На содержание Тувы уходят огромные бюджетные деньги. И они доходят. Не дальше местных чиновников. Семейные тайны президента Ооржака Фамилия парня, осужденного за убийство кызыльского милиционера Минтаева, вызывала ненужные ассоциации. Дело...

На содержание Тувы уходят огромные бюджетные деньги. И они доходят. Не дальше местных чиновников. Семейные тайны президента Ооржака

Ф

амилия парня, осужденного за убийство кызыльского милиционера Минтаева, вызывала ненужные ассоциации. Дело в том, что перед покушением Евгению часто угрожали по телефону. Он, по мнению звонивших, постоянно лез не в свое дело. Копался, к примеру, в семейных делах бывшего президента Тувы, а ныне председателя ее же правительства Шериг-оола Ооржака. Расследовал историю хищений на местном мясокомбинате. Его предупреждали, он не понял. Вот и дождался — заточки в бок. От некоего подростка Ооржака...

М

илиционера Евгения Минтаева убили возле дома. Заскочил на минуту в магазин и напоролся на одуревших от вина и безделья подростков. Дело было раскрыто в считаные дни. Да и преступники не особенно прятались. Кызыл — не Москва. Это в столице, что ни месяц, взрывают машины и стреляют в подъездах.

Здесь, за Саянами, действуют проще — арматурой по голове, ножом в спину, тяжелыми ботинками по лицу. Один из убийц, как рассказывали на суде свидетели, долго тыкал заточкой в лежащего на грязном асфальте Евгения и кричал: «Смотрите, как надо убивать русского мужика!». Судья потом долго переспрашивал: «Почему именно русского?». По национальности Евгений — бурят, спутать его с русским совершенно невозможно...

Приговор по делу убитого милиционера огласили на днях при полном равнодушии прессы. Скандалов, связанных с тувинским руководством, хватает и без того. Взять хотя бы попытку прокурорского «наезда» на кызыльскую журналистку Оюн, которая задала российскому президету «не тот» вопрос. Или недавняя поимка целой команды «избирателей», которые во время последних выборов в Верховный хурал республики вбрасывали в урны для голосования пачки «левых» бюллетеней. Чего уж говорить про обычное убийство обычного милиционера. Да и фамилия преступника для местных СМИ уж больно «неудобна».

Род власти

Вообще-то, Ооржаков в Туве много. Родовые фамилии остались с прежних, кочевых времен: Монгуши, Салчаки, Кужугеты и Ооржаки. Скорее всего, тот Ооржак, который убил милиционера Минтаева, к августейшей семье бессменного тувинского руководителя никакого отношения не имеет. Зато участие правящего клана в некоторых сомнительных делах, как и предполагал Евгений, подтверждается документально. Взять хотя бы историю с финансированием последних выборов.

Задача была поставлена четко: изменить Конституцию республики. Для страховки от непредсказуемости российского Конституционного суда, затянувшего с решением относительно допустимости третьих губернаторских сроков, президент Тувы должен был стать председателем ее правительства.

Понятно, что готовить такой кульбит силами местных политологов станет только неисправимый романтик. Тувинское руководство решило не изобретать велосипед, а потому подготовкой общественного мнения в республике занялась известная московская фирма. Цена, правда, тоже была столичная, но тувинские политики не торговались. Понятно, что президентская (то есть, пардон, председательская) предвыборная кампания — дело затратное.

Бензин для механизма избрания президента

Деньги нашли довольно оригинальным способом: взяли да и распродали государственный запас горюче-смазочных материалов. Его, видите ли, положено хранить на случай войны, а Тува ни с кем воевать не собирается. (Хотя исторический казус налицо: Тувинская Республика до сих пор в состоянии вооруженного конфликта с Германией. Де-юре, разумееся.) Правда, сразу после всенародного волеизъявления возникла небольшая проблема.

Отсутствием государственного запаса ГСМ заинтересовалась высокая московская комиссия, так что республиканским властям пришлось срочно свозить «левые» ГСМ со всей республики, а по окончании демонстрации — возвращать бензин владельцам. Ну и красноярцы выручили: предложили купить недостающие материалы. Подписали акт передачи, а ГСМ, понятное дело, бесследно исчезли. Единственным последствием операции стала заметная «дыра» в республиканском бюджете.

Нужно было латать финансовые прорехи. Поднапряглись тувинские власти да и придумали постановление «О результатах проверки наличия остатков нефтепродуктов первой группы в ГУП «Тыванефтепродукт», мерах и сроках их восстановления до конца 2000 г.».

Схема спасения бюджета получилась по-советски немудреной: разбазаренные ГСМ оформили как «товарный кредит» местным совхозам, собрали недостачу, а потом совхозы благополучно развалились. Предварительно совхозное начальство расписалось в том, что кредит, мол, за товар получили и претензий к тувинскому правительству не имеем. И все. Правда, по недоразумению копия постановления была вынесена на обсуждение в правительстве. Реакция была бурной. Президент Ооржак, по обыкновению, объяснил все происками «деструктивных сил», а почти все экземпляры его же постановления были спешно уничтожены.

Сын за отца

Финансирование выборов в самом бедном из российских регионов — тема отдельная. Хотя бы потому, что среди прочих сбором средств здесь занимаются не только высшие чины республиканского руководства, но и их ближайшие родственники. Например, одной из центральных фигур «финансового штаба» прошлой кампании по выборам главы республики был Андриан Шериг-оолович Ооржак — сын бессменного тувинского президента.

По некоторым данным, Андриан Ооржак контролирует финансовую корпорацию «ОГИС» (этакий скрытый офшор), занимающуюся регистрацией юридических лиц в Туве. Виза «околопрезидентской» конторы дает компаниям немалые льготы, а деньги за каждую регистрацию (три тысячи долларов) должны направляться якобы на «создание локальных свободных экономических зон на территории Республики Тува и развитие приоритетных направлений экономики республики».

«Новая газета» уже писала об этом в статье «Тувинская офшорная аномалия». За год существования фирма выручила, по официальным данным, около двух миллионов долларов. Правда, в Министерстве финансов Тувы о подобной организации никто не слышал, а потому денег в местный бюджет от нее не получали.

Расследованием «офшорных дел» президентской «семьи» занялся заместитель председателя администрации столичного Кызыла Генрих Эпп. «Напряг», пользуясь служебным положением, изворотливых чиновников «ОГИСа», собрал тома разоблачительных документов. Вот только уголовное дело местные правоохранительные органы возбуждать не стали. И заниматься поиском авторов угроз, которые Эпп получал каждый день, — тоже. А потом принципиального Генриха Эппа убили...

Отбивная из кредита

Говорят, что для милиционера Евгения Минтаева роковыми стали расследование «сигнала» о хищениях на местном мясокомбинате да еще повышенный интерес к слухам о двух дорожно-транспортных происшествиях со смертельным исходом, в которых, по некоторым данным, были замешаны дети президента.

Обстоятельства ДТП с участием сыновей Ооржака в Кызыле предпочитают обсуждать вполголоса. Якобы погибли в них несовершеннолетние жители города, а родители пострадавших получили за молчание деньги и жилплощадь. Проверкой слухов занимались тувинские правоохранительные органы, но результаты расследования никому не известны.

Зато о проблемах Кызыльского мясокомбината в Туве знает каждый. Впрочем, для законного милицейского интереса к этому предприятию особых «наводок» не требовалось. По мнению местных жителей, перерабатывает комбинат не мясо, а московские деньги. Во всяком случае, количество его продукции никак не соотносится с масштабом полученных инвестиций.

К слову, поток денег из федерального бюджета вполне заменяет Туве пресловутую нефтяную трубу. После давнего межнационального конфликта Россия поспешила вывести из республики войска, оставив только пограничников, а сам регион сел на особый режим финансирования. Сегодня бюджет Тувы на 98% состоит из дотаций. Кстати, оставшиеся 2% получаются из налогов все тех же бюджетников.

Единственной проблемой местного начальства стал поиск нового предлога для получения очередного трансферта. К примеру, на реконструкцию того же мясокомбината. Правда, «у руля» должен стоять «свой» — иначе московские деньги и вправду придется тратить на кирпич и новые мясорубки.

Прежнее руководство Кызыльского мясокомбината разогнали с подачи республиканского Минсельхоза. Новое, по общему мнению, полностью состоит из дальней родни Ооржака. А инвестиции перед попаданием на комбинат определенным образом «просеиваются». Например, из кредита для закупки мяса кассир комбината увидел только половину. Судя по документам, деньги потратили на новое оборудование, обустройство внутренних цехов и массу других полезных для мясного производства вещей. В действительности был куплен котел, бывший в употреблении, а отремонтировали только столовую для комбинатского руководства. Судьба остальных денег, как водится, неизвестна.

Улицы разбитого детства

Убийцы Евгения Минтаева виноватыми себя не считают. Говорят, что милиционер сам нарвался: не дал закурить. Да и убивать они его не хотели. Так получилось — спьяна. Типичный случай. Никакой политики. А расследования Евгения и угрозы, которые он получал, — не более чем случайность.

Каждый житель Тувы знает, что шумные компании кызыльских подростков нужно обходить стороной. Каждый второй хулиган ходит здесь с самодельной заточкой, поэтому пьянка всегда рискует перерасти в драку и поножовщину. А пьют здесь много и часто. Излишняя, с точки зрения жителя Центральной России, агрессивность объясняется двумя причинами: низкой устойчивостью организма степняков к алкоголю и массовой безработицей. Вот и пьет молодежь, отнимая у родителей пенсию и «чистя» карманы припозднившихся прохожих.

Но смерть Минтаева все-таки вызвала некоторые изменения в жизни республики. Власти решили всерьез заняться проблемой подростковой преступности.

Жена председателя Ооржака Сарой Монгушовна даже учредила специальный фонд поддержки сирот и детей-инвалидов. Говорят, на его счет уже перечислены первые взносы от чутких к проблемам детства местных коммерсантов. Вот только как будут расходоваться эти деньги привычными к кредитам тувинскими чиновниками, не знает никто.