порт» входит в группу «Новороссийский морской торговый порт» (НМТП), являющуюся крупнейшим российским портовым оператором и тоже принадлежащую «Транснефти».

В 2013—2015 годах Гормах трудился первым замдиректора в Объединенной зерновой компании (ОЗК). Как выяснилось, без особого успеха для государства: если в 2014 году прибыль ОЗК составляла всего 274 млн рублей, то после ухода Гормаха она выросла до16,3 млрд рублей — почти в 60 раз больше. Уже по этому эпизоду его трудовой биографии складывается впечатление, что отставной полковник не может эффективно управлять стратегическими предприятиями.

Зато Махачкалинский порт стал бы хорошим приобретением для НМТП, т. к. это единственный незамерзающий и глубоководный порт России на Каспии и единственный, который еще остается в собственности государства. Предприятие уже включено в план приватизации. Именно с предпродажной подготовкой эксперты связывают смену его руководства. «Транснефть» пока исключила передачу ММТП в управление Новороссийскому порту, но сам факт того, что озвучиваются планы по дележке еще не испеченного пирога, говорит о многом. В частности, о том, что шумиха вокруг Махачкалинского порта, которая обостряет обстановку в регионе, заставляя нервничать дагестанские власти, вполне на руку потенциальным акционерам предприятия. Следствием конфликтной ситуации может стать снижение капитализации порта, который можно будет выкупить куда дешевле, чем рассчитывало бы государство. Вот почему в порту нужен свой человек.

Большие связи

О многочисленных нарушениях при проведении конкурса сообщали портовики ММТП еще в письме министру транспорта Максиму Соколову. Так, они утверждали, что агентство нарушило положение о проведении конкурса, утвержденное постановлением правительства РФ. В пункте 9 «сказано, что «к участию в конкурсе допускаются физические лица, имеющие высшее образование…». В положении о конкурсе Росморречфлота появилось другое чтение этого пункта: «высшее профессиональное (техническое или инженерно-экономическое) образование», — говорится в письме. Интересно, что такое образование не имеет не только Гаджиев, но и Гормах.

Проведя проверку, Генпрокуратура сделала вывод — «результаты конкурса нельзя признать соответствующими требованиям законодательства». Надзорное ведомство также указало на тот факт, что сын Гормаха обвиняется по ч. 1 ст. 283 УК — разглашение государственной тайны. Уже одно это делает невозможным сам допуск Андрея Гормаха к конкурсу на замещение должности, связанной с секретными сведениями.

Но комиссия на это внимания не обратила. Возможно потому, что, по данным работников порта, из 12 членов комиссии 27 мая присутствовало только 9, большинство из которых «ранее и сейчас не имеют никакого отношения к деятельности» ММТП, что дало повод портовикам усомниться в их «компетентности и объективности».

Не сомневается, похоже, только глава Росморречфлота Виктор Олерский, поставивший свою подпись под приказом о назначении Андрея Гормаха. До сентября прошлого года, будучи заместителем министра транспорта, Олерский входил в совет директоров НМТП.

Виктор Олерский — личность примечательная. Он известен близостью с экс-сенатором от Башкирии Игорем Изместьевым, приговоренным в конце 2010 года к пожизненному заключению за убийства, бандитизм и терроризм в составе ОПГ «Кингисеппская».

Когда-то они имели совместный бизнес, начав с приобретения контрольного пакета акций «Волжского пароходства». В 2003‑м Олерский стал совладельцем «Северо-Западного пароходства», одного из крупнейших в России. Консолидированные активы вошли в холдинг «Волго-Балтийская компания». Однако дальнейшим планам по развитию бизнеса, как предполагали СМИ, помешал арест Изместьева.

Однако, как выяснилось, окончательно из бизнеса новоявленный чиновник не ушел. В 2014 году, когда прошла информация о продаже интермодального перевозчика «Инфотек-Балтика М», стало известно, что его совладельцем является замминистра Олерский**. Несмотря на то что госслужащий не имел права сохранять долю в компании, проблем с законом у него не возникло. Более того, он был назначен руководителем Росморречфлота, в управлении которого находятся стратегические объекты в сфере морского и речного транспорта. Причем приказ о назначении Олерского премьер Дмитрий Медведев подписал 8 февраля этого года. Тогда, вероятно, и появились «сомнения» в соответствии гендиректора ММТП Гаджиева занимаемой должности.

Тем временем напряжение вокруг ММТП нарастает. Сотрудники предприятия уже пригрозили бойкотом предстоящих выборов в Госдуму, если федеральный центр не прислушается к мнению трудового коллектива и тем самым не вернет его доверие себе. В скорейшем разрешении ситуации заинтересован лично Рамазан Абдулатипов. Для него это вопрос личного престижа: приходя на должность, президент Дагестана обещал, что не допустит во вверенном регионе войны кланов за ресурсы. Но, похоже, что в ситуации с портом ему пришлось столкнуться с интересантами, коррупционные связи которых уходят далеко за границы республики. Для подобной публики «социальное спокойствие» и «интересы рабочих» ничего не значат.

Александр Купченко

Деловая газета «Взгляд», 14.06.2016* «Коммерсантъ», 18.06.2016

ПРАВО НА ОТВЕТ

Кто раскачивает порт?

Директор Махачкалинского порта — о ситуации, сложившейся на стратегическом предприятии

Будучи читателем «Новой газеты», был изрядно удивлен, обнаружив в выпуске за 20 июня материал, посвященный в том числе и моей скромной персоне. В статье «Качка на берегу» под авторством Александра Купченко непростая ситуация, сложившаяся вокруг Махачкалинского порта, освещена, на мой взгляд, необъективно и односторонне.

Считаю необходимым пояснить суть дела и свою позицию.

27 мая 2016 года Росморречфлот, Федеральное агентство, в ведении которого находится ФГУП «Махачкалинский морской торговый порт», провел конкурс на замещение вакантной должности руководителя предприятия. Победителем конкурса, в котором участвовали три претендента, был признан я. Соответственно, тогда же был издан приказ Росморречфлота о моем назначении на должность и заключен трудовой договор.

Казалось бы, можно выходить на работу и приступать к реализации программы развития, которая была представлена мной в ходе конкурса и поддержана Росморречфлотом.

Как бы не так. Ряд представителей прежнего менеджмента, включая бывшего директора порта, его заместителя и почему-то депутата Государственной думы Сафаралиева, как выяснилось, имеет собственное мнение о том, как и кем должно управляться государственное предприятие, и не гнушается любыми средствами для донесения этой позиции.

Так, 30 мая сотрудников порта согнали на «предупредительную забастовку», объявив федеральному органу власти ультиматум, суть которого сводилась к требованию в недельный срок без каких-либо условий наделить полномочиями директора порта его прежнего руководителя А. Гаджиева. Для пущей убедительности требование было дополнено обещанием сорвать осенние выборы в Государственную думу. Одновременно на территории порта появилось значительное количество посторонних вооруженных людей, совмещающих функции «обеспокоенной общественности» и команды силовой поддержки. После того как в местной прессе стали появляться фотографии людей, вооруженных автоматами, разгуливающих по территории предприятия, первый заместитель директора порта М. Хидиров охарактеризовал их как «работников порта, вооружившихся черенками лопат, чтобы отстоять свое предприятие».

Дальнейшие шаги не заставили себя ждать. Так, в скором времени стало известно, что некий житель Гудермесского района Чеченской Республики г-н М. Кантаев, посчитав, что его права нарушены проведенным конкурсом, обратился в суд с требованием о признании его результатов недействительными. При этом сам г-н Кантаев документы на участие в конкурсе никогда не подавал, решение о его недопуске Росморречфлотом не принималось. Предъявление иска по месту нахождения Росморречфлота, т.е. в г. Москве, что соответствовало бы процессуальным нормам, показалось г-ну Кантаеву нецелесообразным, поэтому с заявлением он обратился в суд города Гудермеса, который, в свою очередь, принял его к производству.

Будучи крайне обеспокоенным характером поступившего заявления, судья Виситаев вынес определение о назначении обеспечительных мер в виде запрета Росморречфлоту и мне лично совершать любые действия по вступлению в должность и даже доступу на территорию порта. Я даже не был привлечен к участию в этом споре, что, впрочем, никого не останавливает. Читая судебные документы, я с грустью понимаю, почему г-н Кантаев решил судиться в Гудермесе, а не в Москве.

Между тем уполномоченный федеральный орган государственной власти недвусмысленно высказался, указав, что считает проведенный конкурс законным, так как к участию были допущены все претенденты и ни один из участников не обжаловал его результаты. Избрание меня на данную должность Росморречфлот считает отвечающим интересам предприятия, отрасли и государства.

Принимая решение участвовать в конкурсе на должность директора порта, я понимал, что работа там не будет простой, был вполне готов к противодействию. Ведь в настоящее время государство фактически утратило всякий контроль над этим стратегическим активом.

В последние года Махачкалинский порт хоть и получил миллиардные госинвестиции, так и не смог стать экономически привлекательным. Грузооборот систематически падает на 15–20% в год. За пять лет работы предыдущего менеджмента грузооборот снизился примерно в полтора раза. Клиенты порта, а это в основной своей массе нефтяные компании, уходят или значительно сокращают объемы перевалки. В частности, «Лукойл» вдвое снизил объемы отгружаемой через Махачкалу нефти. «Транснефть» объявила о своей обеспокоенности ситуацией в порту и всерьез рассматривает возможность прекращения транзита нефти через порт Махачкалы, отмечая в своем пресс-релизе, что это связано в том числе с криминальной обстановкой. Казахстан и Туркменистан также стремятся обезопасить свои поставки, замыкая логистику на Азербайджан, в ущерб махачкалинскому маршруту. Наиболее перспективный южный торговый партнер России — Иран также предпочитает сотрудничать с более надежными и предсказуемыми контрагентами в портах Астрахань и Оля. Поэтому компании-операторы перенаправляют транзит нефти в сторону маршрута Баку — Тбилиси — Джейхан, что сказывается не только на бюджете одного лишь порта, но имеет серьезные негативные последствия для экономики страны в целом.

Финансовые результаты деятельности прежнего порта также не вызывают оптимизма. Росморречфлот опроверг ранее сделанное Гаджиевым и Хидировым заявление о погашении портом имеющихся у него долгов. В действительности до настоящего времени сохраняется миллиардная кредиторская задолженность предприятия (более 1,8 млрд руб.). Как отмечается в отчете Росморречфлота, на инвестиционной привлекательности актива негативно сказываются «риски банкротства при предъявлении кредиторами требования о погашении кредиторской задолженности». Чистая прибыль в размере 160 млн рублей за 2015 год не может быть расценена как грандиозный успех в соотношении с государственными инвестициями в расширение мощностей порта, которые за последние годы составили 1,3 млрд рублей.

Странными выглядят заявления об отсутствии у меня соответствующего опыта по профилю работы предприятия. Хочу напомнить, что компания, которую я возглавлял в 2011–2013 гг., «Балттранссервис», перевалила свыше 10 млн тонн нефтепродуктов в порту Приморск, что в 2,5 раза больше, чем совокупный оборот всего ММТП. Если же говорить об Объединенной зерновой компании, которой я руководил в ранге первого заместителя генерального директора, то она переваливает в 20 раз больше зерна, чем Махачкалинский порт, и демонстрирует ежегодный рост объемов перевалки грузов.

Кроме того, я являлся председателем совета директоров, членом совета директоров предприятий, осуществляющих портовую перевалку зерна, в частности ОАО «НКХП», ООО «Портовый элеватор» (Калининград), ООО «Ейский портовый элеватор».

Несмотря на все противодействие со стороны тех, кто неосмотрительно полагает, что госсобственностью можно распоряжаться по своему усмотрению и в своих интересах, я убежден, что сложившаяся ситуация будет разрешена в кратчайшие сроки и в строгом соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Андрей Гормах