Боевой клик

Китайские сектанты из Северной Каролины стали виртуальными джедаями иранской «зеленой» революции

Когда иранские оппозиционеры дрались со стражами революции на улицах Тегерана, Билл Ся в далекой Северной Каролине спасал от обрушения серверы. В самом Иране независимые интернет-СМИ были закрыты, а доступ к антиправительственным сайтам - заблокирован. Билл Ся и горстка программистов из США пытались уберечь восставших иранцев от полной информационной изоляции.

Ся и его партнеры из американской Ассоциации за глобальную свободу интернета (GIFC) разрабатывают и выкладывают в сети анонимайзеры - программы, которые помогают обходить системы контроля за интернетом, используемые авторитарными режимами.

По словам Ся, в июне, на следующий день после победы президента Махмуда Ахмадинежада, на фарсиязычном сайте GIFC было зарегистрировано 400 млн заходов с более чем миллиона IP-адресов. Из-за огромного трафика серверы все-таки упали, причем дважды.

Единственным способом справиться с таким наплывом посетителей было отключить тех, кто заходил через наиболее посещаемые сайты. Спустя несколько часов дело пошло на лад, но вдруг зазвонил телефон. «Пожалуйста, снимите ограничения», - просил абонент из Тегерана. «Сделаем все, что в наших силах», - вздохнул Ся и открыл шлюзы.

РУКА АМЕРИКИ

Сил у GIFC не так уж много - в конце июня доступ пользователей из Ирана все равно пришлось ограничивать. Несмотря на это, во время декабрьских протестов в Иране соратники Ся зарегистрировали 200 млн заходов с 300 000 адресов, говорит замруководителя GIFC Шиюй Чжоу. Работать от кризиса до кризиса, в промежутках впадая в спячку, ему не нравится. По его словам, цель их компании - взломать фильтры всех мировых авторитарных режимов. Чжоу уверен: его команда справится, если правительство США окажет финансовую поддержку.

Но с поддержкой все непросто. Хотя 21 января госсекретарь Хиллари Клинтон и заявила, что свобода интернета станет приоритетом американской внешней политики, конкретики в ее речи было мало. Вашингтон гложут сомнения. Безоглядная поддержка инакомыслия в других странах часто приносила больше вреда, чем пользы. Это вынудило администрацию Барака Обамы смягчить свое отношение к нарушениям прав человека за границей.

Иран - вообще особый случай. Десятилетия грубого вмешательства в дела этой страны со стороны Запада и СССР оставили серьезный отпечаток на психологии всего народа. Многие представители «зеленой» оппозиции считают своим героем Мохаммеда Мосаддыка, свергнутого ЦРУ. Режим же с маниакальной настойчивостью обвиняет иранских диссидентов в работе на американцев и сионистов.

Эта истерия зачастую имеет печальные последствия. Американскую гражданку иранского происхождения Халех Эсфандиари, руководившую ближневосточной программой вашингтонского Центра Вудро Вильсона, арестовали в 2007 году, когда она ездила в Тегеран повидать свою больную мать. Она провела 105 дней в тюрьме Эвин по подозрению в шпионаже в пользу иностранных государств. Как и другие заключенные, она говорит, что мысль о деньгах, которые Вашингтон якобы платит правозащитным организациям, чтобы ослабить режим, не давала покоя ее тюремщикам. «Эта паранойя передалась и мне, - иронизирует Халех. - Я лично считаю, что для иранских неправительственных организаций от этих денег больше вреда, чем пользы».

Но иногда вмешательство все-таки бывает необходимым, говорит Кен Берман, директор по информационным технологиям Совета управляющих вещанием, который, в частности, курирует «Голос Америки». Эта радиостанция уже несколько лет сотрудничает с GIFC и другими производителями антицензурного ПО. Несмотря на старания иранского руководства глушить передатчики «Голоса Америки», блокировать их новостную службу на фарси и сайты «Радио Фарда», иранцы могли слушать новости во время выборов при помощи анонимайзеров. «Нам писали что-то вроде: “Эй, вы вмешиваетесь в дела Ирана”, - рассказывает Берман. - В таких случаях я говорю: “Мы же не указываем, что кому делать. Мы просто хотим открыть доступ к непредвзятой информации”».

По-видимому, это очень пугает Тегеран. Как минимум две дюжины стран мира систематически следят за поведением своих граждан в интернете, но иранские фильтры - одни из самых жестких. Стражи исламской революции (иранские чекисты) недавно выкупили контрольный пакет акций в иранской телекоммуникационной компании. Вероятно, теперь контроль над интернетом станет еще более строгим. Впрочем, крупный штраф или закрытие уже сейчас грозят любому иранскому провайдеру, не блокирующему сайты, которые власть считает безнравственными или антиобщественными. Законом карается даже само наличие у пользователя программ-анонимайзеров.

В конце прошлого года один из высших полицейских чинов, бригадный генерал Исмаил Ахмади-Мокаддам, объявил о создании специального подразделения «киберполиции». Оно призвано отслеживать пользователей интернета, подозреваемых в «оскорблениях и распространении лжи», направленной на свержение режима. А на недавнем совещании, посвященном безопасности, об угрозах, которые таит в себе интернет, рассказал брат президента Давуд Ахмадинежад. «Сообщения передаются в считаные секунды из одной точки в другую, - предостерег он собравшихся. - Это угроза для страны».

ПЕРЕДОВЫЕ СЕКТАНТЫ

Что Тегерану смерть, то Вашингтону хорошо. За последние три года Конгресс выделил Госдепу не меньше $50 млн на поддержку свободного доступа к интернету для пользователей из стран с авторитарными режимами. В США появилось несколько групп «хактивистов», стремящихся помешать полицейским государствам контролировать доступ своих граждан в сеть, но их «софт» не может соперничать с самыми популярными программами от GIFC - FreeGate и UltraSurf.

При этом GIFC не перепадает ни цента от властей США. «Я по-прежнему разочарован тем, что Госдеп не может поддержать разработки GIFC и упорно игнорирует явное желание Конгресса, - говорит Newsweek сенатор от штата Канзас Сэм Браунбек. - Если наше правительство всерьез хочет поддержать отважных диссидентов в Иране, Китае, Бирме и других репрессивных государствах по всему миру, нам стоит финансировать разработки, которые наиболее эффективно выполняют эту задачу».

Эти программы так или иначе шифруют данные и обходят цензурные заглушки с помощью многочисленных резервных возможностей интернет-сетей. Программу TOR, одну из старейших и наиболее популярных разработок такого рода, создало военно-морское ведомство США в 1990-х не для обхода фильтров, а для защиты правительственных сетей. Сегодняшняя версия хороша для обеспечения анонимности пользователя, но она довольно медленная и не подходит для новичков. Другая программа - Psiphon - была разработана в Университете Торонто. Она быстрее и проще в обращении, но защищает пользователя не так надежно, как TOR.

Обе они уступают программам FreeGate и UltraSurf, разработанным спецами GIFC. Эта организация была создана в 2006 году живущими в Америке последователями китайской секты «Фалуньгун». В 1990-х китайские власти бросили в тюрьму тысячи ее приверженцев, а в 2000-х тщательно вымарали все упоминания «Фалуньгун» из китайского сегмента сети. Американские последователи движения, такие как Ся, ответили созданием программ, обходящих китайские интернет-фильтры. Все строится на голом энтузиазме - чтобы финансировать разработки, программисты подчас закладывают свои дома.

Впрягаясь в эту работу, они подписываются не только на траты. Ся предпочитает не упоминать свой возраст, школу, в которой учился, и нынешнее место жительства. Он не хочет, чтобы с ним случилось то же, что с его коллегой по GIFC Питером Ли. В 2006 году в дом Ли ворвались несколько человек азиатской внешности. Угрожая ножом, они связали его, избили, а затем перерыли весь дом и скрылись, забрав два ноутбука. Сотрудники GIFC уверены, что нападавших наняли китайские власти, но признаются, что доказательств у них нет.

Чтобы удовлетворить растущий спрос на свою продукцию со стороны китайских пользователей, программисты из «Фалуньгун» решили попросить помощи. Летом 2006 года Шиюй Чжоу встретился с Майклом Горовицем, старшим сотрудником Гудзонского института, и Марком Палмером, бывшим послом США в Венгрии. Они передали просьбу GIFC конгрессмену Фрэнку Вулфу, члену подкомитета Палаты представителей по государственным, иностранным операциям и смежным программам. Тот как раз разрабатывал законопроект о финансировании подобных программ и операций на 2008 год. «И тогда я включил $15 млн на то, что мы называем “деятельностью по освобождению интернета”», - говорит Вулф.

Пока шел этот процесс, Ся, Чжоу и их коллеги оказались активными участниками правозащитной борьбы, не имеющей никакого отношения к «Фалуньгун». В сентябре 2007 года, во время массовых протестов в Бирме, серверы GIFC зафиксировали трехкратное увеличение трафика из этой страны. В марте 2008 года в четыре раза вырос трафик из Тибета - там были массовые беспорядки. Когда в июне 2008 года резко возрос иранский трафик, GIFC разработала интерфейс на фарси. У сайта есть также английская, китайская и испанская версии. Русской пока нет, хотя пользователям в Средней Азии она пригодилась бы.

Но Госдеп, получивший от Конгресса $15 млн на развитие свободы интернета, отдал деньги двум другим компаниям. Вулф был страшно расстроен, даже пытался помешать перечислению денег и безуспешно убеждал получателей от них отказаться. Он и Горовиц, говорят, что решение Госдепа означает только одно: «Они не хотят иметь дело с “Фалуньгун”». В прошлом году несколько сенаторов и конгрессменов дважды писали Клинтон, что деньги были перечислены не по назначению, а финансовые документы были намеренно сформулированы таким образом, чтобы не дать возможность GIFC получить госпомощь. Клинтон до сих пор не ответила.

Госдеп отказывается от комментариев, не желая скомпрометировать участников процесса, но есть две очевидные причины, которые могут затруднить финансирование GIFC. Во-первых, поддержка программистов из «Фалуньгун» вряд ли будет способствовать улучшению отношений с Китаем. Во-вторых, активистов в желтых майках, раздающих брошюрки «Фалуньгун» на улицах, с которыми в первую очередь ассоциируется это движение, многие в Вашингтоне считают горсткой сумасшедших.

Иранские диссиденты свободны от таких предубеждений. Из анонимайзеров они предпочитают именно FreeGate от GIFC, хотя пользуются и менее эффективными программами. Дизайнер из Нью-Йорка Мехди Сахархиз в одиночку работает за целый информационный центр, выкладывая на YouTube антиправительственные видеоролики. Прошлым летом его отца, известного журналиста Иссу Сахархиза, бросили в одиночку в той же самой тюрьме Эвин. По словам сына, видеоклипы шли из Ирана при помощи программ TOR, Psiphon, а также UltraSurf и FreeGate. «Одна программа может сегодня работать, а завтра полететь, - говорит он. - Это как игра в кошки-мышки».

Мехди не думает, что поддержка американского правительства может дискредитировать идею. «Иранским пользователям совершенно не важно, кто пишет эти программы, - говорит он. - Важно, чтобы они работали». Иранский блогер, попросивший не называть его имени, идет еще дальше: «Надеюсь, Обама попросит Yahoo, Google, Skype, Facebook, Twitter и YouTube и далее помогать иранскому народу в его борьбе. Эти сервисы позволяют нам поддерживать контакт друг с другом и обмениваться идеями».

Пока власти раздумывают, Шиюй Чжоу и Билл Ся продолжают помогать иранской оппозиции. Помощь придется как нельзя кстати 11 февраля, когда «зеленые» намерены снова вывести на улицы тысячи людей, воспользовавшись в качестве повода очередной годовщиной исламской революции.

В подготовке статьи участвовали Мазиар Бахари, Бабак Дегханпипеш и Леонид Рагозин