Чувашский городок на краешке цивилизации Если вы почувствовали, что находитесь на 55 градусах 52 минутах северной широты и на 47 градусах 28 минутах восточной долготы, значит, вы — в городе Цивильске. Если при этом вы видите, что в пруду...

Чувашский городок на краешке цивилизации

Е

сли вы почувствовали, что находитесь на 55 градусах 52 минутах северной широты и на 47 градусах 28 минутах восточной долготы, значит, вы — в городе Цивильске. Если при этом вы видите, что в пруду плавают гуси, значит, вы — на окраине города; а если перед вами щиплют травку три козочки, значит, вы — в самом центре.

В

замечательном названии крошечного чувашского городка слышится «цивилизация», и она где-то тут, конечно, есть. А вот горячей воды нет. Из-за отсутствия средств воду не греют седьмое лето подряд. Кстати, случалось такое и прежде. В 1670 году Стенька Разин чуть было не взял Цивильск: его подружке княжне, говорят, взбрело принять теплую ванну. Но горячей воды в городе и тогда не оказалось. Стенька отступил к Волге и вынужден был искупать княжну в холодной воде.

Возможно, мы допускаем какие-то исторические погрешности, но известный Тихвинский женский монастырь здесь построили «в память об избавлении от разбойника Разина» — это факт. Какой разбойник навел на мысль построить в Цивильске еще и женскую лечебно-исправительную колонию для наркоманок, это пока не выяснено.

В девятнадцатом веке в Цивильске действовало 17 промышленных предприятий. К двадцать первому число их сократилось до 13, что может сбить с толку будущих историков. Нынешнее время здесь именуют в докладах как «период стабильного развития». При этом многие с тоской вспоминают период стабильного застоя. На последних выборах в Госдуму КПРФ тут поддержали 36 процентов избирателей. Нынче их вряд ли будет меньше. Отмечая 75-летний юбилей бывшего первого секретаря Цивильского райкома КПСС, местная газета тепло перечисляет достигнутые при нем успехи, особенно в сельском хозяйстве. И хлеба при нем были выше, и свиньи чище.

Тех свиней уже нет (думается, их съели олигархи, хотя этническое происхождение многим из них и не позволяет есть свинину), а дела на селе нынче неважные. Так, сельскохозяйственное предприятие «Знамя» установило минимальный размер оплаты труда (МРОТ) — 100 рублей в месяц. На этом фоне МРОТ в хозяйстве «Тиуши» можно понимать как максимальный — 140 рублей.

Цивильск, наверное, допустимо считать хмельной столицей России. Здесь находится единственный в стране Научно-исследовательский и проектно-технологический институт хмелеводства. Это правильно: Чувашия издавна производила чуть ли не 90 процентов российского хмеля. Чувашский хмель хорошо ударял в голову, и в эту голову вовсе не приходило, что содержание альфа-кислоты в нем какое-то не такое. А с недавних пор потребители пива стали во всем тонко разбираться (они и в вобле недостаток альфа-кислоты обнаружат), и пивовары перестали брать хмель с родных полей. Россия ежегодно тратит 65 миллионов долларов на покупку хмеля за границей, а наши хмелеводческие хозяйства пришли в упадок и заросли колючками.

Что делать? Разумеется, проводить совещания, желательно с банкетами. Крупное совещание хмелеводов и пивоваров прошло в Цивильске в мае с участием министра сельского хозяйства РФ Алексея Гордеева. Говорили о сокращении посевных площадей, снижении урожаев, помянули Германию, где не жалеют средств на научное обеспечение хмелеводства. В конце концов пришли к продуктивному выводу, что хмель — это «зеленое золото», и разъехались.

— С тех пор ничего не изменилось, — говорит директор института Алексей Смирнов. — Инвестиций нет, а средств, которые нам спускает Россельхозакадемия, не хватает даже на зарплату. Заработать недостающие деньги институт не может, так как хозяйства вокруг бедные и никакой договор ни с кем не заключишь.

А самое главное — хмелеводы до сих пор не знают, на кого работают. В данной отрасли после Госплана никакой объединяющей структуры не появилось. Нет менеджмента, нет кооперации. Нынче урожай неплохой, но хозяйства и прошлогодний хмель еще не продали. Плохо переработанный чувашский хмель подтверждает свое наименование многолетней культуры — много лет лежит на складах.

Жизнь тем временем продолжается, и надежда на ее улучшение не угасает. Поговорить на эту тему можно с политиками и с экономистами, а можно и с нищим по имени Александр, сидящим у Тихвинского монастыря. Александр был вполне успешным художником, но, как он рассказывает, погиб в Афганистане сын, спилась с горя жена, а сам он перебрался на паперть.

— Два месяца мне осталось просить подаяние, — говорит он. — Подал документы на пенсию — возраст подходит…

Жаль, ни город, ни страна через два месяца из нищеты не выберутся…