ПРО как элемент предвыборной кампании

Совместная противоракетная оборона России и НАТО становится внешнеполитическим хитом российского предвыборного года

Мы опять демонстрируем вставание с колен. Дмитрий Медведев в прошлый понедельник перед телекамерами поручил постпреду при НАТО Дмитрию Рогозину отстаивать версию противоракетного щита, которую он в ноябре в Лиссабоне изложил натовцам. Он...

Мы опять демонстрируем вставание с колен. Дмитрий Медведев в прошлый понедельник перед телекамерами поручил постпреду при НАТО Дмитрию Рогозину отстаивать версию противоракетного щита, которую он в ноябре в Лиссабоне изложил натовцам. Он наказал постпреду, чтобы тот заставил натовцев сразу определить место России в единой ПРО. Если договориться не удастся, жестко и публично пригрозил президент, то «придется принять целый ряд неприятных решений, касающихся размещения ударной ядерной ракетной группировки» на границах НАТО. Проще говоря, Россия ринется в новую гонку вооружений. Президент не уточнил, за счет каких средств и каких национальных программ.

Лиссабонское предложение Медведева называлось «секторальной» ПРО. То есть НАТО сбивает вражеские ракеты, выпущенные на Европу с запада и юга, а Россия — с востока. Президент подозревает, что в НАТО работа идет в неверном направлении.

Натовцы действительно не торопятся положиться на Россию в собственной безопасности. Они согласны только координировать свою гипотетическую противоракетную систему с российской. Генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен осенью в Москве предложил Медведеву вариант двух отдельных систем, которые защищали бы свои территории, но дополняли друг друга, кооперировались.

Медведев опасается, что такая схема без контроля Москвы над натовской системой ослабит российский потенциал ядерного сдерживания. А он пока главная гарантия суверенитета российского государства.

В штаб-квартире НАТО напутствие президента выполняли в разных форматах постпред Рогозин и начальник Генштаба Николай Макаров. Выйдя в стеклянный вестибюль штаб-квартиры НАТО, генерал Макаров разделил прессу на «свою» и «чужую». Сделал спокойное заявление с переводом на английский для всех, а потом, когда помощники попросили иностранцев отойти, повторил его перед отечественными телекамерами в более обвинительном в отношении НАТО тоне. Впрочем, не драматизировал. Да, мол, наши предложения не получили поддержки, но мы увидели у партнеров желание сотрудничать.

Председатель Военного комитета НАТО адмирал Джампаоло ди Паола не комментирует ультиматум Медведева, но дает понять, что это политическая буря в стакане воды. «Мы пока на слишком ранней стадии обсуждения ЕвроПРО, чтобы определенно представлять, кто какое место в ней займет», — сказал глава военного аппарата НАТО «Новой газете».

Сегодня единая ПРО — утопия. Лет через сорок, допускает генсек Расмуссен, будет такая продвинутая общая система, что сегодня нам и не снится. Политики и военные понимают эту реальность. Но споры на «высокую» тему в год выборов — как яичко к Христову дню.

Судя по утечкам «ВикиЛикс», прошлой осенью на фоне пафоса Лиссабонского саммита с Медведевым натовцы втихую утвердили план обороны Польши и Прибалтики. От кого? Натовцы не уточняют, а Москва принимает на свой счет. Ее требование к Брюсселю клятвенно обещать, что альянс не ведет военного планирования против России, осталось без ответа.