Нечто среднее

Замахнувшись на обязательную 11-летку, чиновники продолжают не замечать тех, кто не окончил и начальной школы

Необходимо ли в России бесплатное среднее общее образование?Да, несомненно. Благосостояние страны во многом определяется тем, может ли она бесплатно учить всех, и до какого образовательного уровня она может себе это позволить. Исходя из...

Необходимо ли в России бесплатное среднее общее образование?Да, несомненно. Благосостояние страны во многом определяется тем, может ли она бесплатно учить всех, и до какого образовательного уровня она может себе это позволить. Исходя из этого, надо бы поприветствовать подписанный президентом 23 июля закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с установлением обязательности общего образования». Но не получается. Дело в том, что эти поправки создают иллюзию того, что дело сделано. Как выразился академик РАО Эдуард Днепров, это «попытка замести сор под шкаф».До сих пор у нас была обязательная девятилетка. Если подросток до пятнадцати лет основного общего не освоил, то он мог оставить школу «по согласию родителей». Но если он нарушал дисциплину, допускалось исключение из школы с четырнадцати лет. Как «согласовывают с родителями», когда учителя решают избавиться от неудобного подростка, каждому ясно: родители у этих ребят, как правило, незащищенные, не самые уверенные в себе, у многих «проблемных» вместо родителей — опекун.У школы же главный показатель — успеваемость. Вот она и избавляется от тех, кто ее портит. А тут еще ЕГЭ. 21,1% двоек по математике, 8,8% двоек по русскому в этом году. За них по головке не гладят…А куда деваются ребята, которых школа выдавливает? Об этом красноречиво рассказывает жесткая статистика уголовно-исполнительной системы…Новый закон об обязательном среднем образовании не поправляет ситуацию. Более того, он ее закрепляет! Дети, имеющие задолженности по двум предметам, и дети, переведенные в следующий класс условно с одной задолженностью и не пересдавшие ее, «продолжают получать образование в иных формах» — записано в статье закона. Как прокомментировал нам Олег Смилин, заместитель председателя Комитета по образованию Госдумы, «таких форм закон знает только три: очно-заочная (вечерняя), заочная и экстернат. То есть закон запрещает ребенку продолжать очное общее образование не только в школе, но и в ПТУ, и в среднем специальном учебном заведении. Вместо защиты прав ребенка предлагается новый вид его дискриминации!».Когда в начале лета в Комитете по образованию Госдумы проходил круглый стол, председатель Николай Булаев заверил, что плюсы и минусы законопроекта будут обсуждаться основательно: спешки не будет. Но 6 июля законопроект был принят уже в третьем чтении, а 11-го — одобрен в Совете Федерации. Поэтому, как утверждает академик РАО Эдуард Днепров, «законопроект не затрагивает ни одной системной проблемы, не содержит ни одного практического механизма, который бы обеспечил необходимые перемены. Он обходит все подготовительные педагогические, организационно-образовательные, социально-экономические меры, необходимые для реализации обязательного общего образования, а также избегает определения «бесплатное». Прямой насмешкой звучит статья 10: «Настоящий закон вступает в силу с 1 сентября 2007 года». Когда еще не начиналась сложнейшая подготовительная научная, методическая, организационная работа — уже предвыборно рапортуют о выполнении поручения Путина».Может ли переход на обязательное общее образование пройти без затрат? Наверное, это в первую очередь зависит от того, что действительно собираются делать. Похоже, ничего, потому что представители Минобразования утверждают, что средств на введение обязательного общего не потребуется.По сведениям министерства, в старших классах не учатся около 50 тысяч человек. Но посчитаны здесь только те, кто ушел из школы после девятого класса. Общественная палата, привлекая экспертов, насчитала 1 млн 200 тыс. таких детей школьного возраста с 1-го по 11-й класс. Организация учебы для них не может обойтись без затрат, что бы ни говорили чиновники. Доктор педагогических наук Любовь Духанина, председатель Комиссии Общественной палаты, которая экспертировала закон, утверждает: «С теми детьми, которых посчитало министерство, проще всего: ребенок не пошел в десятый класс, но девять классов он закончил. А если по возрасту ребенка надо определить в десятый класс, а он не закончил и начальную школу? Надо создавать специальные программы, формы обучения: с такими детьми придется работать индивидуально или в маленьких группах, разве это может обойтись без затрат? Необходимо обучить педагогов работать с такими детьми — и это требует серьезных ресурсов. Кроме того, у многих детей была материальная причина оставить учение: не во что одеться, нет школьных принадлежностей… Таким детям нужна адресная помощь. Как можно этого не учитывать?».Член Совета Федерации и член Комиссии по науке и образованию Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), доктор философских наук Анатолий Коробейников был и учителем, и директором школы, и первым заместителем министра просвещения СССР. Мы спросили его, как новый закон будет реализовываться в Ставропольском крае, представителем которого он является, и Анатолий Антонович рассказал: «То, что закон негожий, понимали все — и в Госдуме, и в Совете Федерации, но команду получили и пропустили, никто не вдумывался… Всеобуч нуждается в отдельном законе. Такие законы приняты уже в частностях: о ЕГЭ, об автономных учреждениях, а о коренной перестройке образования — не закон, а набор бессистемных поправок. Об учителе — ничего! Цена вопроса не определена, вернее, названа нулевой. Представитель министерства на вопрос о том, сколько детей не учатся, спокойно ответил: «Такой статистики нет». Все это вскорости обернется социальной бедой.Минобразования должно дать свои разъяснения, инструкции, формы. Каждый закон требует большого числа подзаконных актов, иначе он не заработает. И, конечно, потребуются деньги. Независимые эксперты называют сумму в 30—40 млрд руб. Эти неучитываемые затраты лягут на бюджеты регионов».Олег Смолин утверждает, что время бюрократических инициатив отдельно взятых реформаторов прошло, стиль реформирования сверху системе образования абсолютно противопоказан. Необходимо провести широкую общенациональную дискуссию о путях развития российского образования и подвести ее итоги на съезде работников образования, который не созывался уже с 1988 года.То, что переход на все-обуч не предполагает дополнительных затрат, и то, что закон не устанавливает никакой ответственности за его невыполнение, наводит на мысль, что никто ничего делать и не собирается. Галочка поставлена. Всеобщее среднее по закону в России есть. При том, что не выполнялся и закон об обязательной девятилетке. Никем не посчитанные миллионы детей продолжают пополнять контингент исправительных учреждений, где, кстати, обязательное среднее не отменялось с советских времен: детей в колониях все это время учили и учат.P.S. С нового учебного года «Новая» будет следить за тем, как на местах будут пытаться выполнить этот закон. Кто и как посчитает детей, которые не учатся, и как их вернут за парту.Работа над ошибками«Сделки с совестью разрушают личность учителя»У школы две основные функции: социальная и образовательная. С одной стороны, надо учить всех, не выбрасывая незрелых подростков на улицу. С другой стороны — надо учить качественно. Как гармонизировать количественный и качественный показатели работы, в школах думают не первое десятилетие. Доктор педагогических наук Евгений ЯМБУРГ смотрит на проблему не как внешний эксперт, а изнутри, потому что он не только член-корреспондент РАО, но и директор Московского центра образования № 109.— Если образование — обязательное и общее, то критерии оценки качества труда педагогов должны стать иными. Государственная услуга населению (полное среднее образование) в одночасье превращается из права в обязанность. Но нельзя научить всех одинаково.Какие бы изощренные технологии обучения ни применялись, они не гарантируют успешное освоение достаточно сложного содержания среднего образования тем детям, кто с грехом пополам освоил (или не освоил) девятилетний курс. Безусловно, с помощью эффективных технологий можно добиться положительной динамики в обучении ученика, его личностного роста. Но школу оценивают не по динамике развития подростка, а по конечному результату обучения. Учительница, которая будет собирать с улицы и тянуть запущенных детей, будет поймана и наказана за это благое дело на первом же ЕГЭ, и накажут ее рублем, потому что качество образования чиновники для простоты измеряют итоговыми оценками 4 и 5.Так стоит ли стараться педагогу, тратить уйму сил и времени на совершенствование методов и форм учебной деятельности, коль скоро его тонкая, филигранная работа не учитывается при его аттестации, положительно не влияет на его зарплату? Проще нарисовать тройку — и дело с концом. Но такая «простота» чревата колоссальными моральными издержками. Необходимость идти на постоянные сделки с совестью неизбежно разрушает личность самого учителя, приводит к потере им профессиональной идентичности.