Космос. Не последний рубеж

На радость всем ждущим этого события три года 23 июля вышел новый фильм о вселенной «Звездный путь»

За первый уик-энд, с 22-го по 24-е, фильм «Стартрек: Бесконечность» режиссера Джастина Лина заработал 59,6 млн долларов и занял в американском бокс-офисе первое место. На картину ушло 185 миллионов. Стартовая выручка не впечатляет, особенно если учесть, что, по прогнозам, сборы должны составить около 200 миллионов. Однако касса фильмов «Звездного пути» никогда не была большой.

Но не волнуйтесь за этот фильм, он соберет свои деньги, и на вопрос «почему?» легко дать ответ.

История «Звездного пути» продолжается уже 50 лет. Десятилетиями он привлекал миллионы фанатов, став неотъемлемой частью гик-культуры, вехой в истории развития научной фантастики. Вселенная «Звездного пути» начала свое существование с сериала «Звездный путь: Оригинальный сериал». Джин Роденберри создал его, вдохновившись телевизионной версией романа Жюля Верна «Робур-Завоеватель». В 1960-х, на волне популярности научной фантастики, «Звездный путь», только вступив на сцену, завоевал всеобщую любовь.

«Звездный путь» — одна из наиболее детально проработанных вымышленных вселенных. Каждый персонаж имеет биографию, каждая цивилизация — свою культуру и традиции. В официальных источниках можно найти историю, технические характеристики звездолетов, точные описания каждой мелочи — от рецептов традиционных клингонских блюд до правил игры в трехмерные шахматы. Клингонский язык преподают в университетах, а в мире насчитывается несколько миллионов поклонников «Пути», именующих себя «трекки» (trekkies) или (что встречается чаще) «треккеры» (trekkers).

Поэтому компания Paramount к финансовым итогам выходных отнеслась достаточно спокойно, рассчитывая на немалую выручку от фанатов. Собственно говоря, в определенном смысле массовая фанатская культура началась именно со «Звездного пути».

Достаточно сказать, что исполнитель одной из главных ролей во время съемок писал книги, посвященные познанию себя в роли мистера Спока. В конце 1990-х в Калифорнии появилась рок-группа Warp 11, чьи тексты песен написаны во вселенной «Звездного пути», о ней и для тех, кто ее любит. Благодаря «Звездному пути» возник фанфикшн как пространство для воплощения фантазий поклонников. Первый фанатский научно-фантастический журнал «Spockanalia» был посвящен «Звездному пути» и содержал первый фанфик (литературное произведение, порожденное заинтересованностью автора каноном). Многие последовали этому примеру. В наши дни фанфикшн стал полноценной частью литературного процесса, хотя и сохранил обаяние своеобразной связи между фан-аудиторией и создателями.

«Стартрек: Бесконечность» должен был охватить сразу два пласта аудитории: преданных фанатов и тех, кто никогда и не слышал об «Оригинальном сериале». Эту задачу взвалил на себя сценарист Саймон Пегг — известный британский комик, соавтор сценариев «Трилогии Корнетто» и просто известный гик.

Мы видим, что беспощадный фансервис проник в каждую сцену. С первых кадров понятно: создатели фильма решили использовать больше стопроцентно работающих клише и меньше персонального творчества, что обидно.

Получая долгожданный фильм, насыщенный фансервисом, зритель чувствует себя наравне с создателем, он — тоже по-своему сценарист. Чем больше фанатов напишут о предполагаемом повороте сюжета в своем блоге, фанфике или твите, тем больше вероятность, что мы увидим это в новом фильме. Вот и выходит, что фильм становится большим, очень дорогим и впечатляющим кинематографическим фанфиком.

Появилось это веяние давно — вспомните, даже сэр Артур Конан Дойл воскресил Шерлока после бессчетного количества писем фанатов, среди которых была королева Виктория. Сейчас это работает на всю катушку в комиксах, мультфильмах, фильмах и книгах.

Недавно сценарист Юлия Илдис написала статью про «Игру престолов», в которой сформулировала понятие 3D-драматургии. Она пишет о том, что Джордж Мартин выбивает у зрителя почву из-под ног тем, что не дает предположить, кто из героев погибнет следующим. Зритель лишается привычного контроля, он не держит джойстик в своих руках, он проживает жизнь вместе с героем.

Можно сказать, что в фильме Лина происходит обратный процесс, который можно назвать 3D-связью с общественностью. Мы видим стандартный набор — у нас есть знакомые члены экипажа ко­рабля «Энтерпрайз», сам корабль, который любим зрителем не меньше, классический злодей, травмированный обществом и мстящий за сломанную жизнь, и великолепные спецэффекты. Помимо прочего, фильм постарался порадовать все слои общественности, чтобы приблизиться к современным реалиям. К примеру, рулевой «Энтерпрайза» Хикару Сулу обзавелся любящим мужем. И все это, конечно, приятно и полезно, благодаря этому точно окупится потраченный бюджет, у фильма появятся новые фанаты и неплохая почва для продолжения (кстати говоря, то, что оно будет, уже подтверждено). Но хорошо ли это для кинематографа? Искусство должно удивлять, а мы имеем огромное количество похожих друг на друга фильмов, и «Стартрек» выделяется из общего ряда только колоссальным историческим пластом и армией фанатов, стоящих позади.

Между прочим, о настоящих гиках никто не позабыл. Чего стоят отсылки к «Оригинальному сериалу», обыгранные Пеггом с очарованием британского юмора. В феврале 2015 года умер Леонард Нимой, первый Спок. Актеру в фильме отдается дань уважения, и скорбь всего фанатского сообщества выражена в скорби Спока, который тяжело переживает смерть своей «старшей версии». К несчастью, это не единственная смерть, повлиявшая на вселенную «Звездного пути». Незадолго до выхода фильма трагически погиб Антон Ельчин, игравший в перезапуске энсина Павла Чехова. Фильм посвящен памяти обоих актеров.

Итак, мы видим, что у фансервиса есть свои плюсы и минусы. Многие верные поклонники разочарованы тем, что последние фильмы «Звездного пути» далеко отошли от аутентичной вселенной, но на их место встали фанаты, полюбившие уже новый «Звездный путь». Одно известно точно: являются ли последние фильмы франшизы произведением искусства или голливудским копипастом — до тех пор, пока у «Вселенной» остаются ее фанаты, она будет жить долго и процветать.

Алиса Голубева —
специально для «Новой»