Пусть о них не говорят

Белорусские власти пытаются из политических заключенных — ветеранов-афганцев — сделать террористов

«Я, гражданин Республики Беларусь, предприниматель Автухович Николай Николаевич, делаю официальное заявление о том, что не могу, не хочу и не буду больше терпеть беззакония против нарушения конституционных прав простых людей. Чиновники,...

«Я, гражданин Республики Беларусь, предприниматель Автухович Николай Николаевич, делаю официальное заявление о том, что не могу, не хочу и не буду больше терпеть беззакония против нарушения конституционных прав простых людей. Чиновники, как беспомощного зверя, загнали меня в угол, чтобы надолго запрятать в тюрьму. За три года репрессий чиновники должны были понять, что я их не боюсь, потому что правда на моей стороне. Бороться за эту правду буду всегда, пока не восторжествует справедливость. А те, кому это не нравится, и есть те самые коррупционеры и трусы. На колени перед произволом не встану. Я использовал все законные возможности доказать, что я ни в чем не виноват. Поэтому я принял решение, что сам буду доказывать свою невиновность, при этом я буду руководствоваться только моральными принципами, а не оружием. Мое оружие — это правда. Сильнее правды ничего нет. Правду не утаить».

Это письмо на имя генпрокурора Беларуси волковысский предприниматель, ветеран афганской войны, защитник прав и тех, и других — предпринимателей и афганцев — Николай Автухович написал в феврале 2006 года, вскоре после первого ареста. 8 февраля нынешнего года, за день до суда, который должен был принять решение об условно-досрочном освобождении, Николая Автуховича арестовали снова. Между первым и вторым арестами произошло многое. 74-дневная голодовка с потерей 40 килограммов веса. Суд, приговоривший Автуховича и его коллегу, активиста предпринимательского движения Юрия Леонова, к трем с половиной годам тюрьмы. Заявление «Международной амнистии» о признании обоих узниками совести. Изменение наказания с лишением свободы на ее же ограничение. Работа таксистом. Ожидание УДО.

В конце января — громкий отказ от государственных наград по случаю 20-летия окончания афганской войны. 8 февраля — новый арест. Три года назад Николая Автуховича обвиняли в уклонении от уплаты налогов. На этот раз — в терроризме.

В прошлом воина, предпринимателя и правозащитника, а теперь осужденного таксиста Автуховича брали 30 бойцов антитеррористического спецподразделения «Алмаз». Вместе с ним снова арестовали Юрия Леонова. И за компанию, чтобы преступную группу с предварительным сговором сколотить было легче, взяли еще одного бывшего военнослужащего — Владимира Осипенко.

В 2006 году Осипенко объявлял голодовку солидарности с Автуховичем и Леоновым. До этого 10 лет работал налоговым инспектором в том же Волковыске. В 2003 году подал иск против своих начальников, обвинив их в коррупции и взяточничестве, и вынужден был уволиться. Потом внимательно изучал документы таксопарка Автуховича и, как опытный налоговик, признал: никаких норм законодательства Автухович и Леонов не нарушали. Когда-то Автухович создал в Волковыске частный таксопарк, в котором работали 120 бывших афганцев. В 2003 году, когда Лукашенко издал указ, запрещающий предпринимателям иметь более трех наемных работников, Николай Автухович устроил своих водителей в фирму «Ника-транс», которая по договору о возмездном предоставлении услуг предоставляла предпринимателю водителей для работы на его такси. В 2005 году его обвинили в том, что это была схема, позволяющая избежать уплаты налогов.

Сначала задержанным предъявили обвинение в поджоге дома бывшего начальника Волковысского РУВД Виталия Коцубы в 2004 году. Сам Коцуба был крайне удивлен, когда к нему пришли родственники арестованных. «Он сказал, что дело о поджоге дома давно закрыто и виновный отбывает наказание, — рассказала дочь Юрия Леонова Юлия. — Еще он нам сказал, что написал заявление в Волковысский суд, где также заявил, что никаких претензий к задержанным не имеет и присутствовать на судебных разбирательствах не будет». Обвинение по статье «Умышленное повреждение или уничтожение имущества» рассыпалось.

Почти полгода силовики ломали голову над возможным новым обвинением. Автухович, Леонов и Осипенко сидели в тюрьме совершенно невостребованными: никаких следственных действий с ними не проводили, потому что у следствия не было подходящих идей.

16 апреля Николай Автухович объявил голодовку. Голодал 91 день — до 16 июля. Это была самая длительная голодовка в истории белорусского сопротивления. Автухович требовал суда. Он не хотел подохнуть в СИЗО. Он хотел, чтобы его судили, и утверждал, что любое обвинение против него развалится, поскольку никаких противоправных действий он никогда не совершал. И прекратил голодовку только тогда, когда ему предъявили обвинение в терроризме.

7 июля были неожиданно арестованы директор фирмы «Ника-такси 22222» (раньше она называлась «Ника-транс», именно с ней когда-то заключал договор Автухович) Людмила Паремская и ветеран афганской войны Константин Уланов. Паремскую брали силами все того же антитеррористического «Алмаза». Уланов вообще никакого отношения к волковысским таксистам не имел и жил в Минске. Но обоих арестовали по делу Автуховича.

Людмилу Паремскую освободили через неделю. Спустя еще два дня на свободу вышел Уланов. Именно в это время задержанным предъявили новое обвинение. После освобождения Паремская и Уланов отказались говорить с журналистами, ссылаясь на тайну следствия. По мнению правозащитников, обоих арестовали с одной целью: выбить ложные показания против Автуховича, Леонова и Осипенко. Судя по молчанию Паремской и Уланова, так оно и произошло. И в деле Автуховича появился бесхозный гранатомет, найденный в Гродно 31 октября 2005-го.

Четыре года силовики пытались пристроить этот гранатомет хотя бы к какому-нибудь человеку или уголовному делу, да не смогли. Так и оставался злосчастный гранатомет «глухарем», но дождался-таки своего часа.

В начале июля Николаю Автуховичу, Юрию Леонову и Владимиру Осипенко было предъявлено обвинение по статье 359 УК Беларуси (террористический акт) в виде приготовления (статья 13 УК). В соответствии со статьей 13 ответственность за приготовление к преступлению наступает по той же статье УК, что и за совершенное преступление. То есть за терроризм. От 10 до 25 лет, или пожизненное заключение, или расстрел.

Кого же собирался взрывать волковысский таксист и узник совести? В МВД объясняют так: «Были установлены факты организации Николаем Автуховичем приготовления к физическому устранению председателя Гродненского облисполкома Владимира Савченко с целью оказания воздействия на решения, принимаемые государственными органами, а также из мести. Кроме того, было установлено, что летом и осенью 2005 года Автухович с иными лицами из мести государственному деятелю в связи с его служебной деятельностью осуществляли приготовление к посягательству на жизнь заместителя министра по налогам и сборам Василия Каменко». Обвинение вполне волковысского уровня. Раз обвиняемые жили в Гродненской области — значит, могли сводить счеты с губернатором. Раз двое сидели за уклонение от налогов, а третий вообще работал в налоговой инспекции, — значит, именно в этом министерстве можно присмотреть потенциальную жертву.

Но вот вопрос: почему вся сила белорусской репрессивной машины обрушивается на некоего провинциального предпринимателя и его окружение? Дело в том, что за последние годы Автухович перестал быть предпринимателем и правозащитником волковысского масштаба. Его фамилия — в каждом докладе любой международной правозащитной организации. О нем говорят в мире. Освободи Автуховича — и получишь народного лидера, которого примут все: и провинция, и столица, и заграница, и военные, и предприниматели, и интеллигенция, и таксисты… А еще — Автухович после освобождения стал одним из организаторов движения ветеранов боевых действий «Защитники Отечества». В оргкомитет кроме Николая Автуховича вошли правозащитник Олег Волчек и председатель Объединения инвалидов афганской войны Александр Комаровский. Все имеют ранения и награды. Все трое в январе отказались от лукашенковской юбилейной медали. После этого объединение выгнали из помещения, которое они арендовали 20 лет, а на правозащитника Волчека государственная пресса вылила тонну дерьма.

«Вы поймите, — говорит Комаровский, — Автухович прошел через такое пекло, что эта тюрьма и эти чинуши его напугать никак не смогут. Режим не хочет, чтобы против него объединялись люди, которые прошли через войну, и боится объединения таких людей».