ВИНТАЖ ДЛЯ НАСТРОЙЩИКА

КИНОБУДКА

В августе выборгские вагоны поезда «Лев Толстой», за одну ночь соединяющего Москву с Хельсинки, перевыполняют план. Вечный тамада Борис Хмельницкий и вечный генерал Алексей Булдаков картинно рассказывают на перроне анекдоты. Проводница...

В августе выборгские вагоны поезда «Лев Толстой», за одну ночь соединяющего Москву с Хельсинки, перевыполняют план. Вечный тамада Борис Хмельницкий и вечный генерал Алексей Булдаков картинно рассказывают на перроне анекдоты. Проводница называет юбилейным голосом номер купе и близоруко вглядывается — вдруг тоже артистка. Я так же внимательна к соседке по купе: красивая, ухоженная женщина. Бывает, весело проболтаешь с такой весь вечер, потом увидишь на экране черт знает что, а знакомство обязывает. Оказалось — мама актрисы из фильма Аллы Суриковой. «А в Выборге, наверное, ужасно холодно и сыро», — печально говорит артисткина мама. «В Выборге чудесно, — с жаром выпаливаю я. — Там никогда не бывает пыли, ведь город построен на скалах. Там уютные кафешки с дореформенными ценами. Там крепость, где Балабанов снимал «Замок» по Кафке. Там Монрепо, в конце концов».

«А это что такое?» Я бормочу про воду, про острова, про тишину, про деревья, которые растут на здешних камнях вопреки природе, но она вдруг вставляет слово «Версаль», и все рассыпается. Монрепо не Версаль, здесь роскошь другого свойства. Два с половиной века назад русские солдаты полгода засыпали финский гранит, из которого сделаны колонны Казанского собора в Питере, плодородной землей. Советская власть устроила здесь ЦПКиО имени Калинина. Аллеи заасфальтировали, а на остров с фамильными саркофагами подвыпивший народец ходил справлять нужду и поискать сокровищ в чужих гробах. Но за последние 15 лет тишина вернулась такая, что впору на компакт-дисках продавать.

В августе в Выборге, как на вещевой ярмарке «Коньково», всегда хорошая погода, которой идут и жара, и дождик, и кинофестиваль. «Окно в Европу» за 12 лет существования двигали по числам — но ни разу не оставалось дурного воспоминания. Впрочем, впервые выгрузившись в Выборге, можно и расстроиться. Стены провинциального вокзальчика обещают что-то уныло-безликое. Когда-то на его месте стояло чудо архитектуры, на которое ездили смотреть со всей Европы. Но наши войска, на пару недель сдавшие Выборг в 41-м, взорвали его первым делом.

Гостиница «Дружба», которая на десять фестивальных дней перестает быть очагом разудалого финского пьянства, тоже стоит напротив каких-то панельных многоэтажных мерзостей. В этом году одну мерзость стали разбирать — причем вручную. «Ну и что бы ее не шарахнуть динамитом?» — деловито интересуется драматург Лена Гремина. Нет, тут так нельзя. Выборг — город сказочный, тесно сбитый, средневековая узость мощенных брусчаткой улиц только раз расступается, чтобы пропустить в центр запущенный парк-эспланаду с каруселями для дошколят, гигантским полиэтиленовым шатром с синей символикой горького финского пива Lapin Kulta и потрясающей скульптурой «Лось» работы финского же скульптора Мянтюнена.

Алла Демидова, приехавшая на фестиваль с собачкой, которая вместе с хозяйкой сыграла в новом фильме Киры Муратовой «Настройщик», хочет увидеть другую скульптуру — «Мальчика с кошкой». Так вот же она, прямо по дороге к кинотеатру «Выборг-Палас». Полуметровый голый карапуз с явными первичными половыми признаками, табуретка в виде античного портика и здоровущий котик на ней. Стоит себе в кустах на углу Ленинградского проспекта и набережной 40-летия комсомола. А раньше здесь был утраченный финский «Мальчик с рыбой». Алла Сергеевна недоуменно разглядывает кошку, пекинес чихает. То же самое повторяется на экране, когда Рената Литвинова заходит в дом к героине Демидовой. Рената играет аферистку-клоунессу, молодую красавицу, приходящую в настоящее отчаяние от отсутствия богатого мужа и денег. А Демидова — постаревшую даму с собачкой, экзальтированную хозяйку музыкального салона. Они такие прекрасно разные, будто с разных планет — не только в фильме, но и в жизни.

Но обе монтируются с игрушечным Выборгом, похожим на кунсткамеру странностей. Этот винтажный городок смешивает первоклассный северный модерн, мировые шедевры функционализма Алвара Аалто и Уно Ульберга с феноменологией захолустных вывесок и объявлений. Посреди залитого солнцем Ленинградского проспекта (шириной с переулок) — грозный плакат «Осторожно, сосульки!». За углом — универмаг с зазывной витриной «Кальсоны — бикини». Хозяева соседнего продуктового магазина и салона красоты сэкономили на вывесках, создав объект «Парикмахерская Рыба». Но фестивальные дамы ходили причесываться в салон «Харакири». На Крепостной улице местные мистики-шутники из зимнего щита с надписью «Сверху падает наледь» создали несезонное предупреждение: «Сверху падает нелюдь». После «Ночного дозора» невольно задираешь голову.

То, что кинофестиваль прижился и расцвел на этом конце света, — обыкновенное чудо. Остановившаяся по дороге в Лапландию андерсеновская сказка с примесью льюискэрролловского абсурда прожила бы и без кино. Кай и Герда учатся в филиалах петербургских вузов, Алиса водит экскурсии в заповеднике «Монрепо», Траляля и Труляля «нарезают» пиратские диски на компьютере, а Снежная Королева ежегодно разукрашивает дома сосульками и наледью. Какие фильмы сюда ни вози, они этот город не испортят. Но зал на всех просмотрах полон под завязку. Смотрят любую дребедень вежливо, а потом ставят оценку в анкетах зрительского конкурса «Выборгский счет». И публика тут совсем не проста. На комедии Суриковой «О любви в любую погоду» глупым шуткам смеялась, но баллы дали невысокие, предпочтя то, что отметили и жюри, и критики, — «Свои» Дмитрия Месхиева и «Русское» Александра Велединского. «Настройщика» Киры Муратовой показали на закрытии, так что его балл можно было оценить только в аплодисментах. Продолжительных, как и сама картина.