Крылатское, четыре месяца спустя. История с расколовшимся металлическим «пальцем», из-за которого один из современнейших столичных дворцов ледового спорта закрыт на неопределенный срок, продолжается. Напомним обстоятельства возникновения предаварийной ситуации.
22 ноября прошлого года в безветренный день, в отсутствие снега на крыше дворца в Крылатском в одном из двух вантов-оттяжек раскололся металлический «палец», что, однако, не привело к разрыву ванта. Но дворец закрыли, и его крышу укрепили снизу колоннами, а фрагменты металла, из которого на Электростальском заводе тяжелого машиностроения был изготовлен «палец», поехали по научным институтам. Одновременно по редакциям столичных изданий поползли факсы и е-мейлы, которые в итоге материализовались в статьи — о том, что металл вообще ни при чем, а при чем конструкция дворца, разработанная архитекторами из «Моспроекта-4». В качестве главного аргумента выдвигались тезисы независимого эксперта из Великобритании Алана Манна, старшего консультанта компании «Якобс».
«Якобс» — вполне солидная международная инженерная компания, основанная в 1947 году и ведущая бизнес в странах Европы, Северной Америки, Австралии, Индии, Китае, а также Саудовской Аравии (но не в России). Штаб-квартира у нее находится в Калифорнии, а в Великобритании — одно из подразделений. Компания, мягко говоря, многопрофильная — от военной техники и нефтехимии до фармацевтики и экологии. Впрочем, и строительство в списке увлечений «Якобса» тоже присутствует. Но, судя по последним вехам истории компании, главным ее занятием последних лет являются корпоративные поглощения.
Итак, старший консультант «Якобса» Алан Манн стал защитником интересов Электростальского завода тяжелого машиностроения, оценив предаварийную ситуацию по итогам организованного заводом телемоста в конце прошлого года. Эта оценка, изложенная в СМИ, вызвала удивление у всех, и ее тут же захотелось уточнить. Но с этим пришлось подождать несколько недель, пока британский эксперт не соизволил расшифровать свои утверждения. Правда, вопросы от этого не исчезли.
К примеру, Алан Манн пишет: «Я ознакомился с отчетами специалистов по металлу. Ни в одном из них нет упоминания какой-либо существенной непрочности материала пальца… Ни один металлургический институт не представил доказательств хрупкости материала пальца… Много споров вызвал вопрос о точном соответствии пальца спецификации. В определенном роде это не имеет значения…».
После этого уточнения возникает вопрос: а в чем именно является Алан Манн экспертом? Специалисты по металлу, изучавшие фрагменты расколовшегося «пальца» и представившие свои выводы комиссии, установили наличие в «пальце» технологического дефекта — причиной распространения трещины стала не усталость материала, а водородная коррозия в районе существовавших изначально рыхлостей и трещин. Эти специалисты работают в пяти различных металловедческих институтах федерального подчинения, среди которых выделяются Военная академия РВСН имени Петра Великого и институт качественных сталей «ЦНИИчермет» имени Бардина.
Есть две возможности такого расхождения в оценках. Либо Алан Манн не понял полученных данных, либо он их попросту не получал (второе более вероятно). В таком случае «специалисты по металлу», на которых он ссылается, это какие-то другие, неизвестные специалисты. Какой металл они исследовали — большой вопрос, так как фрагмент «пальца», оказавшийся в распоряжении комиссии, разошелся по тем самым пяти институтам федерального подчинения и вроде бы никуда, кроме них.
Впрочем, металл был и в распоряжении его изготовителя — Электростальского завода тяжелого машиностроения. Если «независимый эксперт» Алан Манн пользовался отчетами «специалистов по металлу» завода-изготовителя — что ж, с тем же успехом он мог сослаться и на рекламные проспекты завода-изготовителя. Тезисы, которые Алан Манн направил в адрес исполняющего обязанности руководителя Комплекса архитектуры, строительства, развития и реконструкции города Александра Косована, он сопроводил коротким письмом, в котором есть следующая сентенция: «В статьях о предаварийной ситуации… риск частично преувеличен, и ситуация может быть управляема, по крайней мере для этого стадиона. Я готов обсудить с вами свою точку зрения, но очевидно, что приехать в Москву будет дорого стоить, и мы должны будем просить вашу сторону покрыть расходы… Мы также можем организовать видеоконференцию отсюда, если это необходимо».
Вот и вся история: «эксперт» стоит на позициях заказчика без особой уверенности и с нетерпением ждет более интересных предложений.Олег Шухов