Помеха с правом

Рядовым водителям не положено знать, что разрешено тем, кто сидит за рулем машин сопровождения

Нормативных актов, определяющих, как должны себя вести «специальные» автомобили, существует множество. Самый «свежий» из них — это «Положение о сопровождении транспортных средств автомобилями Государственной инспекции безопасности...

Нормативных актов, определяющих, как должны себя вести «специальные» автомобили, существует множество. Самый «свежий» из них — это «Положение о сопровождении транспортных средств автомобилями Государственной инспекции безопасности дорожного движения». Оно было утверждено совсем недавно, 17 января 2007 года, и, кстати, разрабатывалось в рамках президентского курса на борьбу за порядок на дорогах. Речь в постановлении идет о том, что машины ГИБДД, сопровождающие те или иные авто, обязаны соблюдать правила, особенно те пункты, которые касаются выезда на встречку, проезда на красный свет. Документ, конечно, правильный, но бессмысленный — в самом начале есть оговорка: нормы не касаются автомобилей, сопровождающих лиц, подлежащих государственной охране.

Для тех, кому «ледоколы» выделяются по закону о государственной охране — а это чиновники, начиная от президента и заканчивая тем же верховным судьей, — действует иной документ, принятый еще в 1995 году. Это приказ МВД о мерах по обеспечению беспрепятственного проезда автомобилей специального назначения. В приказе есть немногочисленные инструкции, в которых говорится о том, что скорость и полосы движения выбираются, исходя из дорожной обстановки, учитывая требования сопровождаемого лица.

Практически же то, как должны себя вести водители всех типов спецмашин, определяют другие документы — это инструкции ФСО или МВД с грифом «совершенно секретно». Обычные российские водители не имеют права знать, что именно разрешено привилегированным шоферам.

Однако многие пункты этих инструкций просочились в частные охранные агентства, которые, хоть и не имеют льгот в законе, все же применяют методы спецслужб. Дисциплина, по которой сдают зачеты все водители машин сопровождения и спецтранспорта, называется «защитное вождение автомобиля». Это комплекс приемов по обеспечению безопасности VIP-лица, не имеющих ничего общего с «безопасным вождением».

Судить о принципах «защитного вождения» мы можем лишь по курсам для телохранителей, которые читают бывшие сотрудники спецслужб. Тарану, в частности, посвящена целая глава в книге «Служба безопасности».

Согласно теории «защитного вождения», изложенной в онлайн-версии сборника, таранить машины нужно для того, чтобы мешающий автомобиль «столкнуть с дороги и мчаться прочь».

Чтобы правильно протаранить чужую машину, нужно «снизить скорость до 20 км/ч не больше чем на расстоянии одного корпуса до машины», а потом резко разогнаться. Если столкновение произойдет на скорости больше 40 км/ч, то «вы рискуете вдавить ваше переднее крыло в шину и остановить ваш собственный автомобиль». А бить мешающую машину обязательно нужно углом переднего бампера, чтобы повреждения все-таки позволили кортежу ехать дальше. Причем удар, как указывают авторы сборника «Служба безопасности», нужно направлять в слабое место «помехи», в ту часть, что полегче, чтобы машина развернулась и освободила кортежу путь.

Эта инструкция и была использована водителем «Мерседеса», сопровождавшего председателя Верховного суда Вячеслава Лебедева. 10 сентября председатель ехал по Калужскому шоссе в Москву. Традиционный для этой трассы затор «Мерседес»-«ледокол» и машина Лебедева объезжали по встречной полосе. Ехавший по направлению в область «ВАЗ 2104» не успел уступить дорогу кортежу.

Как зафиксировали инспекторы ДПС на месте аварии, «Жигули» были протаранены вскользь, а на фотографиях видно, что основные повреждения «Мерседеса» — как раз на переднем левом крыле. Видимо, соблюдая технику тарана, VIP-водитель все-таки не рассчитал силу удара. Поэтому-то разбитый «ледокол» остался на месте ДТП. Зато председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев смог продолжить свой путь.

Поначалу власти не признавались, что в аварию попал кортеж судьи. Говорили о том, что мол, шикарный «Мерседес» — обычная патрульная машина. Чуть позже версия изменилась. По официальным данным, водитель «Жигулей» Наталья Труфанова не справилась с управлением и выехала на встречную полосу (направление в Москву) наперерез кортежу. Мало того что Наталья Труфанова серьезно пострадала, а в больнице скончался ее муж Александр, который был на пассажирском сиденье, ее хотели еще и обвинить в ДТП.

Дело было «взято на контроль» движением автомобилистов «Свобода выбора». Как рассказал председатель «Свободы выбора» Вячеслав Лысаков, организация начала поиски свидетелей аварии:

— Мы распространили наше объявление по интернет-форумам. Я оставлял свой личный мобильный телефон, — говорит Лысаков. — В результате довольно быстро мне позвонили два человека, которые видели аварию. Как мы и предполагали, «Мерседес» действительно объезжал пробку по встречной полосе, и, соответственно, Наталья Труфанова не может быть виновата. Я связал позвонивших мне свидетелей со следователями, и, надеюсь, их показания помогут объективному расследованию.

Сейчас следователи опрашивают свидетелей и водителя «Мерседеса», который, по неподтвержденным пока данным, является сотрудником Федеральной службы охраны. А параллельно идет другое следствие — об аварии, произошедшей через десять дней после ДТП с кортежем Вячеслава Лебедева. 20 сентября на Ярославском шоссе погиб губернатор Костромской области Виктор Шершунов (см.№ 73от 24 сентября 2007 года).

За последнюю неделю версия следствия по делу о гибели Шершунова кардинально поменялась. Если первоначально виновным в аварии назвали водителя автомобиля «Форд Фокус», который якобы выехал на встречную полосу, то теперь уже говорится о вине губернаторского водителя Владимира Цветкова. Следователи предполагают, что «Мерседес» Шершунова начал обгонять «Форд Фокус», который ехал в том же направлении, но водитель чиновника не справился с управлением.Конечно, большинству автомобилистов версия о виновности губернаторского шофера понравится, но и тут есть нестыковка. Погибший Владимир Цветков работал водителем губернатора уже много лет и считался отличным профессионалом. Почему он не справился с управлением при банальном обгоне — загадка.

Можно предположить, что следствие сообщает прессе лишь малую толику имеющейся информации. Кроме того, перестали пускать посетителей (и родственников в том числе) к единственному свидетелю ДТП — водителю «Форд Фокус» Андрею Никифорову.

P.S. За последние недели в России произошли крупные аварии с участием VIP-персон. 25 августа родственница Михаила Зурабова Анастасия Мальцева сбила на пешеходном переходе беременную женщину. 13 сентября погиб помощник Германа Грефа — автомобиль, в котором он ехал, вылетел на встречную полосу Кутузовского проспекта, зацепив еще пять машин. 15 сентября пьяный подполковник милиции выехал на встречную полосу Минского шоссе — произошла авария с участием четырех автомобилей. 20 сентября погиб губернатор Виктор Шершунов. 24 сентября опять на Кутузовском проспекте столкнулись шесть автомобилей из-за того, что «Ауди А8» с номером «милицейской» серии «ВМР» выехала на встречную полосу. Никаких выводов ни по одному из этих дел еще не сделано. Подробнее о VIP-авариях — в ближайшем выпуске вкладки «Шофёр».

Не согласиться с мнением Екатерины Квашенкиной и задать вопросы вы можете в личном блоге автора на blogs.novgaz.ru