ЗАГОВОРИВШИЕ СТЕНЫ

ТЕЛЕРЕВИЗОР

Едва ли кто узнает сегодня тот самый подоконник, на котором любила лежать, глядя на Москву, Марина Цветаева. Или комнату в коммуналке, где в порыве безответной любви Пастернак выпил пузырек йоду. Или квартиру, где впервые встретились...

Едва ли кто узнает сегодня тот самый подоконник, на котором любила лежать, глядя на Москву, Марина Цветаева. Или комнату в коммуналке, где в порыве безответной любви Пастернак выпил пузырек йоду. Или квартиру, где впервые встретились Сергей Есенин и Айседора Дункан. Безымянные дома без роду, племени и мемориальных досок долго молчали, пока с ними не «заговорил» литературовед Вячеслав Недошивин в авторском телецикле «Безымянные дома. Москва Серебряного века». 20-серийный проект стартует на ТВЦ 4 апреля.

У каждого знаменитого дома свой сюжет, своя история. Зрители увидят по три фильма об Анне Ахматовой и Андрее Белом, по два — о Брюсове, Бальмонте, Ходасевиче, Хлебникове и Волошине, по одному — о Зинаиде Гиппиус и Гумилеве, они редко бывали в Москве. Мы задали Вячеславу НЕДОШИВИНУ несколько вопросов.

— Скажите, что интересного узнали вы для себя в процессе работы над московским циклом?

— Целью моей был рассказ не только о домах, где жили поэты, но о страстях, о жизни людей! Их встречи и увлечения, дуэли и влюбленности, обиды и творческие триумфы — все это элементы фабулы. Детектив страстей! Зрителям предстоит подняться на крышу химической лаборатории МГУ, где студент Андрей Белый собирал «Кружок друзей плоской крыши». Оказывается, цел даже парапет, по которому вышагивал поэт со стаканом чая на голове. Мы нашли чердак, на котором Брюсов дал когда-то пощечину Бальмонту, и любимую скамью Ахматовой на Серпуховке. Мне было, признаюсь, интересно все. Найти дом Игумнова на Якиманке, который поразил своей архитектурой совсем еще юного Хлебникова; подняться на сцену бывшего театра Балиева, где шла пьеса Ходасевича; найти место в Политехническом музее, где в Брюсова пыталась выстрелить влюбленная в него женщина… Кажется, всего-то сто найденных адресов, а событий, о которых помнят эти дома, буквально тысячи.

— Почему вы обратились именно к этой теме?

— Это сумасшествие сложно объяснить. Я помню, как мама водила нас, детей, по городу и рассказывала о местах, связанных с именами русских поэтов. Может, увлечение оттуда? Во всяком случае, я всю жизнь собирал зачем-то адреса поэтов в Петербурге, Москве и Париже. А уже дома эти «рассказывали» мне свои фантастические истории. Шучу! Я просто стремился свести воедино сведения из мемуаров, переписки, опубликованных документов, чтобы восстановить ход событий прошлого и даже позапрошлого века.

— Вы уверены, что такие экскурсии в прошлое нужны зрителю?

— Это путеводитель, которым каждый волен воспользоваться. Если это, разумеется, заинтересует кого-либо. Но, с другой стороны, когда я сделал несколько лет назад подобный цикл из 60 серий о Петербурге — это оказалось нужным довольно многим. Нынешний московский цикл будет включать 40 серий — их покажут целиком к 860-летию Москвы. А потом, если хватит сил, я возьмусь за истории, связанные с Парижем, где, как известно, жили и умирали многие русские поэты. Увы, безымянных домов, про которые мало кто знает, и там немало. Главное, чтобы это было востребовано зрителями. Чтобы был кто-то, кто еще включает телевизор ради знаний и ради нашей общей, без громких слов, великой культуры.