ШЕСТВИЕ КОСТЫЛЕЙ

ВЛАСТЬ И ЛЮДИ

Человек протягивает пустую коробочку из-под лекарства. Тычет пальцем в ценник: «3560 рублей и 18 копеек». У Андрея Васильевича — рак. Ему пообещали пять лет жизни, один год уже прожит. Упаковки флюцимона, которую до сих пор он получал...

Человек протягивает пустую коробочку из-под лекарства. Тычет пальцем в ценник: «3560 рублей и 18 копеек». У Андрея Васильевича — рак. Ему пообещали пять лет жизни, один год уже прожит. Упаковки флюцимона, которую до сих пор он получал бесплатно, хватает на месяц. Как инвалид он получит тысячу рублей. Как чернобылец — еще тысячу. На экзотическое лекарство, не входящее в соцпакет, денег не хватит.

С самого момента появления «чернобыльского» закона — в 1991 году — его едва ли не каждый год пытаются «подправить». В 1999-м, когда причитающуюся чернобыльцам сумму возмещения хотели сократить, они приехали из Тулы в Москву, сложили свои ордена у памятника Жукову. Ордена потом рассылались по районам, а сокращать выплаты не стали.

На этот раз чернобыльцы двинулись маршем протеста на автобусах и поездах к стенам Госдумы из нескольких городов, попутно проводя митинги. Чернобыльцы для власти опасны. Это 56 тысяч героев фильма «Достучаться до небес». У многих дни сочтены — терять нечего.

Министры Зурабов, Шойгу и первый зам Исаева по думскому комитету Мосякин в срочном порядке пошли на переговоры с главой Союза чернобыльцев России Вячеславом Гришиным. И вроде как договорились. Но то ли сам Гришин вел двойную игру, то ли региональные отделения его усилия во внимание не приняли, но чернобыльцы в Москву на митинг прибыли.

Тогда предприняли последнюю попытку «не заметить» протест. На въезде в Москву колонну из 15 автобусов остановил ДПС: мол, сейчас дадим сопровождение, без него никак нельзя. Прождав больше часа, чернобыльцы поняли, что ни сопровождения, ни проезда не будет. Вышли из автобусов и отправились к метро.

К митингу на площади Революции присоединились правозащитники, профсоюзы, общества инвалидов, ветераны, «ЯБЛОКО», КПРФ, ЛДПР, «Родина», Молодежный левый фронт, лимоновцы и много кто еще… В иных обстоятельствах представить всех их вместе невозможно.

Прячась от солнца под зонтики, отдельной группой митинговали люди в инвалидных колясках. Из Москвы, Ростова-на-Дону, Самары… От коляски до коляски протянут плакат: «Машина — наши ноги, не отнимайте их!». Законопроект лишит их «обеспечения инвалидными техническими средствами реабилитации»: коляску, которую выдавали бесплатно, теперь придется покупать. (Коляска отечественного производства без технических излишеств стоит 10 — 12 тысяч рублей.) Деньги эти они, конечно, могут скопить, но кроме этого их лишают возможности работать и учиться. Отменяется господдержка предприятий, обеспечивающих занятость инвалидов, забираются льготы на образование. На вопрос, что будут делать, если закон все-таки пройдет в таком виде, отвечают с улыбкой: «Будем бороться, потому что выжить мы не сможем».

Ветераны тоже были настроены по-боевому, звенели медалями, обсуждая друг с другом, как бы «надрать единороссам задницу».

Из мегафонов раздавались предложения о досрочном отзыве «Единой России» и переизбрании Путина.

Митинг закончился, а Гришин все продолжал переговоры с Зурабовым.