«Мы тут не дачу строим. Терпите»

«Сколково» показывает характер жителям окрестных деревень

Кто только не пытается нынче обидеть инноград Сколково. И вот что досадно: больнее всех кусаются представители не самых интеллигентных видов деятельности. Силовики, газовики, железняки всякие. Интеллигентному «Сколкову» приходится двигаться к своей цели, как ботану в толпе гопоты.

Кто только не пытается нынче обидеть инноград Сколково. И вот что досадно: больнее всех кусаются представители не самых интеллигентных видов деятельности. Силовики, газовики, железняки всякие. Интеллигентному «Сколкову» приходится двигаться к своей цели, как ботану в толпе гопоты. Один гопник отвесит по шее, другой уголовное дело заведет. Тут ботану важно не останавливаться, идти, утешаясь гордой мыслью — про силу науки, модернизацию отечества. Короче, замещать обиду.

Но сдерживаться вечно не может даже самый убежденный ботан — это, во-первых. А во-вторых, — так почему-то повелось — всякий обиженный, встретив лоха поменьше, тут же сам превращается в гопника. И уж мелкий терпила тогда ответит за все. И никакого инновационного подхода.

Все лето «Сколково» показывает характер жителям окрестных деревень. Началось еще весной: строители иннограда перерубили Сетуньке (поселок композиторов и ученых) подземный электрокабель. Обесточенная интеллигенция попросила восстановить питание. В инновационном центре объяснили, что сам он совершенно здесь ни при чем — кабель повредил (случайно) подрядчик: с него и требуйте. Пока интеллигенция разыскивала подрядчика (так и не нашла, наняла для починки кабеля бригаду), что-то неведомое случилось с холодной водой. Вода из-под кранов в Сетуньке, Баковке и Мамонове стала грязновато-мутная. А сами деревни после каждого дождя теперь заливает грязевыми стоками, несущимися со стройки «Сколкова» (площадка иннограда находится на небольшой возвышенности). Баковцам и мамоновцам и вовсе размыло выезд на Сколковское шоссе. Ездят теперь, делая крюк, по Минскому.

— Мы все сначала с симпатией отнеслись к «Сколкову» как к идее. Подписали с ними даже соглашение о сотрудничестве, — рассказывала мне председатель правления «Сетуньки» и ученый секретарь Союза архитекторов России Ирина Заика. — Но при этом они себя ведут так, будто никого вокруг не существует или мы не люди. Мы писали в инноград, просили учесть, что их стройка влияет пагубно на экосистему, но они не желают нас слушать. Один из их боссов бросил мне как-то: «Мы тут не дачу строим. Терпите!»

С Заика мы идем в офис правления. Это облицованный сайдингом домик при въезде в поселок. Почти на метр от земли на облицовке — желтые разводы. На тротуарах и в траве — песок и высохшая глина.

— Этим летом после каждого дождя у нас потоп! — возмущается архитектор Заика. — Со «Сколкова» несется не вода, а настоящий селевой поток метровой высоты — прямо на участки, в подвалы. Бедному Гранову (Игорь Гранов — композитор, заслуженный артист РФ. — П. К.) весь сад-огород уничтожили.

Участок композитора Гранова к «Сколково» примыкает вплотную. Грязевой поток и правда смыл верхний слой. Из подвала раздается шум насоса. Вокруг участка по периметру копают глубокий ров таджики. «Инноваторы теперь не доберутся!» — ликует на крыльце 75-летний Гранов.

Надо сказать, слово это, «инноваторы», звучит теперь в окрестных интеллигентских поселках вообще как ругательство. Против «коммунального беспредела инноваторов» объединились уже 5 деревень — общественное движение называется «Мое Сколково». Возглавила его архитектор Заика. Вступить в организацию кроме прочего можно и через «Фейсбук». В конфликте жителей и иннограда возникла даже легкая политическая интрига. В зоне затапливаемых инноградом поселков живет Кудрин, давний, между прочим, оппонент главного сколковского патрона.

— Не хотелось бы прибегать к тяжелой артиллерии, но мы в отчаянии, — говорит житель Баковки бизнесмен Леонид Поляков. — До Алексея Леонидовича, конечно, не дотекает, но сигналы идут такие, что соседей он в обиду не даст!

Заливает грязевыми сколковскими потоками и других уважаемых жителей. Подмыло, например, подъезд к дому футбольного тренера Валерия Газзаева. Теперь подъезд закрыт, а тренер пользуется запасным пожарным въездом в Баковку.

— Он на нашей стороне, но что толку. Газзаев при мне звонил сити-менеджеру «Сколкова» (он же — зам Вексельберга) Виктору Маслакову, — рассказывает Ирина Заика. — Маслаков ему пообещал всё наладить: дренажные-стоковые системы, дорогу. Но всё осталось как было!

В зоне риска оказался даже участок бывшего спикера Бориса Грызлова. Местные возмущены: оформлять членство в правозащитном движении «Мое Сколково» Грызлов почему-то не торопится. «Ведь затопить может каждого!» — напоминает архитектор Заика. Правда, участок бывшего спикера огорожен высоким глухим забором, установленным на фундаменте. Кажется, не перепрыгнет через него и цунами.

Кстати, затапливает территорию и самого иннограда — хоть он и на возвышенности. Рабочие со стройки центра рассказывают, что воду приходится откачивать из подвала электростанции.

— Раньше на месте «Сколкова» были сельхозполя, — говорит Заика, — но грандиозная стройка резко изменила ландшафт. Они перерыли тут всё, не осталось почвы, кругом глина, которая не впитывает влагу.

Разрушены, по словам Заика, и ливневые стоки, а оставшиеся — не справляются. Вместе мы идем по глиняному полю, вдалеке гремят подъемные краны. Заика показывает жалобы, которыми «Мое Сколково» атакует инноград. На одной из бумаг резолюция сити-менеджера Маслакова: «Принять меры. Беспалову, Никитину».

— Не понимаю, что это значит. Пока мне только звонят оттуда с наездами и требуют не поднимать шумиху, — беспокоится Заика. — Но мы хотим жить с ними мирно, по-соседски решать вопросы. А они, в «Сколково», ведут пока себя как варвары. Для людей, связанных с наукой, это как-то нелогично.

Комментарий

Олег Никитин, заместитель генерального директора «Сколкова» по инженерной инфраструктуре:

• Проливные дожди в количествах, несвойственных Московскому региону, вызвали переполнение ручья, протекающего в самой нижней точке стройплощадки. Люди пожаловались, да. Мы в диалоге с соседями слышим и реагируем на их обращения. Так, уже закончили работу, по отводу стоков, которых было почти в 2 раза больше обычного, вернули ручей в русло, чтобы в будущем подтоплений не повторялось. Сделано две ливневые канавы для обеспечения стоков, чтобы вода не размывала дорогу и участки жителей. Мы с соседями живем в хороших отношениях, взаимодействуем. Скоро планируем рекультивацию территории – то есть будем возвращать плодородный слой, снятый во время стройки. Плюс будет проведен посев травы. Все это, не даст воде уходить в поселки.