Подгнило с одной стороны

На недавнем заседании федерального бюро партии "Яблоко" ее лидеры разделили партию на две платформы - умеренную и радикальную. Главная претензия к "радикалам" - они хотят объединяться с кем попало.

В этой статье я не собираюсь продолжать защищать проект "оранжевой коалиции антисемитов и жидолибералов, реставрирующих сталинизм в форме нового капитализма на деньги ЦРУ и "Моссада", как едко перефразировал претензии противников широкого оппозиционного фронта Гарри Каспаров. Сил нет продолжать диспут на тему о том, "с кем, как и сколько", отдых нужен. И так уже общеизвестно, что все, кто до сих пор не вступил в партию "Яблоко", либо являются криминальными олигархами 90-х годов, либо сжигали заживо жителей высокогорного чеченского села Хайбах в 1944 году, либо хотя бы дежурили при печах в Освенциме.

В характеристиках, данных лидерами партии "двум платформам", интересно другое. Отличительный признак той "плохой", радикальной платформы, которая объединяется с олигархами, сталинистами и нацистами, - она "во что бы то ни стало стремится свергнуть режим Путина". Что значит "свергнуть"? Путем вооруженного восстания? Я не слыхал, чтобы кто-то из радикальных членов "Яблока" провозглашал принцип Мао "винтовка рождает власть" и начинал припасать вот эти самые винтовки. Но мне известно, что член "Яблока" Сергей Ковалев дал резкую отповедь мальчикам, хотя бы словесно играющим с винтовками.

Но, может, я не все знаю и лидеры партии знают больше? Они, видимо, хотят цивилизованно "построить в России стабильную, справедливую демократию", отстранив от власти правящую клику путем ненасильственных акций протеста и победы на честных и свободных выборах. Может я пропустил что-то в их характеристиках "хорошей", умеренной платформы?

Перечитал еще раз. Нет там про отстранение от власти и ликвидацию авторитарного режима. Про конструктивный диалог с ним есть. А про ликвидацию нет. Получается, что ключевые слова в той характеристике, которую они дают "плохим", - это "во что бы то ни стало".

Ну не верят наши лидеры в возможность ликвидировать авторитарный режим в обозримой исторической перспективе. Сказать об этом открыто - значит потерять остатки авторитета среди той самой либеральной интеллигенции, поддержкой которой "яблочники" всегда гордились. Но и повторять хотя бы на словах "целью партии по-прежнему остается..." тоже нельзя. Прослывешь заоблачным мечтателем среди тех "конкретных пацанов", на конструктивный диалог с которыми рассчитывают лидеры партии. А они с такими в конструктивный диалог вступать не станут. Для того чтобы вступили, надо зарекомендовать себя реалистом и прагматиком. Поэтому лидеры партии делают вид, что вопроса просто не существует.

На самом деле вопрос о допустимости взаимодействия с теми или иными противниками существующего режима вторичен по отношению к другому вопросу: о допустимых формах взаимодействия с самим существующим режимом. Вот это действительно вопрос, который может всерьез расколоть партию.

Простейший пример. Петербургская организация "Яблока" считается самой радикальной и в целом настроенной на поиск форм сотрудничества с другими оппозиционными силами. Однако по вопросу о том, с какими оппозиционными силами и как можно взаимодействовать, в этой организации существует значительный разброс мнений. Далеко не все, например, принимают идею Национальной ассамблеи. Зато региональная партконференция проявила редкостное единодушие, с энтузиазмом поддержав подготовленный к партийному съезду проект постановления, в котором говорится:

"Работа членов оппозиционной партии на руководящих должностях в органах исполнительной власти допустима лишь в случае назначения на эти должности по политическому принципу: по результатам выборов или при условии заключения публичных соглашений, предоставляющих возможность работать на этих должностях в соответствии с программными решениями партии".

В проекте постановления, подготовленном федеральным руководством, конкретно про "руководящие должности в органах исполнительной власти" не говорится ничего, зато имеется поистине безразмерная формулировка: "Вопрос о содержании, пределах и формах отношений партии с властью должен решаться в каждом случае с учетом конкретных обстоятельств".

Ни для кого не секрет, что речь идет о возможности занятия ключевыми фигурами партии министерских постов в нынешнем правительстве, если таковые будут предложены. Опять-таки, всем понятно, что никакого "публичного политического соглашения" партии никто предлагать не собирается. В нынешних политических условиях речь может идти лишь об индивидуальных предложениях постов без каких-либо программных обязательств. Так вот, петербургская организация (повторюсь - с редкостным единодушием) стремится саму эту возможность наглухо перекрыть, а федеральное руководство упорно стремиться оставить для этого лазейку.

В странах с демократической политической моделью обычным делом является создание межпартийных правительственных коалиций: вошедшие в коалицию партии находят равнодействующую своих политических воль и выражают ее в общей программе коалиционного правительства. И если представители оппозиционной партии входят в правительство, значит, эта партия выходит из оппозиции и становится членом правящей коалиции. Если эта партия вновь переходит в оппозицию, она выходит из правительства. Потому что правительство - носитель коллективной политической воли, несущий солидарную ответственность за каждого своего члена. Это значит, что каждый член правительства несет ответственность за действия всех остальных его членов. Если какие-то министры не хотят отвечать за действия своих коллег, они уходят в отставку.

Но это все нормально там, где власть является производной от общества, где участники процесса наделены собственной политической волей и равноправны. Если же и в "политическом классе", и в обществе "не считается", что министр Греф несет ответственность за то, что делает министр Нургалиев, что он несет такую же, как и Нургалиев, ответственность за зверское избиение омоновцами яблочницы Ольги Цепиловой на разрешенном, но разогнанном митинге, раз не уходит после этого в отставку, - значит, мы имеем дело с другой общественной моделью. В ней министр не носитель самостоятельной политической воли, а "слуга государев", лишь исполняющий его волю. То есть холоп. Или холуй. Естественно, такой министр ни за что, ни за кого и ни перед кем (кроме государя) ответственности не несет. И называется такая модель авторитарно-патерналистской, самодержавно-монархической, феодальной, средневековой и т.д. и т.п.

Если представители демократической оппозиции входят в правительство авторитарного режима без публичных обязательств "принимающей стороны" выполнить ряд их программных требований (в данном конкретном случае: освободить политзаключенных, прекратить нарушение гражданских прав, принять законодательные меры по демонтажу авторитарной системы) - это полная измена демократическим принципам, принятие на себя социальной роли холуев, закрепление самодержавной системы и в политической практике, и в общественном сознании. Не предлагают такого соглашения? Значит, и обсуждать нечего. Как любит говорить г-н Путин, вопрос закрыт.

До сих пор в этом вопросе руководство "Яблока" в целом марку выдерживало. Возможно, ошибкой был отказ от вхождения в правительство Евгения Примакова. Оно не было парламентским коалиционным правительством в полном смысле, но хотя бы приблизилось к этой европейской модели. Во всех же остальных случаях соглашаться на министерские посты было однозначно нельзя. И сейчас нельзя. Но, похоже, именно сейчас партийное руководство все более склоняется к сдаче этой позиции.

Еще пример. Петербургская организация также достаточно единодушна в поддержке идеи политической реформы, включая реформу избирательную. Нынешнее избирательное законодательство представляет собой сложную, но целостную систему ловушек и фильтров, позволяющих занижать представительство оппозиции, значительную ее часть не допуская в парламент или даже к участию в выборах вообще. Механизм, обеспечивающий несменяемость власти, держится не только на этом, но избирательная система - важное его звено. Без ее замены переход от имитационной, манипулятивной к настоящей демократии невозможен. Но руководство партии требования этого не выдвигает и упорно уходит от обсуждения самого вопроса. То есть вопрос о демонтаже авторитарной системы тихо снимается. Еще бы. Ведь для "конкретных", на конструктивный диалог с которыми рассчитывает руководство партии, несменяемость власти - это святое.

В этом контексте сетования, что прочие противники власти, с которыми хотят сотрудничать "радикалы", у нас "неправильные" (пчелы неправильные, и мед у них неправильный), теряют смысл. Потому что при подобных подходах "правильных" противников власти не может быть по определению. Общение с любыми противниками власти мешает вести конструктивный диалог с режимом.

Из "Яблока" еще можно достаточно безболезненно исключить нескольких известных сторонников участия в Национальной ассамблее. Но если в партии окончательно возобладает линия группы царедворцев, нашептывающих лидеру, что ему уже немало лет, а он так и не самореализовался на поприще практической государственной деятельности, что "это надолго", а потому "никуда не деться" и нужно "расслабиться и получить удовольствие", втираться во власть любыми способами, - если эта линия восторжествует, на Объединенной демократической партии "Яблоко" точно можно будет ставить жирный крест.