Комментарии

Сто лет до финиша

Юрий Теряев, генеральный секретарь Федерации тяжелой атлетики:Сейчас любой спортсмен с уникальными способностями организма на вес золота— Добиваться результатов стало очень сложно: изучены все методики, что-то новое придумывается уже...

Юрий Теряев, генеральный секретарь Федерации тяжелой атлетики:Сейчас любой спортсмен с уникальными способностями организма на вес золота— Добиваться результатов стало очень сложно: изучены все методики, что-то новое придумывается уже медленно. Вы даже не представляете, какие нагрузки сейчас испытывают штангисты. А в связи с этим возрастает роль восстановительных процессов и, следовательно, необходимых для этого препаратов. Поэтому сейчас любой спортсмен с уникальными способностями организма на вес золота.— Но предел какой-то есть?— Я бы не был так категоричен. Простой пример: когда-то американец Пауль Андерсон в сумме трех упражнений поднял 512 килограммов. И считалось, что его достижение не будет побито в течение минимум ста лет. Но не прошел и один олимпийский цикл, как наш Юрий Власов, весивший гораздо меньше Пауля, улучшил его достижение. Так что потенциал есть, тем более что возможности человека еще до конца не изучены.— Может, когда человеческий организм будет уже не в состоянии эволюционировать, на помощь рекордам придет фармакология?— В нашем виде спорта «допинговая» тема уже набила всем оскомину… Все хотят улучшать свои достижения, устанавливать новые рекорды, и, безусловно, фармакология могла бы им в этом помочь. Но способны ли они во благо всего спорта пожертвовать результатом и не применять запрещенные препараты — для меня большой вопрос.

Зураб Орджоникидзе, директор Московского научно-практического центра спортивной медицины:В России наука идет одной дорогой, а спорт — другой— Если на спортивную медицину не обращать внимания, как это происходит у нас, то можно смело говорить о том, что новых мировых рекордов уже через несколько лет ждать не стоит. В России наука идет одной дорогой, а спорт — другой.Человеческие возможности нужно раскрывать с помощью спортивной медицины, задействовать целые институты. России нужен мощный центр спортивной медицины с большой лабораторией, клиникой биохимии, парагенетики.

Николай Дурманов, экс-глава антидопингового комитета Олимпийского комитета России:Среди огромного количества потенциальных чемпионов отыскивают настоящих монстров— Мировые рекорды будут «биться» и дальше. И, похоже, какого-то предела здесь нет. Одна из составляющих успеха — генетическая селекция. Эта тенденция заметна во всем спортивном мире. Среди огромного количества потенциальных чемпионов отыскивают настоящих монстров, демонстрирующих совершенно фантастический результат. По набору генов можно четко сказать, кто перед нами: спринтер или стайер, какие у него мышцы, какая у него нервная система. Но пока генетический отбор не может заменить тренерскую интуицию.— Вы упомянули о генетике. Возможно ли с ее помощью создать какую-нибудь «расу» спортсменов?— В ближайшем будущем — это удел фантастов и любителей всяких страшилок. А вот перспектива генного допинга вполне реальна. Он влияет на гены человека и по своей эффективности далеко превосходит все анаболические стероиды вместе взятые. Но не стоит думать, что технология генного допинга разрабатывается исключительно для спортсменов. Она абсолютно легально и открыто развивается в рамках большой медицины. На научные разработки в этом направлении тратятся миллиарды долларов. Но результаты этих исследований порой становятся очень опасным и трудно уловимым допингом.С другой стороны, в каждом из нас есть скрытые возможности. Какими мы бы ни были, пусть даже с залысинами и брюшком. В любом случае прошла пора поиска талантов. Теперь нужно находить гениев. Таких, как Фелпс, Исинбаева или Болт.— Получается, каждой стране надо «гоняться» за спортивными гениями?— Да, как раз та страна, которая наладит поиск спортивных гениев, и будет собирать весь «золотой» урожай. Существует важнейший компонент — массовый спорт. В нем-то мы и должны искать гениев. Которые потом испытают на себе всю «прелесть» наших супертехнологий.— Вы себе можете представить достижения спортсменов лет через 300?— А вы уверены в том, что к этому времени большой спорт как таковой сохранится? По-моему, вряд ли! Думаю, что жить спорту высоких достижений осталось лет сто. А потом… Потом большой спорт ждет судьба гладиаторских боев. Люди потеряют интерес к этому шоу. Исчезнет драматургия. Не стоит думать, что профессиональный спорт вечен.

Владимир Павлов, заведующий отделением функциональной диагностики Московского научно-практического центра спортивной медицины:Новое открытие в науке — новые рекорды— Своим вопросом о пределах человеческого организма вы поставили меня в положение писателя-фантаста — приходится рассуждать о том, что ждет нас через сотни лет. Безусловно, человеческие возможности ограничены, но каждая новая Олимпиада — это очередные рекорды. Мне это все напоминает математическую кривую, которая постоянно приближается к конечной точке, но никогда ее не достигнет.— А что способствует новым рекордам?— Во-первых, научная мысль, во-вторых, мутации генофонда. Доказано, что какие-то радикальные достижения в спорте приходятся на новый этап развития науки: новое открытие — очередные рекорды. Сейчас в этой области — регресс, который длится еще с 90-х годов. И очень медленными темпами начинает что-то восстанавливаться. — То есть в человеческом организме есть скрытый потенциал?— Просто неисчерпаемые возможности. Ведь в чем заключается дарвиновская теория: нет одинаковых людей, постоянно происходят мутации, комбинации генофонда. Например, давно доказано: негроидная раса выносливее белокожей.— Можно предположить, что в будущем именно при помощи спорта появится «суперчеловек»?— Нет. Потому что, совершенствуя одни способности, мы забываем о других. Те же негры выносливы в марафоне, но найдите хоть одного кенийского спортсмена в плавании.

Станислав Козловский, кандидат психологических наук, кафедра психофизиологии факультета психологии МГУ:Будущее большого спорта за генной инженерией — Новые рекорды — явление в какой-то степени удивительное. С одной стороны, резервы человеческого организма ограничены. С другой стороны, есть факторы, которые стимулируют новые достижения. Во-первых, новые методики тренировок; во-вторых, развивающиеся технологии, начиная от кроссовок и покрытия дорожек для бега и заканчивая материалом изготовления шестов для прыжков в высоту; и, в-третьих, — психология. Вот, например, не так давно придумали плавательные костюмы из акульей кожи. Вроде как технологическое достижение. Но было подсчитано, что такие костюмы могут улучшить результат всего на 3 процента. А по факту — улучшили на 7. В чем дело? В психологии: пловец, надевая такой костюм, уже чувствует себя увереннее, у него открывается второе дыхание.— Возможно появление универсального допинга, который бы улучшил результаты во всех видах спорта?— Вряд ли. У каждого препарата своя функция: одним нужно успокоиться, другим — взбодриться, третьим — улучшить работу мышц или дыхания. Допинговая панацея практически невозможна.— Но вы предел рекордам видите?— Трудно ответить. Например, стометровку люди за 100 лет научились бегать на одну секунду быстрее. Зато рекорды в этой дисциплине появлялись постоянно. Все потому, что счет идет на тысячные доли секунды, а в будущем может пойти и на десятитысячные. Но, безусловно, если смотреть в прогрессии, то невозможно представить, что кто-нибудь пробежит 100 метров за 5 секунд. На мой взгляд, в отдаленном будущем максимум этой дистанции будет показатель в 9,1 секунды.— То есть рекорды могут прекратиться?— Если человек не изменится, то рекорды — да, прекратятся. Сейчас большое внимание уделяют генной инженерии. Уже есть специальные препараты, которые модифицируют ген. Если гипотетически представить далекое-далекое будущее, когда появятся генно-модифицированные люди с длинными ногами и стальными мышцами, тогда, может быть, и будут новые рекорды. Но пока это невозможно.— Но если возможности организма ограничены, то способности нашего мозга пока еще не изучены. Может, в нем кроется скрытый потенциал человека?— Существуют психологические факторы, влияющие на различные ощущения. Например, у пловцов есть чувство сопротивления воды, хотя обычный человек на это не обращает внимания. Или чувство дистанции, времени… Помимо всего этого есть так называемые методы биологической обратной связи, когда человеку ставят датчики на тело, чтобы определить, в какое функциональное состояние ему нужно попасть. С их помощью он учится регулировать частоту сердца, дыхание, нужные ритмы мозга. Потом эти электроды убираются, а человек уже всему научился. На психологическом уровне.

Валентин Маслаков, главный тренер сборной России по легкой атлетике:Мировым рекодам предела нет

— Мировые рекорды мотивируют атлета на совершение недосягаемого. Еще не так давно казалось немыслимым «выбежать» из 10 секунд на стометровке. Атлеты доказали обратное. Вспомните хотя бы прошедшую Олимпиаду и ямайца Болта с его 9,6. Причем он финишировал, что называется, с запасом.— Мы давно не слышали о рекордах в прыжках в длину, высоту, может быть, в этих видах спорта уже достигли своего предела?— Нет. Я думаю, что тут, так же как и в других дисциплинах, не может быть предела. Значит, еще не появился тот, кто сможет выше или дальше всех прыгать. Вспомните 1968 год, когда Бобби Бимон превзошел предыдущий результат на целых 55 сантиметров и установил мировой рекорд. К тому же все зависит не только от таланта, но и от желания тренироваться в полную силу.— А вот если предположить, что в будущем человечество достигнет все-таки рубежа возможностей, и тогда, чтобы спорт оставался интересным и завораживающим, разрешат принимать допинг?— Если всем разрешат? Пока всем его только запрещают, но я не исключаю, что он присутствует «где-то рядом». Мне кажется, ничего не изменится, лишь на стадионе будет идти в прямом смысле слова убийственная борьба. И основное направление в этой борьбе — научные лаборатории: каждая страна будет стараться разработать новый усовершенствованный препарат. Но все равно — все будет развиваться, и мы достигнем небывалых рекордов.— Значит, мировым рекордам предела нет?— Абсолютно верно!