Начинать оформление загранпаспорта лучше заранее. Где-нибудь за год. Чтобы более или менее спокойно, чтобы без нервов. Но люди, как правило, вспоминают об этом в самый последний момент. Зря. Даже я, решившая, что буду умнее всех (занялась паспортом уже в мае), до сих пор нахожусь в ожидании. Так что лучше все-таки за год…
Решила оформить документ через турфирму, в которой заказывала путевки. Недешево, конечно, зато быстро, надежно и без очереди. Так я думала, когда первый раз шла в этот офис. Расценки были мне известны: за месяц — 100—150 у. е., а за двадцать три — двадцать пять дней — около 200 у. е., за десять — пятнадцать дней — до 300.
День первый. Двенадцатое мая. Офис.
Маленькая комната, два стола с компьютерами. Две женщины о чем-то оживленно беседуют. Одна постарше и по виду главная, другая лет двадцати пяти — менеджер. У стены стоит старый шкаф с ключом в замке — типа сейф, в котором хранятся все документы (особого доверия мне этот сейф не внушает).
Я посажена на диван, завалена красочными каталогами, чтобы не скучать. Иногда меня вежливо отвлекают от разглядывания отелей вопросами из анкет…
— Все готово. Заверите в своем институте — и снова к нам.
— А деньги?
— Деньги лучше сразу. Вы хотите за двадцать два дня? Сто восемьдесят долларов. У вас с собой?
Сто восемьдесят долларов. Елки! Почти мамина зарплата! Ну что ж делать, зато это быстро, надежно и что-то там еще…
День второй. Институт.
Дверь отдела кадров. С человеком, который сидит за этой дверью, у меня связаны неприятные воспоминания. Скрепя сердце стучу.
— Здравствуйте. Я делаю загранпаспорт…
— При себе вы должны иметь, — перебивает он меня лениво-монотонным голосом, глядя в одну точку, — правильно заполненные анкеты, студенческий билет, российский паспорт и старый загранпаспорт.
— А у меня забрали старый паспорт…
— При себе вы должны иметь… — он с выражением повторяет вышесказанное.
Вот поганый бюрократ! От него всего только и требуется: подтвердить, что я учусь в этом вузе. Для этого ему одной моей личности достаточно, ну в крайнем случае — студенческого!
В турфирме очень удивляются такому повороту событий и приходят к выводу, что завотделом кадров «того» (с чем я не могу не согласиться).
…День восьмой. Удалось прорваться в отдел кадров. Ужасно измотанный, с печальным взглядом мужчина вызывает во мне уже не антипатию, а жалость. Несколько раз устало вздохнув, он берет карандаш и молча начинает править мои анкеты. Потом интересуется, почему я заполнила именно так.
— Вообще-то это не я заполняла. Мне в турфирме сделали. Они, наверное, знают, как надо!
Он сочувственно смотрит на меня.
— Не знают, уверяю вас. Не знают. Они отправят вот эти листы, а их потом вернут назад, и вам все равно придется переделывать.
День девятый. Офис.
— Ну как так можно! Первый раз у нас такое! Сколько студентов уже делали паспорта, всем всё заверяют без проблем, — возмущается главная.
В конце концов, переделав анкеты, мне советуют сменить институт…
День четырнадцатый. Институт. Отдел кадров. Мои анкеты. Снова что-то не так. Уже и не помню, к чему придрались на этот раз.
День четырнадцатый. Офис. Принимают как родную. Быстро, без лишних слов исправляют, где надо, и я бегу обратно в институт (дорога, кстати, неблизкая).
Тот же день. Тот же отдел кадров. Долгожданная печать и моя искренняя благодарность человеку, которого недавно ненавидела.
И снова офис. Тот же день. Состояние примерно такое: мои руки из дуба, голова из свинца, ну и пусть!
— Ну, наконец-то! — в турфирме все рады не меньше меня. — Теперь все будет хорошо. Мы потом позвоним и скажем, когда будет готово.
Неделю не было ни слуху ни духу. Я не могла спокойно готовиться к экзаменам, не будучи уверена, что с документами все в порядке. Поехала в турфирму. Встретила по дороге одну из сотрудниц, идущую с работы.
— Ой, а у нас сегодня короткий день, — с улыбкой проговорила она.
Через три дня стало известно, что анкеты надо переделать.
— Мы не ожидали… Понимаете, в МИДе сменилось руководство, там теперь новые правила, — виновато оправдывалась менеджер, иногда взглядывая на меня исподлобья, — вам же еще не исполнилось восемнадцати. Нужно анкету оформлять на кого-то из родителей.
День двадцать седьмой от моего первого прихода в турфирму. Сдала по новой сделанные анкеты.
Хочу получить свой российский паспорт.
— Ой, вы знаете, курьер должен его привезти. Но он еще не приезжал, мы понятия не имеем, когда он будет, а мобильника у него нет. Вы лучше приходите завтра…
Несколько дней хожу, как на работу. Охранник на входе узнает и пропускает без вопросов. Наконец мне улыбается удача и менеджер вместе с ней. Хорошие новости: привезли мой паспорт. Нет-нет, пока только российский. Зато анкеты на сей раз заполнены правильно, их приняли!
— Ну, когда теперь паспорта-то ждать?
— Ждите второго июля…
Когда я явилась второго июля в осточертевший мне офис, у сотрудников было застолье… Мне сразу сказали, что паспорт мой не готов. Но начальница меня задержала, желая объяснить, в чем дело. Это получилось у нее плохо, так как она постоянно отвлекалась то на разговоры с кем-то из сидящих за столом, то на беспрестанно звонивший телефон.
Через пару дней позвонили: попросили привезти старый загранпаспорт. Оказалось, что срок его действия заканчивается в октябре, и путем сложнейших переговоров не знаю с кем решено делать мне визу прямо в нем. Насчет нового ни слова. Я спросила.
— Мы сами удивляемся. Они никогда нас не подводили… А теперь вот… — делилась своими переживаниями главная.
По ее словам, паспорта в МИДе выдают с определенным интервалом. Фирма может отправить хоть десять заявок на те же двадцать два дня, а получить всего один паспорт. Через неделю — другой. Кое-кто, подавший заявку раньше меня, все еще сидит без паспорта.
Так что мне, можно сказать, грех жаловаться.
— У них могут готовые документы лежать, но они их сразу не отдадут, а будут высылать вот так, по одному!
В общем, мне уже было все равно, как там у них в МИДе, я радовалась тому, что у меня будет виза. Повезло, что и говорить! Знаете, когда долго-долго на холоде и под дождем ждешь автобус, думаешь: подъедет — убью водителя! А подъезжает — и ты его готов целовать.
В общем, целую…