Книгоматография

Студент и будущий кинокритик Максим Рогожников обожает читать сценарии. Иногда он месяцами хвостом ходит за автором какого-нибудь фильма, чтобы тот дал хоть взглянуть на письменный вариант. «Без бумаги не чувствую, - говорит Максим. - Не хватает пространства для фантазии». В последнее время Максиму легче - издательства стали печатать сценарии к громким кинопроектам. А некоторые пошли еще дальше: теперь к фильмам заказывают «новеллизации» - романы по уже снятым кинолентам.

Популярный на Западе жанр теперь востребован и в России. В 2004–2005-х годах полки книжных магазинов оккупировали переводные новеллизации голливудских фильмов вроде «Послезавтра», «Хроник Риддика» и «Эффекта Бабочки». Теперь они уступили место литературным продолжениям отечественных блокбастеров - «9 роту» напечатали сразу два издательства, книгу «Бой с тенью. Границы зла» допечатывали уже дважды, а роман «Кочевник» вышел тиражом в 30 000 экземпляров. 21 сентября состоялась премьера очередного раскрученного фильма «Живой», а одноименный роман был готов загодя, хотя написан он был уже после завершения съемок.

Идея новеллизаций основана на том простом факте, что кино заведомо популярнее книг. «На данный момент кино - доминирующий вид искусства, - говорит Вадим Назаров, главный редактор издательства “Амфора”. - Кино - это рекламный бюджет, это телевидение, это большая аудитория. То есть любой проект, связанный с кино, тоже получает часть его славы».

На самом деле жанр новеллизации возник в России еще в 1992 г.: тогда впервые по-русски была издана книга, написанная по «телепродукту» - это был кинороман «Богатые тоже плачут» по одноименному мексиканскому сериалу. Тут же издательства завалили прилавки дешевыми изданиями «мыльной классики»: «Просто Мария», «Возвращение в Эдем» «Дневники Мэйсона Кэпвела» - роман про одного из героев «Санты-Барбары» - и десятки других «произведений». Затем вышли книги по мотивам отечественных «ментов» и прочих «мелочей жизни», но за пределы сериалов кинороманисты до последнего времени так и не вышли. У таких книг, как правило, даже не значился автор - на обложке были лишь рисованные персонажи да крупное название фильма.

«С появлением “большого российского кино” появилась “большая новеллизация”, - говорит студент-киновед Максим Рогожников. - Это вполне ожидаемо». По его мнению, теперь новеллизация «просто обязана вырваться за рамки низкого жанра». Хотя большинство авторов, пишущих для кино, по-прежнему этот жанр презирают, уверяя, что новеллизация - это по природе своей низкопробная литературная продукция. Например, сценарист Константин Мурзенко (фильмы «Жесть» и «Мама, не горюй-2») не читает новеллизаций собственных сценариев, будучи уверенным, что «ничего хорошего его там не ждет». Его мнения никто и не спрашивает: продавая права на сценарий, автор снимает с себя ответственность за его дальнейшую литературную судьбу и прописывает в договоре, что его имя не будет стоять на обложке: «У конечного текста всегда есть один автор - тот, что складывает буквы».

Роман «Живой» вполне может стать тем самым переломом, после которого к новеллизациям перестанут относиться как к заведомой макулатуре. Уровень исполнения на всех стадиях необычно высокий для этого «низкого» жанра. В числе соавторов значатся известный литератор и публицист Дмитрий Быков, писатель Максим Чертанов и сценарист Игорь Порублев, получивший за того же «Живого» специальный приз Гильдии киноведов и кинокритиков Григория Горина. Книгу выпускает известное издательство «Амфора» в рамках проекта «Библиотека кинодраматурга» и серии «Смотрим фильм - читаем книгу». Первый тираж романа - 30 000 экземпляров, и в случае успеха его допечатают.

«Россия всегда во всем избыточна, переводами у нас занимались нобелевские лауреаты - где это видано? - смеется Вадим Назаров из “Амфоры”. - Точно так же примерно происходит с новеллизацией: у нас за этот труд берутся качественные литераторы». К тому же, по его словам, давний издательский принцип «мы печатаем дешевые детективы, чтобы иметь возможность издавать высокую литературу» больше не работает: «Если издаешь детективы - делай это хорошо. Не делай этого только для того, чтобы потом выпустить на вырученные деньги Зюскинда».

Один из авторов романа «Живой» Дмитрий Быков вообще не понимает, почему новеллизация фильма не может стать таким же самоценным художественным произведением, как экранизация книги. «Мне понравилась сама идея снять кино на бумаге. И книга получилась во многом полемичной по отношению к фильму. Потому что картина снята добрым, оптимистически мыслящим Велединским, а роман написан злыми, очень жесткими Быковым и Чертановым», - говорит он.

Впрочем, читатель не вдается в тонкости литературного процесса и вовсе не желает видеть книгу отдельным произведением. Он покупает книгу, потому что видит на обложке кадр из любимого фильма. Когда под очередные сериала переиздавали его первоисточники - так было с «Мастером и Маргаритой», «Доктором Живаго» и даже солженицынским «В круге первом», - их раскупали с огромным энтузиазмом. Ровно такая же судьба ждет и книги, написанные по фильмам. И читателю нет никакого дела до того, в каком порядке создаются произведения. Как в принципе и продюсеру: с точки зрения бизнеса все просто - если изначально книги нет, значит, ее надо написать. Пока, по киношным меркам, доходы от кинокниг не такие уж большие - та же «9 рота», выпущенная тиражом 20 000 экземпляров, продавалась где-то по 150 руб., но даже ее «сборы» в $120 000 вполне сравнимы с $1,2 млн, вырученного одноименным блокбастером.