ОТ КОГО ТЕРПИТ ИСТОРИЯ

ОБРАЗОВАНИЕ

В понедельник был подан иск о ЕГЭ. Ответчик — Федеральное агентство по образованию. Истец — Всероссийский фонд образования (ВФО). В иске оспаривается приказ Рособразования № 14 от 20 января 2006 года. Этот документ переводит эксперимент по...

В понедельник был подан иск о ЕГЭ. Ответчик — Федеральное агентство по образованию. Истец — Всероссийский фонд образования (ВФО). В иске оспаривается приказ Рособразования № 14 от 20 января 2006 года. Этот документ переводит эксперимент по ЕГЭ на обязательную основу. Согласно приказу, техникумы и вузы, участвующие в эксперименте не первый год, обязаны принимать 100% абитуриентов по результатам теста. Кроме того, один общеобразовательный предмет в регионе на вступительных должен засчитываться исключительно по ЕГЭ.

Директор ВФО Сергей Комков утверждает, что приказ противоречит законодательству Российской Федерации. Сделать ЕГЭ постоянным может только федеральный закон. Сергей Константинович собирается пройти все судебные инстанции и, в конце концов, добраться до Европейского суда. Он уверен в своей правоте. Впрочем, Федеральное агентство тоже.

Пока Сергей Комков предпринимает отчаянную попытку остановить ЕГЭ, приказ № 14 уже действует на нервы педагогам и выпускникам.

13 июня 2006 года — дата, которая врежется в память абитуриентов московских вузов надолго. Это — день ЕГЭ по истории, обязательный для тех, кто сдает этот предмет при поступлении. Традиционная форма сдачи экзамена приниматься не будет. Об этом объявил Совет ректоров Москвы и Подмосковья за несколько месяцев до начала экзаменов.

Учителя и выпускники пребывают в шоке. У них остается два месяца на то, чтобы унифицировать свои знания под образец теста. Вызубрить даты и имена. Забыть понимание эпохи и свое мнение. Им дали два месяца, чтобы перекроить свои мозги и историю. Зачем?

Причин несколько. Во-первых, почему именно история? По истории до сих пор нет единого канонического учебника. Трактуют и преподают историю по-разному, и вводить сейчас стандарты по этому предмету нереально. А введение ЕГЭ по истории как бы «обнуляет» предмет. Единый экзамен упрощает историю, сводя знания ученика к фактологическому минимуму. Если обучение истории пойдет по пути натаскивания на ЕГЭ, то через несколько лет это подготовит логическую платформу для унифицированного и идеологически выверенного ЕГЭ-учебника.

Во-вторых, почему это было сделано именно сейчас, за несколько месяцев до начала экзаменов? Мотивы действия зависят от личности. Поэтому надо найти тех, кто продвинул это решение. Количество исторических персон ограничено.

Совет ректоров Москвы и Подмосковья. Их обвинили первыми. Именно совет принял окончательное решение принимать в вузы экзамен по истории исключительно в форме ЕГЭ. Школы и вслед за ними СМИ тоже упирают на совет. Говорят, что ректорам это выгодно. В числе причин называется и такая: ЕГЭ уменьшает затраты на проведение экзаменов внутри вуза — вся тяжесть ложится на школу. Так думают многие, но думают неверно. Потому что чем тогда объяснить бурную деятельность совета в борьбе против ЕГЭ? Продуманной конспирацией? Слишком сложно. Сам совет отрицает свою инициативу. Валерий ГАВРИЛОВ, ученый секретарь Совета ректоров, сказал «Новой»:

«Мы настаивали на добровольном выборе формы сдачи и приема экзамена учениками, школами и вузами и просили продлить эксперимент до 2007 года. При оглашении нашей позиции осенью прошлого года присутствовали люди из агентства по образованию, из Рособразования. И мы считали все согласованным. Вплоть до марта. Однако Минобразования и науки вдруг принимает решение, что теперь каждый регион, участвующий в эксперименте, должен сдавать один из предметов в форме ЕГЭ обязательно. Нас поставили перед фактом. Мы выбрали историю как наименее массовый и наименее технически затратный предмет. А вообще я считаю, что предметы, в которых человек определяет свою политическую или гражданскую позицию, такие, как литература и история, нельзя сдавать в форме механического теста… Фамилию человека, который провел это решение, я вам назвать не могу, хотя и представляю, кто это мог сделать».

Мы тоже представляем эту фамилию.

Совет ректоров действовал в соответствии с приказом Минобразования № 14. Приказ появился в январе 2006 года. Здесь важна дата. Именно 2006-й был тем крайним сроком, в который глава Рособрнадзора Виктор Болотов планировал ввести ЕГЭ в штатном режиме. Однако осенью 2005 года Рособразование встретило мощное сопротивление от Совета ректоров, Всероссийского фонда образования и даже от руководства Федерального центра тестирования. Вопрос был провален. В конце ноября состоялись парламентские слушания, где 80% высказались против обязательного введения ЕГЭ. Стало очевидно, что парламентским путем этот вопрос не решить. Говорят, что в том же ноябре 2005 года Андрей Фурсенко поднял вопрос об ответственности Виктора Болотова за явно проваливающуюся затею с ЕГЭ. Было даже готово заявление об увольнении.

Виктор Болотов стал искать поддержку. Судя по всему, он ее нашел, но с условием — надо продавливать ЕГЭ, иначе полетят головы всех, с ним связанных. (К тому же ЕГЭ — это большие деньги. В прошлом году на экзамен выделили более миллиарда рублей. А там, где крутятся огромные суммы, действует система отката — заинтересованных много.) Так, игнорируя мнение общественности, Рособрнадзор в лице Виктора Болотова продвинул приказ № 14.

Вслед за этим ректорам начали выворачивать руки — или они принимают условия игры, или им урезают финансирование. Стойким оказался только ректор МГУ Садовничий — его вуз результатов ЕГЭ принимать не будет (МГУ финансируется отдельной строкой в бюджете и от Минобраза не зависит). В марте ректоров срочно поставили перед тестовой дилеммой выбора. Ответы «согласен» или «не согласен» не подразумевались. И они решили выйти с наименьшими потерями. Без боя сдали историю.